Чтение онлайн

— Что вы хотите?

— Из моей библиотеки делают детский приют для беспризорников, обитающих в порту города, думаю вы успели с ними познакомиться, когда обитали на городском дне, — хмыкнул я, — так что ваша задача, принимать детей, организовывать их, кормить, учить, а также по моей воле обеспечивать работой. Пока я планирую, чтобы они занимались уборкой улиц и мусора, всё лучше, чем будут бездельничать.

— И как я это сделаю один? — изумился он, — и на какие средства?

— Конечно не один. Вы будете директором этого приюта, которому подчинены учителя, из весьма уважаемой венецианской семьи между прочим, а также надзиратели, которые помогут держать детей в ежовых рукавицах. Устав, распорядок дня, а также финансовое обеспечение я вам предоставлю позже.

Он слушая, удивлённо качал головой.

— Приют для детей? Зачем он такому как вы?

— Какому такому? — изумился я в ответ, — тому, кому не безразличен этот город? Кто построил и содержит за свой счёт больницу, обеспечивающую хорошим уровнем лечения всех граждан или я, тот кто хочет обеспечить город пресной водой, чтобы не нужно было пить ливневую воду из вонючих водосборников? Про какого меня, вы сейчас говорите?

— Это ваша больница? — искренне изумился он.

— А там разве не достаточно большая статуя стоит на входе и бронзовая табличка с моим именем? — хмыкнул я, — нужно заказать побольше?

Он замолчал, опустив голову.

— Я жду от вас «да» — Джузеппе, — поторопил его я.

— Хорошо, я согласен, — он поднял на меня взгляд, — но с возможностью отказаться позже. На какой срок вы хотите меня поставить?

— Давайте определим срок вашего контракта в год, — предложил я, — думаю это достаточный срок, чтобы я нашёл вам замену.

— Договорились, — он склонил голову.

— Карло, после нашего разговора доставьте аббата к дяде Джованни, пусть заключит с ним контракт, затем отвезёт к бывшей библиотеке и обеспечит жильём. Жалование положим ему, половину оттого, что получает сейчас сеньор Шешет, потом пересмотрим.

— Зачем так много какому-то алкашу, которого по сути только что вытащили из канавы? — изумились многие, кто знал доктора, которого боготворил почти весь город, за его работу.

— Это всего на год, — я пожал плечами, сам думая, что если этот мокрый, несчастный человек, которого мне так нахваливала аббатиса хотя бы в половину так хорош, как она про него говорила, то он сам будет умолять меня продолжить работать с детьми. Но для этого ему ещё нужно будет со многим сжиться в своей голове за это время.

— И да, я давно не аббат, — дополнил он с горечью, поворачиваясь к входу.

— Ну, это поправимое дело, — я поднялся с кресла, достал из-за пазухи своё кольцо легата Папы, при виде которого его глаза округлились и он мгновенно упал на оба колена, протягивая руки к нему.

— Своей волей архиепископа Венецианского, и дальнейшим утверждением Святым престолом, я ввожу Джузеппе Кантони в сан священника, с пожалованием ему должности аббата, пока он занимает пост директора детского приюта имени Святого Христофора. Во имя господа нашего. Аминь.

Протянув ему руку, я с удивлением увидел, как из его глаз льются слёзы.

— Я недостоин! Я недостоин! — шептал он, боясь прикоснуться к перстню на моём пальце.

— Это не вам решать аббат, а мне, — хмыкнул я, — идите, и докажите, что данная вам рекомендация от уважаемого мной человека, чего-то стоит.

Он вздрогнул от моих слов, и наконец поцеловал перстень, затем встал и поклонился, как подобает младшему по сану. Карло подхватил его и повёл выполнять моё распоряжение. Проводив их взглядом, я со вздохом вернулся на кресло.

— Я вам ещё нужен, сеньор Витале? — подал голос молчавший всё это время глава городской стражи.

— Вы всегда будете мне нужны сеньор Бембо, пока я занимаю этот пост, — я перевёл на него взгляд, — но сегодня я благодарен вам за помощь, вы можете продолжать нести службу.

Он молча поклонился и вышел.

Стоявший недалеко от кресла сеньор Бароцци иронично заметил.

— Получается мне ещё повезло, сеньор Витале? Меня вы завербовали вообще не тронув и пальцем, в отличие от этого бедняги аббата.

— Где взять людей? Сеньор Бароцци? — всплеснул я руками, — инициативных, честных, преданных мне? Если подскажете, я буду вечно вам благодарен.

Он задумался, затем развёл руками.

— У меня нет ответа на этот вопрос сеньор Витале, простите.

— К главе городского совета, проситель! — громко оповестил один из чиновников, и я повернулся в сторону двери, в которую входила девушка. Одета она была вычурно, но явно не аристократка, хотя и не простолюдинка. В общем она заинтересовала меня одним своим видом, хотя была на вид миловидная и молода, не старше восемнадцати.

— Сеньора? — поприветствовал я её, когда она опустилась передо мной на колени.

— Я давно не сеньора, сеньор Витале, — тихим и грустным голосом ответила она, — я проститутка с улицы Роз.

— Хм, — изумился я, необычностью профессии просителя, — назови своё имя и причину, почему ты здесь?

— Сильвия Берлузонни, сеньор Витале, — сидя на коленях, склонила она голову, — и я пришла не с просьбой к вам, а чтобы вы меня выслушали.

— Да? — девушка меня удивляла, — хорошо, конечно я слушаю. Те, кто платят городу налоги, заслуживают быть выслушанными.

— Я родилась и выросла в благополучной, зажиточной семье купца, — начала она, — отец торговал, подолгу не бывал дома, матушка заботилась о детях и доме. Однажды он не вернулся из своего торгового путешествия и к нам в дом пришли кредиторы. Оказалось, отец заложил дом, чтобы оплатить товар, который он повёз в Александрию. По решению суда, мы тут же лишились дома, и оказались на улице, без денег, жилья и средств к существованию. Матушка почти сразу от горя и потери всего, чем она жила всю жизнь, серьёзно заболела и скончалась, меня же братья с тринадцати лет заставили заниматься проституцией, чтобы я оплачивала нам кров и еду. Сами же, лишь пьянствуют и бьют меня, когда я приношу по их мнению слишком мало денег.