Чтение онлайн

— А пепельница?

— Позади вас цветок стоит, можете прям в горшок…

— Э-эм… — полицейский с сомнением посмотрел на хозяйку кабинета, но не обнаружив на ее лице ни следа улыбки, понял, что это не шутка. — Как скажете.

Мужчина слегка подрагивающими руками извлек из кителя пачку сигарет, чиркнул зажигалкой и сделал длинную затяжку, от одного взгляда на которую у Стрельцовой уже закружилась голова.

— В машину бросили коктейль Молотова и обстреляли. Экипаж получил ранения, но сумел выбраться и уйти с линии огня, вот только… о Серёге никто не подумал…

— Он… он… — пролепетала Алина, прижимая ладони к щекам и боясь произнести свою догадку вслух.

— Он так и сгорел, оставшись запертым в автомобиле. Тело обгорело очень сильно, на нем не осталось ни единого целого участка кожи. Так что хоронить будут в закрытом гробу.

— Боже…

Алина на негнущихся ногах едва сумела доковылять до Виктории, а потом рухнула рядом с ней прямо на колени и, разрыдавшись, уткнулась куда-то в её подмышку.

Вика на полном автомате погладила свою подопечную по голове, хотя сама сейчас была в секунде от того, чтобы зареветь в полный голос. Вероятно, она должна была что-то ответить пришедшему полицейскому, но девушка боялась даже раскрыть рта, потому иначе ее бы просто прорвало похлеще, чем Алину.

Видя, что обе девушки не очень-то способны продолжать разговор, майор все же решил высказаться до конца.

— Простите, что все это говорю вам, просто у Сергея нет никаких родственников, а из друзей я знаю только себя, и вас, Виктория. Серёга всегда тепло о вас отзывался и тосковал после вашего расставания, хотя и не показывал прямо…

Вот тут уже Стрельцова не выдержала. Тихонько всхлипнув, она спрятала лицо в ладонях и затряслась в беззвучном плаче.

Разговор сам собой заглох, но полицейский не спешил уходить, терпеливо дожидаясь, когда его собеседницы сумеют взять себя в руки. Он успел скурить три или четыре сигареты без какого-либо перерыва, прежде чем Вика смогла отнять от перепачканного размазанной тушью лица ладони.

— И-и-из-звините, п-продолжайте, — едва сумела она протолкнуть сквозь дрожащие губы.

— У Сергея не было родственников, — продолжил полицейский, тактично отводя взгляд от плачущей девушки, пристально изучая узор на потолочной плитке, — а мы с вами единственные, кто хорошо его знал. Я подумал, что вы могли бы захотеть принять участие в его погребении. Поскольку на момент смерти Серёга был заключенным, и вопрос наследования повисает в воздухе, то максимум, что ему светит от государства, это деревянный крест и могила на отшибе среди бомжей и «бесхозных», а я бы не хотел ему такой участи… уж человеческие похороны он заслужил.

— Вы пр-равы. Я хочу чтобы Серёже… — Вика с трудом подавила очередной судорожный всхлип, рвущийся из груди, — было хорошо…

Скомкано обсудив еще некоторые детали и оставив свой номер телефона для связи, полицейский быстро ушел, не бросив даже взгляда за спину, оставляя двух девушек реветь друг у дружки на плечах.

Тугай Сафаров только что закончил телефонный разговор, в котором распоряжался подготовить личный самолет, и небрежно бросил телефонную трубку на стол. Он слишком задержался в России, и ему давно уже пора было возвращаться на родину. Судя по последним новостям, главный подозреваемый в похищении его сына теперь мертв, а это значило, что его ничто здесь больше не держало. Конечно, Тугай не бросит все свои изыскания вот так сразу, он оставит нескольких своих людей, чтобы те тщательнейшим образом перепроверили всю информацию. Ну а для этого дела необходимости в его присутствии здесь не было.

Нежданно размышления олигарха прервал деликатный стук в дверь.

— Да?

На пороге показался его главный телохранитель, который сопровождал Сафарова везде, куда бы тот не направлялся.

— Гасан оглы, — уважительно обратился он к Тугаю, почтительно при этом склонив голову, — к вам пришел мужчина, утверждает, что принес важные вести, но готов говорить только с вами лично.

— Я не собираюсь тратить свое время на проходимцев. Либо он прямо говорит, чего от меня хочет, либо гоните его.

— Я понял вас, — бодигард снова наклонил подбородок и, не разгибая шеи, приложил палец к беспроводной гарнитуре в ухе.

Что-то отрывисто скомандовав и получив почти мгновенный ответ, он поднял на своего нанимателя глаза.

— Он говорит, это касается Секирина.

Сафаров ненадолго задумался, а потом махнул рукой, разрешая пригласить неизвестного визитера к нему в кабинет. Любопытство все же взяло верх.

— Хорошо, впускай.

Бесшумно растворившись, будто его здесь никогда и не было, телохранитель снова появился спустя несколько минут, ведя перед собой какого-то незнакомца. Он вряд ли был намного старше Тугая, но выглядел так, словно годился олигарху в отцы.

— Ас-саляму алейкум, хозяин дома.

— Уа-алейкум ас-салям, гость. — Ответил на приветствие Сафаров. — Приятно встретить истинного правоверного в этой стране.

— Взаимно, господин Тугай, взаимно. Мне так же приятно видеть того, кто еще не позабыл законы гостеприимства.

Олигарх было нахмурился, посчитав это шпилькой в его адрес за то, что он не собирался пускать его на порог, но старик продолжил разговор, будто ничего особенного под этими своими словами и не подразумевал.

— Разрешите, я сразу перейду к делу.

— Я буду только рад, если заглянувший ко мне человек ценит не только свое, но и чужое время. — Сафаров все-таки не удержался от ответной любезности и намекнул на то, что гостю следует поторопиться с изложением своей речи, и посетитель, судя по всему, его прекрасно понял.

— Я случайно услышал о том, что вы искали Сергея Секирина, подозревая его в организации похищения своего сына. Скажите, это так? Мои источники меня не обманули?

— Нет, не обманули, но какое это может иметь значение? Теперь этот человек мертв, его постигло возмездие без моего участия. К сожалению.

— А если я скажу вам, что он на самом деле жив? — Старик выжидательно уставился на Сафарова, отсвечивая легким безумием в глубине своего взгляда.

— Откуда у тебя такая информация?

— Просто знаю, — пожал плечами старик, — чувствую.

— Ты что, — раздраженно вскинул бровь Тугай, — пришел ко мне только чтобы поделиться своими предчувствиями?

— Не предчувствиями, уважаемый господин Сафаров, а уверенностью. Такие выродки никогда не избавляют мир от своего существования так просто. А кроме этого, я хотел озвучить вам свое предложение.