Чтение онлайн

Впрочем, подлечить он Юлия подлечил. Не так, чтобы рана совсем не ощущалась, но достаточно, чтобы можно было ходить и не корчиться от боли. И кровь больше не шла. И на том спасибо…

Напряжение ощущалось во всем городе. Пока Мстислав с Юлием неспешно, чтобы не разбередить рану, шли по широкой и многолюдной улице, им четырежды попадались усиленные квадры городских стражников. А у внешней стены Серебряной Башни - замка кесаря Септимия, заняли позиции легионеры из личной охраны юного наследника. И было их, по словам всезнайки Стрижа, вдвое больше положенного количества. Полновесный значок - два десятка отожравшихся да сытных харчах мордоворотов…

–  Славно устроились!
– пробормотал Мстислав, всем телом ощущая, как тяжело идти по улице вот так, без привычной тяжести кольчуги на плечах, без меча… Юлий настоял, сумев убедить, змей языкастый, что так они меньше похожи сами на себя… Может быть. Но вот только когда мимо, смеривая Мстислава пристальными взглядами, проходил очередной дозор, гардара в холод бросало. И верный боевой нож на поясе - оружие здесь, в припортовом городе довольно распространенное, казался ему короток и узок…

–  Корчма!
– шепотом сказал Юлий, и Мстислав понял, что тот тоже боится.
– Может, зайдем?

–  Можно и зайти, отчего ж нет!
– пожал плечами Мстислав.
– Все одно подкрепить силы ни тебе, ни мне не помешает. И нашим надо хоть что-то прихватить!

Зашли… Корчма оказалась очень и очень роскошной, светлой и большой. Длинных общинных столов не было вовсе, а за маленькими столиками, в основном занимавшими углы и пристенки, сидели и неспешно разговаривали люди достойные, пешком по улицам ходящие разве только до нужного места и громкий разговор считавшие ниже своего достоинства. Впрочем, тише из-за этого их обычая в корчме не было. Посредине, там где не было столов, извивалась в некоем "восточном" танце красотка со смуглой кожей, а аккомпанировал ей, играя на лютне и напевая незамысловатую любовную песенку, обычный трубадур. Таких десятки бродят по улицам любого крупного города на Терре.

Мстислав остановился, заслушался…

–  Красиво поет!
– одобрил Стриж, покосившись на него.
– Но здесь все дорого… наверное. Пойдем может, в другом месте поищем!

Мстислав, человек здравый и тратить деньги попусту не привычный, наверное так и поступил бы. Ну их, связываться… Но тут, на беду общую, на него надвинулся вышибала, каких по дюжине в каждой корчме держат. Этот пожалуй только тем отличался, что был почище и поприличнее одет, даже котурны блестели от щедро вылитого на них масла, даже дубинка за поясом выглядела ухоженной… Правда, речь у него осталась прежней - базарной:

–  Валите отсюда!
– рыкнул он, обнажая два неровных ряда гнилых зубов.
– Ну-ка!

Огромная ладонь, положенная на рукоять дубинки, как бы ждала своего часа, в любой момент готовая выдернуть оружие из-за пояса.

Он так и не понял, что произошло. Варвар с полуночи, гардар, судя по скудной прическе, решительно шагнул вперед и под душой вдруг вспыхнула острая боль, трудно стало дышать… Он беззвучно повалился Мстиславу под ноги, а тот, холодным взором серых глаз обводя присутствующих, переступил через поверженное тело.

Повинуясь его короткому жесту, Юлий заорал на весь зал - такого здесь не было наверное никогда:

–  Корчмарь!!!

Корчмарь вышел не спеша, явно еще не подозревая о судьбе своего вышибалы. Увидев - опал немного с лица…

–  Слышь, корчмарь!
– продолжал орать Стриж, прикрывая своим криком неспешное продвижение Мстислава по залу.
– Нам пожрать надо! Стол давай, мясо давай! Вина! И пива моему другу-варвару!

Мстислав прошел мимо стола, зацепил некоего господина, даже в зале продолжавшего сидеть в гиматии с опущенным капюшоном… тот с коротким воплем слетел на пол. А гардар уже вырос рядом с корчмарем, ласково приобнял его за плечи:

–  Ты моего приятеля не слушай… Не мясо -поросенок и ветчина! Поросенок чтобы подкопченый был, а внутри - каша и хрен! Куропаток, если есть… можно и фазана! Вина доброго… А пока - пива! Холодного!

Корчмарь настолько опешил, что и впрямь махнул мальчику-разносчику, чтобы тот нес пива. Потом еще одним жестом подогнал и велел принести лучшего, что у них найдется… С него не убудет, если потрафит дикому варвару из Гардарики. Корчма целее будет…

Мальчишка, тревогу хозяина понявший по-своему, обернулся мигом, даже запыхаться не успел и уже стоял перед Мстиславом с медным киафом, полным темной, ароматно пахнущей жидкости.

–  Что это?
– подозрительно посмотрев в киаф, спросил Мстислав.

–  Пиво!
– гордо ответил мальчик.
– Лучшее в городе! Из фиг сварено!

С явной неохотой - отступать некуда, раз потребовал, Мстислав пригубил пиво, почмокал губами, пробуя… Пригубил уже крупным глотком и, закашлявшись, сплюнул пиво на пол.

–  Фиговое пиво!
– сказал презрительно.
– Учить вас еще, не переучить!

Пока он "пригубливал" пиво, Юлий захватил самый лучший столик - разумеется, рядом с окном находящийся, уселся за него и покрикивал на двух разносчиков, выглядевших, на его опытный взгляд, не слишком сноровистыми. Те, бедные, запарились уже носить ему, стол покрыт был блюдами, как дракон чешуйками и даже плотнее. Амфору с дорогим, выдержанным десять лет вином из Кесарии пришлось спрятать под стол…

–  Ну… -потирая руки и даже не пытаясь укрыть голодный блеск в глазах, прорычал Мстислав, усаживаясь.
– Поедим напоследок!

Под столом что-то жалобно звякнуло, потом хрустнуло и даже, кажется, плеснуло… Стриж, окаменев лицом, полез проверять и выбрался уже ругаясь по черному…

–  …Кривые твои ноги, варвар! Истинно говорю, варвар ты!… Такое вино расплескать!

–  Что, ничего не осталось?
– по аромату чувствуя, что вино было добрым, жалобно простонал Мстислав.

Безжалостно ухмыльнувшись, Стриж добыл из-под стола донышко со стенками в два пальца высотой. На дне что-то плескалось…

С горя напились дешевым. Дешевое тоже оказалось ничего, выпили его много. Три амфоры валялись на боку и кончалась четвертая, три поросенка и несчетное количество мелочи было съедено подчистую, когда к ним подошел хозяин. Корчмарь явно боялся подходить, все время оглядывался на зал, словно загодя готовил пути к бегству.

–  Расплатиться бы надо!
– голос его самому небось писком мышиным показался. Особенно после пропетой Мстиславом в полный голос боевой песни гардар… Кажется, в ней описывалось, как бежали от дружинной конницы базиликанские трусы?