Чтение онлайн

Ключевым местом в моем плане была кузница. И тут меня ждало крайне неприятное открытие. Да, я ожидал чего-то подобного, но не был к этому готов. Ксар. Этот сильный, пышущий здоровьем человек, тот, кто в полной мере оправдывал бы словосочетание «добродушный здоровяк»… я не мог и в мыслях представить его мертвым. Оттого принять данность мне было очень тяжело.

Ксар погиб у порога своего дома. Умер, защищая свой дом с оружием в руках.

«Теперь то точно все… — я присел на голую землю рядом с уже остывшим телом, ощущая внутри стылую пустоту. — Новая жизнь? От нее и углей не осталось. Только пепел…»

Но как бы плохо мне не было, отступить от своего плана я уже не мог. Пока я тайком пробирался от площади к кузнице, противоядие как раз начало работать: неведомый алхимик, создавший антидот, озаботился о ясном сигнале — горечь во рту пропала напрочь, сменившись на приторную сладость слюны. Иммунитет к яду сохраниться у меня еще на несколько часов, если все пойдет по плану, то этого времени мне хватит с лихвой.

Закончив с приготовлениями ловушки в кузнице, я приступил к активной части своего плана. Исходной точкой был фруктовый сад у дома, что примыкал к площади. Отсюда я мог увидеть, что та, кто возглавляла силы Аг-Наар, была чем-то занята. Ее люди притащили откуда-то большой плоский камень и установили его рядом с границей невидимого круга, что сжигал людей заживо. Женщина под огнем факела — светило уже окончательно скрылось за горизонтом, — кажется, что-то чертила на этом булыжнике, точно я рассмотреть не смог, но все это, включая собранных, как скот, людей, сильно попахивало подготовкой к массовому жертвоприношению.

Вздохнув, я собрался с мыслями, в очередной раз прорабатывая вероятный ход событий. Судя по действиям командирши налетчиков, я не ошибся и она — на самом деле жрица. А значит — обязательно почувствует Ат-Ску.

Вспышку, что каждый раз возникала при активации амулета, я скрыл, спрятав камень под курткой. И буквально через секунду после того, как Ат-Ску начал работать, жрица — теперь я был точно в этом уверен, — оторвалась от своих дел с камнем и посмотрела прямо в мою сторону.

Ждать дальнейших действий от нее и ее солдат я не стал — мне было достаточно убедиться в том, что она заметила работу амулета. Практически не скрываясь, я рванул прочь, в направлении кузницы.

Мой план был до смешного прост. Только сама жрица сможет в темноте обнаружить меня, если я буду использовать затемняющий взор амулет. А следовательно — будет вынуждена лично возглавить мои поиски. И на этом я ее и подловлю.

«Отрубить голову змее — и тело не будет представлять угрозы», — повторил я про себя.

В том, что меня преследуют, не приходилось сомневаться — я слышал крики налетчиков, среди которых мне удавалось вычленить отрывистые приказы, отданные женским голосом — судя по ним, жрица старалась загнать меня в западню, отрезав все пути отступления. Что ж, бегство из Синуэды и не числилось в пунктах моего плана.

Я балансировал на грани — как оказалось, жрица прекрасно умела координировать действия своих подчиненных. Единожды меня едва не загнали в угол: сказывалось то, что противостояли мне всадники, и их преимущество в численности было подавляющим. Лишь сила Ат-Ску позволила мне сбежать в самый последний момент.

После всего, что со мной произошло, особенно самопожертвования Гуэр, я растерял скептический взгляд по отношению к сверхъестественным силам. И кажется мне, одна из таких сил благоволила мне — другого объяснения, как мне не смотря ни на что, удалось добраться до кузницы, да еще оторвавшись от преследователей, я не видел.

Забегать внутрь строения я не стал: был велик риск, что жрица прикажет просто выкурить меня оттуда при помощи огня. Я выбрал иной вариант: сорвав Ат-Ску с шеи, я отбросил его от себя, а сам рванул в противоположную сторону, к заранее приготовленному укрытию среди зарослей. Не ахти какое место, но иного выбора у меня не было.

Я успел секунда в секунду — только я устроился на своей позиции, как перед кузницей показались мои преследователи. Моя ладонь легла на рукоять развернутых кузнечных мехов, но пока что не было главной моей цели — я не видел жрицу.

— Обыщите тут все! — когда я услышал ее резкий приказ совсем с другой стороны, чем ожидал, то мое сердце пропустило удар. Скакун жрицы остановился слева от меня, настолько близко, что протяни я руку — и смог бы коснуться его ноги. — Кто бы это ни был, он хочет запутать нас! Трое — в кузницу!

Меня по самую голову укрывала заблаговременно прихваченная мешковина — и лишь благодаря ней я пока что оставался незамеченным. Моя цель спрыгнула на землю и я понял — сейчас или никогда. Если я упущу этот момент, то наверняка погибну.

Резко провернув меха в направлении женщины, я сжал их. На скрип та успела лишь повернуться и белое облако яда, вытолкнутое из них, попало прямо в цель, с ног до головы окутав жрицу.

— Что… — большего сказать она не успела — марсат вместе с воздухом попал ей в легкие, заставив жрицу зайтись в жестоком приступе кашля. Нельзя было упускать момент — отбросив мешковину в сторону, я кинулся на жрицу, ударом кинжала в грудь подарив ей легкую смерть.

При выборе позиции мной было учтено направление ветра — и расползающееся облако яда унесло в сторону кузницы, разом накрыв с десяток человек, которые так и не поняли, что произошло. Я не стал ждать, пока все пораженные свалятся под действием марсата: вместо этого я припустил прочь, как можно дальше от этого места.

* * *

«Проклятье…» — таким… отвратительно грязным я не чувствовал себя никогда, и дело было вовсе не в том, что я был весь перепачкан в чужой крови, пыли и гари. Нет, эта грязь была иного рода — непередаваемое, холодное и липкое ощущение, осознание того, что ты только что, своими руками, одним махом отправил на встречу с Наэ-Хомад почти два десятка человек.

И пусть они были вовсе не ангелами, а совсем наоборот: аг-наарцы пришли в Синуэду убивать и, следовательно, должны были быть готовыми погибнуть и заслуживали смерти сами, но вот то, как они умерли… Пожалуй, их гибель разом искупила все грехи, что эти люди успели совершить за свою жизнь.

Я не смог далеко убежать от места засады, не знаю, что заставило меня обернуться. И темнота наступающей ночи не смогла укрыть от моего взгляда ужасную картину. Думаю, я никогда не забуду того, что увидел.

Последние минуты жизни этих несчастных были полны адских мук — люди с воем катались по земле, исходя кашлем со вскипающей на губах бело-розовой пеной, пытаясь выцарапать себе сжигаемые ядом глаза, их рвало кровью, тела изгибало в судорогах, а от захлебывающихся воплей хотелось заткнуть уши. Не менее жуткой была участь животных — марсат убивал всех без разбору.