Выбор
Шрифт:
Если обычно все стараются приехать позже, чтобы прибыть на самое горячее, то в данном доме самое горячее начинается сразу, никакого накала. Тут не работает подобный план. Даже не верится, что час назад тут могла стоять тишина и покой, потому что в эту самую секунду дом переполнен студентами, некоторые из которых, уже не могут связать родную речь.
Окидываю взглядом толпу и цепенею, когда вижу Эйдена. Он стоит ко мне спиной, но я всё равно узнала бы его не только благодаря Рэну, который повёрнут ко входу боком. За прошедшее время, я вижу его второй раз в подобном месте. То, что несколько дней кипело во мне, вновь подкатывает и хочет вырваться наружу. Нет, это вовсе не гнев за то, что он пропал, а благодарность, что в тот день он приехал. Может быть, его попросил Алестер, может быть, он сам изъявил желание, но факт остаётся фактом: он приехал. И более того, копался в мусорном баке, а о том, что я могла выкинуть коньки, мог сообщить только Алестер, зная мою редкую, но меткую вспыльчивость.
— Дерьмо, куда ты? — спрашивает Алестер прекрасно понимая, куда я желаю направиться.
— Мне нужно поговорить с ним.
— Тебе не нужно говорить с ним! — вступает Фил, лицо которого отражает недовольство.
— Если считает, что нужно, значит, нужно, — спокойно говорит Шон. — Иди, Эм.
— Ты хреновый друг, — фыркает Алестер.
— Никто из вас её не остановит.
Посылаю благодарную улыбку Шону, который, слава небесам, является центральным мозгом в этой троице, и отклоняюсь в сторону.
Немного страшно, но я всё равно перебираю ногами к кухонному острову, где вижу Эйдена. Он не побрезгал и достал коньки, подойдя к моему поступку с пониманием, а не со словами о том, что я глупая и совершаю необдуманные поступки. Это действительно был всплеск эмоций, которым я поддалась и приняла поспешное решение выбросить коньки. Они — часть моего прошло, какое бы оно ни было, оно остаётся моим. От него не отделаться и не изменить. Стоит только принять и жить дальше.
— Сейчас ты будешь визжать, — говорит Рэн. Он смотрит на меня через плечо Эйдена и улыбается слишком широко. Я не знаю, хотел ли он, чтобы я услышала или не хотел, но я услышала.
— Ты о чём? — равнодушно интересуется Эйден.
Он отслеживает траекторию взгляда друга и поворачивается ко мне. Как бы не старался, его брови поднимаются, а губы образуют тонкую линию. Не понимаю, почему такая реакция.
— Я… просто хотела сказать спасибо.
— За что?
— Отлично выглядишь, Эмма, — улыбается Рэн. — Возможно, мы потанцуем сегодня.
Эйден бросает на него хмурый взгляд и вновь возвращает внимание ко мне.
— Если это предложение, то я подумаю, — с вежливой улыбкой, отзываюсь я. Краем глаза замечаю, что другие лица мужского пола тоже смотрят на меня с интересом, и я искренне не понимаю, почему. Это всего лишь топ. Ладно, ещё шорты. Немного короткие шорты, из-за чего чувствую себя голой, но другой одежды нет. Вики была права, когда заикнулась о излишнем внимании.
— За что? — снова спрашивает Эйден.
— За коньки.
Он жмёт плечами.
— Не за что.
— Увидимся, — звучит довольно глупо, но я говорю это и разворачиваюсь, чтобы вернуться к друзьям.
Протискиваюсь сквозь толпу зевак, некоторые из которых одобрительно освистывают меня, блуждая взглядом по телу. Когда оглядываюсь, вижу, что Эйден отвернулся, а на его плече висит женская рука. Это заставляет проснуться такое отвратительное чувство, как ревность. Конечно, мы ничем друг другу не обязаны, как он сказал, но и я не готова слетать с катушек и зажиматься с любым встречным, лишь бы привлечь его внимание. Я была бы законченной идиоткой.
Не успеваю дойти до Алестера, остаюсь перехваченной Филом, взгляд которого искрится чистым азартом.
— Я тут не один, — улыбается парень, протягивая руку по моим плечам.
— Ты пришёл с нами, — напоминаю я.
— Нет, я встретил старых знакомых. И это вы пришли со мной.
— Что я должна сделать? Поздравить тебя?
— Нет, но ты оценишь.
— Вряд ли.
— Как на счёт классных сисек?
— Не тут, — продолжая смеяться, отрезаю я.
— А мы так не думаем, да, парни?
Фил поворачивает меня и показывает свою волшебную находку из лиц, что несколько дней назад были в туалете и наблюдали мой позор.
— Боже, пожалуйста, не здесь, — с мольбой тяну я. — Только не сиськи.
— А мы за сиськи, — усмехается Фил, он склоняется к моему уху и достаточно слышно добавляет: — Мне не нравится, что ты ходишь к нему. Никогда не бегай за парнем. Это он должен бегать за тобой, чтобы получить твоё внимание.
— Я должна была поблагодарить и не более.
— Не оправдывайся.
— Но это так и есть, он помог мне!
— Ага, а сейчас на его шее болтается какая-то девчонка.
— И что?
— И ничего, — беспечно растягивает Фил. Он обращает взгляд к парням и лукаво улыбается. — Предлагаю выпить.
Кто бы сомневался, что они не поддержат его инициативу. Парни отзываются положительными громкими восклицаниями.
— Я в этом не участвую, — предупреждаю я.
— Не будь занудой.
— Я не хочу пить.
— Один стакан, — просит Фил.
Перевожу взгляд на Алестера, что качается в такт музыке и смеётся с каким-то парнем и Шоном. Он легко чувствует взгляд на себе, и находит мои глаза. Кажется, он решил оценить обстановку и обводит взглядом компанию, которая практически окружила меня. Вероятно, наличие Фила полностью успокаивает его, и Алестер поднимает свой стаканчик в знак тоста. Да, он совершенно точно одобряет.
Не понимаю, как пальцы смыкаются вокруг стаканчика. Смотрю на Фила, который подмигивает в ответ и улыбается.
— Ты не будешь занудой, — предупреждает парень.
— Я не зануда.
— Звучит, как добавлению к тосту за сиськи.
Щурю глаза и кусаю губу, окидывая его хитрым взглядом.
— Но ты будешь танцевать.
— О, ну нет, нихрена.
— Я выпиваю — ты танцуешь, или я не выпиваю.
— Ты танцуешь со мной.
— Да, — энергично киваю я.
— Тогда текилу.
— Я не умею её пить.
— Сейчас научишься.
Он забирает стаканчик с выпивкой из моих рук и вручает его какому-то парню, который совершенно не против дополнительной порции. Не проходит минуты, как перед глазами возникает лайм, соль, несколько стопок и бутылка. Лучезарная улыбка Фила готова заменить солнце. Он играет бровями.
— Детка, я не оставлю тебя одну.
— Иначе я убью тебя, — звучит сбоку голос Алестера.
— Ты не в доле, — заявляет Фил. — Даже не напрашивайся.