Чтение онлайн

Вот это было новостью для меня, я посмотрел на сеньора Франческо.

— Сам первый раз слышу Витале, — открестился он, — ты же знаешь, меня теперь не посвящают во что-то, направление против тебя. Я теперь такой же изгой для всех, как и ты.

— Это нужно будет прекратить, — задумался я, почесав подбородок, — спасибо, что предупредили, дядя.

— Я достаточно помог, чтобы ты сам пришёл разобраться с проблемой в нашем доме? — поинтересовался он.

— Хорошо, я выделю время и приду лично вместе с переписчиками.

— Отлично, тогда приятного аппетита, а меня ждут ещё и другие дела. Нужно проверить все твои новые стройки.

— Спасибо, — я поднялся с ним вместе и обнял, — благодарю, что не бросаете меня вместе с дядей Джованни.

— Витале! — хмыкнул он, — ты платишь нам столько, что и мысли в голову не закрадывается, чтобы отказаться от такой работы. Когда Контесса хотела заставить нас под угрозой изгнания перестать тебе помогать, мы назвали ей суммы, за которые согласны это сделать, и она быстро свернула все уговоры, сказав, что сама за такие деньги пойдёт на тебя работать.

Его шутка меня рассмешила.

— Если ещё раз поднимет эту тему, скажите я предлагаю ей работу на тех же условиях.

— Спасибо Витале, но я ещё жить хочу, — хмыкнул дядя, и простился.

— Сеньор Витале, к вам посетитель, — грустно сказал слуга, снова подходя к столу.

— Проси, — я вернулся на своё место, — кто?

— Епископ Кастелло, — ещё более грустнее ответил он, и направился обратно к двери.

Тут уже мы обеспокоенно переглянулись с главой дома Бадоэр. Церковь пока сквозь пальцы смотрела за творящимся в городе, поскольку её дела мирские пока никак не касались. Так что появление епископа вызывало определённые опасения.

Встречать брата по вере, да и в целом очень симпатичного мне человека, я отправился сам, как только он вошёл.

— Ваше преосвященство, — я чуть склонил голову, хотя это было и не обязательно.

— Доброе утро ваше высокопреосвященство, — грустно ответил он, — хотя я бы посомневался насчёт доброго.

— Что случилось? — осторожно спросил я.

— Через час об этом объявят по всему городу, я же решил уведомить вас лично, — он вытащил из-за пояса документ и передал его мне, пояснив, — сама булла находится в церкви, я лишь переписал текст.

Пробежавшись глазами по документу, я хмыкнул, отдав его дальше Франческо. Его эмоции были уже более бурными, он позвал жену и уже она, прочитав, громко расплакалась, не сдержав эмоций.

— У вас такой вид ваше высокопреосвященство, словно вы не сильно-то удивлены случившимся, — изумлённо посмотрел на меня епископ.

— Ну, скажем так брат, — я невесело улыбнулся ему, — хорошего в этом действительно мало, но определённые опасения у меня с отцом на этот счёт были.

— Сеньор Витале! — заплаканная Агнесс, с мольбой протянула мне руки, — что же теперь будет с нами и с городом?

— Не переживайте герцогиня, мы это предполагали, — покачал я головой, — интердикт наложили на город, но не на священников в нём, так что не волнуйтесь, вы скоро всё узнаете.

— Благодарю вас брат, что доставили такие тревожные вести лично, — я повернулся к епископу, — останетесь с нами?

— Нет спасибо ваше высокопреосвященство, — он отрицательно помахал рукой, и добавил, видимо, чтобы его категоричный ответ меня не оскорбил, — мне нужно следить за идущим ремонтом. Вы ведь не прекратите его финансирование в связи со случившимся?

— С чего бы это? — изумился я, — моё отношение к господу и церкви никак не изменилось оттого, что Святой престол решил подвергнуть интердикту всю Венецию и её жителей, за захват крестоносцами христианского города Задара.

— А представителям рода Дандоло так и вообще запрещено приближаться к священной земле церквей и кладбищ ближе, чем на сто метров, — добавил сеньор Франческо, постучав свитком по ладони.

Когда священник, раскланявшись со мной ушёл, и мы наконец остались одни, поскольку Агнесс ушла рассказывать печальную новость подругам, компаньон подозрительно на меня посмотрел.

— Витале?

— Да сеньор Франческо? — я сделал невинный вид агнца.

— Меня, как и твоего дядю, продолжают терзать смутные сомнения, насчёт своевременности твоего исключения из рода.

— Это просто совпадение сеньор Франческо, не берите в голову, как говорится пути господни неисповедимы, — ответил я, смотря на него честными глазами и перекрестился.

— Ну-ну, — было видно, что он слабо мне верит ни смотря ни на какие заверения.

На бедную Венецию события за последние две недели валились с такой скоростью и частотой, что жители уже слабо понимали, что происходит в их некогда спокойной и размеренной жизни. Когда объявили ужасную новость о том, что все церкви закрываются в связи с отлучением всего города, и все церковные обряды, кроме крещения младенцев, прекращаются, люди высыпали на улицы. Многие рыдали и не понимали, как жить дальше. У дворца дожа вскоре собралась огромная толпа, вопрошающая Большой совет, что теперь делать. Экстренное совещание элиты слабо повлияло на священников, которые говорили, что ничего не могут поделать, булла пришла вместе с весьма жёсткими разъяснениями, что будет, если кто-то из них ослушается. Совет, подгоняемый народным волнением, принял указ об открытии церквей вопреки воле Папы, а если священники ослушаются распоряжения Большого совета Венецианской республики, их попросту изгонят из города или вообще повесят.

Обстановка накалилась чрезвычайно, я же, дождавшись, когда церкви начнут брать штурмом из-за отказа священников открыть их, появился словно принц на белом коне, встав на их защиту. Когда жители, стали вопрошать меня, как же тогда проводить обряды, отпевать умерших и прочее? Я просто ответил, что с девяти утра до обеда буду осуществлять обязанности главы города, а с обеда до захода солнца, в новом, недостроенном храме, буду проводит все необходимые церковные обряды. Пусть те, кому что-то нужно записываются в очередь у распорядителя, который там сегодня посажен для этого. Обстановка тут же разрядилась, жители, довольные тем, что всё будет как прежде, стали расходиться, прославляя моё имя, ко мне же подошёл сам патриарх Венецианский, утирая лоб от пота.