Чтение онлайн

Джулия отпрянула, но тяжелые руки легли ей на плечи. Однако она почему-то сознавала, что в любой момент может освободиться, а он не станет удерживать ее. Но что-то останавливало девушку, та же пьянящая сила, которая не позволила ей отстраниться.

– Не понимаю, что вы имеете в виду, – неубедительно защищалась она.

– Вы, как и я, тоже почувствовали это в первое же мгновение нашей встречи.

– Я прошу только об одном – оставьте меня в покое. – произнесла Джулия, но тут же охнула:

Дамон рывком привлек ее к себе. Глаза его горели неистовым огнем, превращавшим серо-стальной цвет в расплавленное серебро.

– Опять лжешь, Джулия?

Девушка испуганно затрепетала, жадно впитывая мужской запах, тепло ладоней, с ужасом ощущая окаменевшее свидетельство его желания, вжимавшееся в живот. Оба тяжело дышали.

Джулию часто обнимали мужчины, но всегда на сцене, если это полагалось по роли. Хорошо отрепетированные слова и движения не были ее собственными, а чувства искусно имитировались на потребу зрителям. Теперь же впервые реальность вторглась в мир грез, и Джулия растерялась.

Савидж осторожно провел ладонями сверху вниз по тонким рукавам пеньюара, и по спине Джулии пошел колкий озноб.

– В ту ночь, в поместье Брендонов, когда ты пришла в мою комнату… я отдал бы все на свете, чтобы коснуться тебя… побыть немного рядом… вот так… – прошептал он, едва дотрагиваясь губами до ее щеки. – И тогда поклялся себе, что никто не помешает мне получить тебя.

– Никто и ничто, если не считать жены и беременной любовницы, – насилу выговорила Джулия. Дамон откинул голову, рассматривая девушку из-под полуопущенных ресниц.

– – Я не уверен, что Полин носит ребенка, Вполне возможно, это всего лишь очередная уловка… Но не представляю, что сделаю, если она говорит правду. – И поколебавшись, мрачно добавил:

– Поверь, одно я знаю твердо: ты – моя.

– Я не принадлежу никому, – упрямо возразила Джулия, пытаясь отодвинуться. – Пожалуйста, уходи.

Бросив на Дамона отчаянный взгляд, девушка поспешила укрыться в спальне. Но он поймал ее на пороге и повернул лицом к себе:

– Подожди! Джулия…

Все убедительные, разумные речи, так тщательно заученные, теперь застряли в горле. Дамон страстно хотел заставить ее понять, что он вовсе не тот человек, каким казался до сих пор. Как получилось, что его размеренная, идеально устроенная жизнь так безнадежно запуталась?

Он неосознанно потянулся к развившемуся локону, свисавшему с плеча до самой талии. Джулия потрясенно застыла, словно охваченная тем же ощущением неизбежности происходящего, которое владело маркизом. Неужели он всегда отвергал ее и винил в своих бедах… Никогда и ни одну женщину он не хотел с такой силой!

Ладони Дамона скользнули под водопад волос, к нежному затылку, погладили шелковистые пряди.

Джулия слабо запротестовала, но мужчина неумолимо притягивал ее к себе.

– Это нехорошо… нельзя… – шептала девушка.

– Мне все равно.

В сей миг ничто за пределами этой комнаты не имело для Дамона ни малейшего смысла – богатство, титул, семья… Все, за что он боролся столько лет, казалось таким ничтожным, не стоившим труда и забот…

Он прижимал ее к себе все сильнее, пока Джулия не задрожала. С губ девушки сорвался стон, Дамон замер, боясь и надеясь. Руки Джулии, словно обретя собственную волю, медленно поднялись, зарылись в его густых волосах. И этого легчайшего прикосновения было достаточно, чтобы Дамон припал к ее губам, как умирающий от жажды – к источнику. Небывалое наслаждение захлестнуло его, кружа голову хмельной радостью. Боже, как она прекрасна! Как восхитительно ощущать ее упругую грудь и стройные бедра! Шелковистый поток волос омыл его руки, и Дамон оторвался от ее: губ, чтобы снова захватить в пригоршню блестящие локоны и потереться о них щекой. Девушка тихо всхлипнула и сжалась.

– Я старалась ненавидеть тебя, – шепотом призналась она

Дамон приподнял ее подбородок и обвел кончиком пальца контур лица.

– Ах, Джулия, и я не святой. Лгал всем, включая себя, так что мы оба виноваты. И подобно мне ты сделала все, чтобы выжить.

Из глаз девушки брызнули слезы, но Дамон немедленно стер теплые капельки. Огромное облегчение – сознавать, что наконец-то можешь говорить с ним откровенно.

– Я не знала, что ты искал меня.

– Почему же не открылась еще там, в поместье Брендонов?

– Боялась. И хотела защититься.

– Скорее взять надо мной верх.

– Вовсе нет, – возразила девушка, предательски краснея.

Дамон невесело улыбнулся:

– Ты так и не сказала бы правды, верно? Пристыженное молчание было ему ответом.

– Ты не избавишься от меня так просто, Джулия, – пробормотал мужчина, властно лаская ее. Девушка попыталась вырваться, но он держал ее крепко. На сей раз поцелуй был откровенно чувственным: его язык скользнул между ее губами. Дамон жадно упивался влагой этого соблазнительного рта. Джулия тихо застонала, не понимая, что с ней происходит, и едва нашла в себе силы резко

Повернуть голову и прижаться лбом к его плечу. Она играет с огнем, и несчастье не заставит себя ждать!

– Между нами ничего не может быть, – умоляюще прошептала она. – Я никогда не стану той женщиной, которая тебе нужна. А у тебя долг перед семьей, ответственность… обязательства…

– И мне ни на минуту не дают о них забыть, – резко оборвал Дамон. – Каждый раз, вступая в очередную связь, я знал, что это ненадолго. Ведь я не имею права предложить женщине ни своего имени, ни постоянного союза. Теперь, когда я нашел тебя, не говори, что наша встреча была ошибкой.

– О чем ты? – спросила девушка, жалко улыбаясь. – Неужели не хочешь, чтобы наш брак признали недействительным? Но что у нас общего? Я больше не Джулия Харгейт, а совершенно неподходящее для тебя создание. Актриса и маркиз! Что нас связывает?!

– Это не важно.

– Сейчас да, но потом? – настаивала Джулия, отталкивая Дамона. – Ты потребуешь поступиться всем, что мне дорого, приносит счастье и радость, – тем, ради чего я так упорно трудилась. Разве маркиз Савидж позволит жене выступать на сцене, где ее целуют и обнимают посторонние мужчины, пусть все это лишь игра? Да ты просто не переживешь такого позора.