Чтение онлайн

— Аркаим — это где-то в Сибири?

— В Челябинской области.

В Аркаим Геру раньше не тянуло. Обходилась же она без славянского платья и без плясок вокруг огня в день Ивана Купалы. Матушка ей как-то рассказывала про Страну Городов, но серьезно темой Гера не увлекалась. Теперь, следуя за Никитой по тропинке, она пыталась выудить из памяти хоть какую-нибудь информацию.

Что она знала об Аркаиме? Только то, что Аркаим — место, отдаленное от цивилизации, с которым связывают зарождение арийской культуры. Мистики попадают на Аркаим, чтобы пообщаться с душами предков.

— Мы заночуем в поле? — спросила она у Ника.

Он замедлил шаг, но не остановился.

— В поле? Зачем? В вагончике.

— Здесь нет вагончиков.

— Здесь ты их не увидишь. Мы же в пригороде Симферополя.

— Где?!

А ведь и правда, здесь, должно быть, теплее, чем на Аркаиме. И тополя вдоль дороги протянулись так, словно кроны очертили карандашом. Таким манером их сажают, наверное, только в Крыму.

И не пролесок это совсем.

— Слушай, Ник, — она засеменила рядом мелкими шажками, — раз мы в Крыму, нельзя нам вместо Аркаима отправиться в Ялту? Ведь Ялта отсюда гораздо ближе, чем Аркаим! С автобусного вокзала ходит маршрутка…

— Нельзя! — отрезал Никита. — Меня вызывает начальство. Ситуация непредвиденная. Тебя я не брошу, поэтому составишь компанию.

— Жаль, — сдалась она, оставив потуги вытащить Никиту на Черноморское побережье. — Что будешь делать?

— Найдем попутку, — начал он объяснять. — Прямого пути на Аркаим не существует, только через Симферополь. Я обнаружил маршрут летом, когда телепортировался в Крым, чтобы позагорать в Судаке. Транспорт на Аркаим находится в стене автобусного вокзала. Местные гастарбайтеры-лемурги им регулярно пользуются. Они даже заражают друг друга специально, чтобы в Челябинск попасть. Жаль, что этот туннель особенный; по нему можно перемещаться только в одном направлении.

— Гастарбайтеры из Челябинска куда потом едут?

Ник хохотнул.

— Кто-то в Уфу, а кого-то и в Пензу заносит. Самые упорные до Москвы добираются. Там, говорят, работы побольше.

— Если туннель в одну сторону, мы-то когда вернемся? Матушка точно с ума сойдет!

Он снисходительно потрепал ее по плечу:

— Не волнуйся. Дома будешь, никто не заметит.

Попутку удалось поймать не с первой попытки. Дальнобойщик, идущий в город порожняком, дружелюбно пригласил их в кабину.

— Залазьте, девчата!

Никита отправил Геру ближе к окну. Ему не понравилось, какие взгляды бросал на нее рыжий веснушчатый парень.

— Откуда будете? — спросил тот.

— С Москвы.

— С Москвы? — протянул водитель. — А что ж здесь потеряли? Место-то дикое. Поле!

— Так получилось, — уточнила Гера. — Мы, представьте, геологи.

— Разведчики?

— Разведчики, — подтвердил Никита. — Разведываем, хватает ли крымчанам природных ресурсов. Если не хватает, готовы делиться.

— Лихо, — водитель присвистнул. — А где же ваша геолого-разведывательная аппаратура?

— Так мы ее на автобусном вокзале забыли. Едем забирать. Подбросите?

— От чего же не подбросить хороших людей?

Водитель включил радио, и их оглушили «Вопли Видоплясова».

До Симферополя они добрались без приключений. Было уже темно, когда Никита показывал Гере портал. Эта воронка, как и ее сестра-близнец в Питере, погуливала на полметра.

— Хорошо, если гуляет горизонтально. Но иногда ее заносит наверх. Будь осторожнее.

— Не в первый раз, — отозвалась Гера и прыгнула. Именно прыгнула, потому что спокойный шаг мог привести к травмирующему падению.

«Ух!»

Гера лежала в пыли. Второй раз за день. Ей снова пришлось отряхнуться. Одно хорошо: они под Челябинском.

Воздух был чистым, вокруг поле. Не холодно, скорее прохладно. Птицы в вышине, холм возле горизонта.

Она огляделась.

Что-то не так.

Привычное для перемещений время прошло, а Ник не появлялся.

Отвлек его кто-то в Симферополе или что-то случилось с Транспортом?

И тут в ее голове как будто головоломка сложилась.

Когда они отбывали из Крыма, было совсем темно: Луна тонким серпом висела на юге, скудно мерцали звезды. А здесь Солнце только взошло. Если бы оно клонилось к закату, краски бы были другими. Это все равно что сравнивать ребенка и старика.

Сейчас утро, около девяти. Никиты до сих пор нет. И она не уверена, что переместилась в настоящее. Она ведь могла и в прошлое угодить на много веков назад! Как же тогда вернуться, если она понятия не имеет, где искать Транспорт?

— Гера, я здесь!

Никита сидел на валуне, растирая лодыжку.

— Совсем распоясался Транспорт. Метров сорок, рекорд поставил. Его бы в «Книгу Гиннеса», да только простые смертные не поймут. Похоже, на коридор повлияла близость зеркальной ловушки.

Она не стала уточнять про ловушку — Никита сам потом объяснит, — а вот про путаницу со временем суток спросила:

— Почему сейчас утро? В Симферополе был вечер.

— Нас отбросило на полтора дня назад. Бывало, что и на парочку дней Транспорт отбрасывал в прошлое. Часов шесть погрешности, точнее сказать не могу. Вот такой фокус.

— Ничего себе! Получается, что я — то есть вторая я — сейчас нахожусь дома?

— Так точно, — подтвердил Никита.

— А ты — то есть другой ты — едешь следом за мной в больницу, чтобы потом пригласить в Останкино?

Ник задумался, перестал гладить лодыжку.

— Нет. Я сейчас сижу на скамеечке и дожидаюсь, когда же ты выйдешь. Инстинкт лемурга, знаешь ли.

— Точно, — подтвердила Гера.

Ей пришло в голову, что можно же позвонить себе самой по мобильному и рассказать о том, что случилось. Потом наставить себя же на путь истинный.