Чтение онлайн

— Эй! Девка! Что за уродец только что вышел от тебя?

Женщина-меняла успела повидать всяких клиентов. Поэтому даже бровью не повела на хамское поведение культиватора. Однако, после такого обращения не собиралась чем-то помогать ему. У нее тоже было самоуважение:

— Не знаю. Не запомнила.

— Слышь ты! Я щас позову братьев-учеников — посмотрим, как тогда запоешь!

— Подними голову наверх, — посоветовала женщина. — Видишь знак Серых? За любые проблемы тут, тебя вывернут наизнанку мехом. И твоя секта не поможет.

Грозовик снова скривился, и изрыгая проклятия вперемешку с угрозами, медленно покинул лавку. На самом деле Темное Грозовое Облако и правда «стояло за своих горой». Вот только он получил по голове непонятно от кого. А влезать в конфликт с кланом Серых, ради того, кто только что стал основным учеником, никто не будет. Ведь это в иерархии секты почти самый низ. Таких, как он, по городам и поселкам домена Молний Лар, ради выполнения заданий бродили тысячи.

Домен Ветра Кун, перед одним из малых оазисов:

Ветер пел бесконечную песнь, то поднимая тучи пыли, то утихая ненадолго. Именно он — владыка и повелитель всего вокруг. Солнце — мутный светлый шар, расплывающийся в глазах и припекающий сверху. На каменистой почве, медленно и неотвратимо превращавшейся в пустыню, ничего не росло. Да и температуры днем тут такие, что заметить что-нибудь живое вне оазиса практически невозможно. Тем не менее, культиватор, замотанный в светлую ткань по самую макушку, неторопливо шел вперед. Похоже, он четко знал куда идти. А запредельную жару для человека, культиватор переносил гораздо легче. Он даже практически не потел!

Секунды сменяли минуты. Те — часы, а культиватор в светлой ткани упорно шел вперед. Неясное марево впереди трансформировалось в темную точку. После чего, по мере приближения, эта точка становилась все крупнее и крупнее, пока очертания пальм не стали хорошо видны. Оазис! Место, где уставший путник может найти воду, и, возможно, еду. А так же проблемы — ведь это территория, которую будут яростно защищать. Если есть кому.

Культиватор сконденсировал энергию света в обеих руках, и по-особому хлопнул перед собой.

Небесный глаз!

Белоснежная рябь быстро распространилась вокруг, обходя песок, деревья и вообще любые неровности ландшафта. Буквально за мгновение это явление окутало огромное пространство перед культиватором.

— Нашел! Думал спрятаться тут, демонское отродье?!

Быстро проглотив какой-то эликсир, культиватор приготовился к сражению:

Доспехи света!

Окутавшись слепящим сиянием, он рванул вперед, выхватив короткое копье-артефакт из-за спины. Клочья истрепанной одежды развевались за ним, словно перья. А еще, из-под обрывков ткани показался настоящий хвост. Покрытый шерстью, с темными пятнами, словно у леопарда.

Однако, не успел культиватор добежать до первых деревьев, как навстречу ему полетела вражеская техника ветра. Невидимый простым взглядом порыв зловеще свистнул.

Культиватор с хвостом ловко пригнулся, пропуская атаку над собой. И рванул вперед с удвоенной скоростью, стремясь сойтись ближе с врагом. А там, где техника ветра встретилась с землей, беззвучно появился широкий разрез, углубившийся на пару метров в каменистую почву.

Больше, однако, дистанционных атак не было. А под тенью огромной пальмы, его ждал противник. Культиватор примерно в таких же светлых одеждах. Только в его руках находились пара артефактных сабель. Левую окружали порывы ветра, а правая чернела стихией тьмы.

— Я добрался до тебя, отродье демонов! — торжествующе закричал хвостатый культиватор. — Умри же теперь!

Он вскинул копье, накачивая его стихией света. Белоснежный луч почти мгновенно достиг врага. Тот принял атаку на скрещенные сабли, разбивая и блокируя луч.

Увидев это, хвостатый культиватор еще сильнее ускорился, окутываясь стихией света в толстый кокон.

Испепеление!

Живой снаряд столкнулся прямо с обладателем сабель, на мгновение ослепительно вспыхнув. Яростные потоки света выжгли одежду, и даже слой кожи врага, вместе с гораздо более чувствительными глазами. Основную часть собственной энергии хвостатый культиватор вложил в одну, сильнейшую технику. И оно того стоило!

Крик, наполненный болью, резанул уши. Враг с трудом удержал в руках сабли, пытаясь вслепую полоснуть перед собой. Но все это было бесполезно — хвостатый культиватор грациозно извернулся, и безжалостно ткнул вперед копьем. Наконечник, снова блеснув стихией света, проткнул шею обожженного, слепого врага.

— За что? Я никак не связан с демонами! — из последних сил пробулькал умирающий.

— Любой, замаравший себя стихией тьмы, недостоин жизни! Ты сам виноват в своей смерти! — пафосно ответил хвостатый, пристально наблюдая за смертью очередного врага. В ходе короткой, но яростной битвы полоска, прикрывавшая глаза от пыли сорвалась. И теперь стали видны глаза победителя. Ярко-зеленые, с вытянутым зрачком, словно у кошки…

Небольшое предисловие: «камни духа», как валюта стоящая над золотыми монетами, изменены на «алые камни» в этой, и предыдущих главах. Подробности — в комментариях.

Дальнейшая прогулка Эрвина по Хогелю не принесла особых впечатлений. Но при этом также оказалась полезной. Услышанная фраза то тут, то там. Громкая ругань нескольких культиваторов. Обсуждения прохожих. Конвоирование преступников стражей, и их реплики. Вопли зазывал из отдельных лавок… Крохотные даже не события — куски событий вокруг постепенно давали понимание происходящего вокруг. Хотя до полной картины все еще было далеко.

Увидев третью по счету лавку менялы, Эрвин невольно задумался:

— Может быть, не стоило так все поспешно продавать в той, самой первой?

После чего пожал плечами. Сделанного не воротишь назад, как бы не хотелось. К тому же, не в его характере было долго торговаться. Зато посвятить отработке очередной техники несколько недель, или даже месяцев, добиваясь наилучшего результата — вот это было по плечу. И не вызывало абсолютно никакого раздражения — для дела ведь! А деньги… Эррол, наследник клана Двуликого Лотоса, никогда не задумывался о них. Потому что незачем. Частично эту черту перенял и Эрвин, восстановив его воспоминания. Конечно, он гораздо больше зависел от средств, но все равно относился к ним достаточно равнодушно, ценя совсем иные вещи.