Чтение онлайн

В 18 часов командующий и штаб сходятся за обедом. Он тянется недолго. После обеда генерал Юденич нередко выезжает в войска. Чаще же после часовой прогулки он возвращается в Ставку, где до поздней ночи принимает доклады о снабжении войск, об организации тыла, о решении кадровых вопросов...

Так изо дня в день тянется трудовая жизнь в затерянном среди гор Закавказья Ставке командующего».

В начале 1915 года русская Кавказская армия получила долгожданное усиление — прибывший с Северного Кавказа 4-й Кавказский армейский корпус, которым командовал генерал от инфантерии П. И. Огановский. Корпус насчитывал в своём составе более 30 пехотных батальонов и почти 40 кавалерийских эскадронов и сотен, но они были укомплектованы людьми менее чем на треть.

По поводу появления 4-го Кавказского армейского корпуса у Юденича состоялся по телеграфу не совсем приятный разговор с Верховным главнокомандующим великим князем Николаем Николаевичем-Младшим:

— На линии Ставка Верховного. У аппарата главнокомандующий и начальник штаба Ставки генерал Янушкевич, докладывайте.

— Сегодня первые эшелоны 4-го корпуса прибыли в Карс, через две-три недели весь корпус будет на фронте.

— Каково состояние корпуса Огановского?

— Большой недокомплект в личном составе. В пехоте налицо четверть людей, в кавалерии — треть.

— Что вас ещё беспокоит?

— Большой недокомплект офицерского состава.

— Восполните это своими резервами.

— Такой возможности не имею. Число офицеров запаса, числившихся в бывшем Кавказском военном округе, почти исчерпано, из других округов поступления офицеров запаса нет.

— А что же ваши армейские школы прапорщиков, Тифлисское военное училище?

— Ускоренные выпуски из училища и кавказских школ прапорщиков в Тифлисе и Гори не восполняют убыль офицеров даже в действующих войсках.

— Какой вы видите выход из положения?

— Принял решение открыть ещё две школы прапорщиков. Командирам отдельных частей приказано отобрать для учёбы в них лучших унтер-офицеров, Георгиевских кавалеров из рядовых.

— Хорошо. Так дальше и действуйте: смело выдвигайте перспективных прапорщиков на должности командиров пехотных рот. Военные училища много выпускников на Кавказ дать не могут. Для России Главный фронт — Восточный.

— Это мне понятно. Но большая нужда есть в артиллерийских офицерах. Поступившая группа выпускников Константиновского училища проблему с командирами батарей не решает.

— Мой совет здесь — готовьте своих прапорщиков для артиллерии. Из инженерных и военно-топографического училищ пополнения вам тоже пока не будет.

— Позвольте спросить о причине?

— Причина одна: Северо-Западный и Юго-Западный фронты становятся на позиции.

— Тогда вопросов нет.

— Ваши планы на кампанию после прибытия 4-го Кавказского армейского корпуса?

— Штаб армии готовит новые наступательные операции на Эрзерумском направлении, но есть сложность в их осуществлении.

— Какая?

— С таким приращением сил мне, как командующему армией, трудно рассчитывать на оперативное превосходство над неприятелем.

— Как вас понимать, Николай Николаевич?

— Если Кавказская армия не получит полноценной замены 2-му Кавказскому корпусу, взятому на Восточный фронт, ей трудно будет проводить наступательные операции широкого масштаба.

— Чьё это мнение?

— Это мнение моё и моего начальника штаба генерала Рауха.

— Мы понимаем ваше положение. Сообщаю, что государь и Ставка надеется на инициативу и твёрдость генерала Юденича, как командующего Отдельной армией. Не забывайте, что вы фактически командуете целым фронтом.

— Благодарю за доверие, но моя просьба о присылке полноценных подкреплений остаётся в силе.

— Вас поняли. Сообщаем, что сейчас начато развёртывание полков третьей очереди, пополнение получите из них.

— Благодарю за внимание к Кавказу.

— Касательно вашей просьбы о новой должности для генерала Калитина. Берхмана мы забираем сюда, а на его место командиром 1-го Кавказского армейского корпуса будет назначен Калитин. Высочайший указ последует в начале февраля.

— Могу заверить Ставку, что генерал Калитин может по своим данным возглавить армейский корпус.

— Есть ли у вас ещё вопросы к Ставке?

— Есть. Когда будет получено высочайшее разрешение на проведение операции в Персии?

— Думается, что скоро. Сейчас дипломаты прорабатывают ситуацию, и тогда император примет окончательное решение.

— В Кавказской армии на ввод войск в Персию готовы. Экспедиционный корпус поручено сформировать и возглавить генералу Баратову. Он хорошо знает новый театр.

— Передайте ему, что действовать придётся в самое ближайшее время. Ещё вопросы?

— Всё.

— Как только планы операций на кампанию будут готовы, прошу ознакомить с ними начальника штаба Ставки.

— Вас понял...

К чести Юденича нужно сказать, что он не слал в Ставку Верховного главнокомандующего слёзных телеграмм о пополнении Кавказской армии личным составом; зная по оперативным сводкам, что почти все подготовленные резервы направлялись на Восточный фронт. Именно там шли широкомасштабные сражения русских фронтов с войсками Германии и Австро-Венгрии. Юденичу приходилось рассчитывать на собственные силы.

Командующий армией, планируя новые боевые операции, исходил прежде всего из реальных возможностей своих корпусов и отдельных отрядов. Так, новому 4-му Кавказскому армейскому корпусу генерала Огановского предписывалась следующая задача:

«...Частыми атаками улучшить занимаемое положение, ведя боевые действия передовыми отрядами, комплектуемыми из наиболее боеспособных частей».

Коротко и ясно: оперировать только наиболее боеспособными батальонами, казачьими сотнями, батареями, укомплектованными людьми до штатного расписания.