Чтение онлайн

Кргыы-Уун выкрутил ложноножку на место и первертировался в микромир. Его сознание распалось на части и начало архивироваться, стремительно уменьшаясь в объеме. Кргыы-Уун казалось, что, распавшись на тысячу частей, он летит сквозь светящийся туннель. Каждая из тысячи частей, из которых он состоял, наблюдала за оставшимися 999 частями: как они пролетают сквозь светящийся туннель, как тот начинает раскручиваться во все стороны одновременно, как светящийся туннель распадается на мириады отдельных светлячков, сливающихся с частями, из которых состоит Кргыы-Уун.

Он давно привык к переходам в микромир, но в этот раз произошло нечто странное. На выходе из светящегося туннеля отдельные светлячки неожиданно потускнели. Кргыы-Уун перестал воспринимать себя с разных 999 сторон: из доступных ему точек наблюдения осталось приблизительно 679.

Уже просачиваясь в микромир, подобно тому, как мясной фарш просачивается сквозь отверстия мясорубки, Кргыы-Уун понял, что сгенерировать прежнюю форму для общения с разумными частицами не удастся — видимо, вследствие поломки принимающего аппарата. Осознав это, Кргыы-Уун принялся синтезировать в своем микротеле новый микро-первертор. Он синтезировал исправный микро-первертор, одновременно просачивался в микромир из неисправного, мысля при этом:

«О нет, только не полный швахомбрий! Бриик-Боо не простит, если опытный образец придется демонтировать.»

Просочившись сквозь первертор в микромир, Кргыы-Уун ощутил, что его форма действительно иная, чем прежде. И еще он не увидел разумной частицы, на связь с которой вышел. Реагент отсутствовал. В некоторой растерянности Кргыы-Уун осмотрелся по сторонам. Он должен вручить разумной частице исправный первертор, но разумной частицы не видно. Кто-то, однако же, выходил на связь!

— Полный швахомбрий! — простонал Кргыы-Уун в замешательстве.

Тут создатель вселенной обнаружил реагента, на некотором от себя отдалении, и бросился к ней. Однако, по неизвестной причине реагент начал перемещаться в противоположном от создателя направлении.

— Стой! — промодулировал Кргыы-Уун и бросился следом.

У него сложилось впечатление, что реагент не понимает. Вероятно, поломка первертора отразилась на де-модуляционных инкансуляторах либо элементарно обтурачилась квазиморфная выдвижка.

Все-таки Кргыы-Ууну удалось догнать сбежавшего реагента и ухватить его за нижние выпуклости, служащие реагентам вместо ложноножек.

Кргыы-Уун продемонстрировал реагенту исправный первертор. Кажется, реагент понял и перестал модулировать сигналы повышенной тревожности. Реагент принял первертор, после чего Кргыы-Уун посчитал свою миссию на данный момент исполненной.

— Черт подери эту квазиморфную выдвижку! — раздраженно модулировал Кргыы-Уун, уползая.

Первертироваться придется не через новенький агрегат, а через прежний, с последующим его уничтожением.

Переместившись к неисправному первертору, находившемуся на прежнем месте, Кргыы-Уун просочился в его проломленную щель и оказался в светящемся туннеле. Светлячки засияли ярче, сознание распалось на тысячу частей, каждая из которых могла наблюдать за оставшимися 999 частями. За спиной раздался легкий хлопок: сработало самоуничтожение.

Неисправный первертер был утилизирован, а Кргыы-Уун продолжал свой путь вне времени и пространства, по дороге обрастая недостающими частицами и наблюдая, как светлячки то сливаются с его кружащимися частями, то отрываются от них, увлекаемые вращающимся с немыслимой скоростью туннелем.

Григорий Орловский, на следующий день

Граф Григорий Орловский любил путешествовать на дирижаблях. В России он считался одним из лучших дирижаблистов, поэтому ревниво относился к попыткам оспорить свое превосходство.

В тот день Григорий Орловский совершал путешествие по Каме: если быть точным, он рыбачил на реке с дирижабля. В 1812 году воздушная рыбалка была еще не так популярна, как сейчас, поэтому граф был чрезвычайно сосредоточен. В его распоряжении находился один из лучших аппаратов того времени — именной дирижабль «Святой Петр». Аппарат был устойчив в воздухе и маневрен, к тому же, за счет продуманной конструкции и облегченной оснастки, мог управляться одним человеком.

Григорий Орловский предполагал добыть трофейного осетра, коими славилась в те времена Кама.

Спустившись над Камой и взяв направление, обратное ее течению, граф сбросил с дирижабля несколько пеньковых канатов с закрепленными на концах острыми крючьями. Затем, управляя дирижаблем одной рукой, высунулся за борт, высматривая достойного осетра.

Было раннее утро, и осетры выпрыгивали из воды один за другим. Однако, с точки зрения графа, они были мелковаты: в сажень-две, не больше. Орловскому же хотелось добыть настоящий экземпляр, не менее чем в три сажени длиной.

Внезапно Орловский увидел то, что искал. Реликтовый осетр, сажени в четыре, плыл у поверхности против течения. Граф выправил скорость и, стараясь не терять трофейного осетра из вида, направил дирижабль вниз.

Рыбалка с воздуха требовала особого искусства управления. Необходимо было, во-первых, опустить дирижабль прямо над рыбиной — не ближе и не дальше, а ровно настолько, чтобы свисающие с дирижабля рыбацкие крючья оказались прямо под рыбьим боком. Во-вторых, после выполнения первого пункта требовалось резко повысить скорость, чтобы крючья смогли впиться рыбе в бок. В-третьих, необходимо было поднять дирижабль вместе с огромной трепыхающейся рыбиной в воздух. Осетры на Каме попадались чудовищных размеров. Бывали случаи, когда они утаскивали дирижабли под воду. На этот случай у дирижаблиста под рукой должен был находиться топор, чтобы в минуту опасности обрубить пеньковый канат, связывающий дирижабль с рыбиной.

Памятуя об этом, граф Орловский не торопился. Он осторожно выставил дирижабль над плывущей рыбиной и принялся медленно опускаться, желая, чтобы свисающие с дирижабля крючья коснулись воды. Наконец, это удалось.

— Да пребудет со мной сила, — помолился Григорий Орловский.

С этими словами граф сделал резкий маневр дирижаблем, пытаясь насадить трофейного осетра на крючья. По тому, как дирижабль дернулся и резко просел, Орловский понял: удалось! Граф потянул рулевую рукоять, и «Святой Петр» тяжко пошел вверх, вытягивая трепыхающегося осетра из воды.