Чтение онлайн

и бедра ее кажется вот-вот

50

растопят мои чресла… Как в тумане

каком-то наркотическом слегка

улавливаю запахи «Клима» -

духов французских, этот запах Тане

присущ был также, видимо у них

являлась общим достояньем склянка

с духами теми. Наконец подлянка –

закончилась мелодия, и стих

магнитофон, но с Ирою все также

мы продолжали обниматься, я же

51

стыдился, что когда чуть отойду

от Иры, то заметит кто-то взглядом

распущенным насколько с Ирой рядом

я перевозбудился – на беду,

а может быть на счастье, целомудрен

я был ужасно… Но опять звучит

спокойная мелодия, вновь хит

конца семидесятых… В легкой пудре

щека Ирины ( фирмы «Ланкоме»

ее косметика), и я ловлю момент –

52

случайное к щеке прикосновенье

вновь повторяю и уже плыву,

что называется, и даже резкий звук

разбитой чашки нашего томленья

не прерывает. Вот ее виска

коснулись мои губы, вот вдыхаю

ее духи и слабо различаю

приятный запах локона, слегка

упавшего на лоб, а мои руки

ее схватили плотно словно крюки.

53

Но вот мои ладони по спине

ее прошлись, скользя то вверх, то ниже…

Вот как бы невзначай – а вдруг обижу! –

моя ладонь касается… но нет! –

она убрала выше мою руку…

О боже мой, как счастлив был тогда

я в самом деле! Где мои года?

Вернуть бы целомудренную муку

любовного томленья, чтобы вновь

изведать первобытную любовь

54

и воспарить над бренною землею…

Ужель не испытаю никогда

того, чего уж многие года

не достает и что меня с собою

не может примирить, и все коплю

в душе как в неком избранном сосуде

томления свои, надеюсь – будет

опять избыток, снова полюблю

как в юности, и розой тайна мира

раскроется опять, и моя лира

55

не оплошает и послужит вновь

высокому и сильному искусству…

Но это лишь мечты… Бывает пусто

и свято место… Впрочем, приготовь

свой ум, читатель, к восприятью жизни:

в ней так разнообразно все, и взгляд

меняться должен, и бываешь рад

любому ракурсу, в который ум твой втиснет

теченье жизни, правда, коль сперва

преодолеешь кризис естества…

V. В ФЕОДОСИИ

56

Но возвратимся в памятные годы…

Оставим новогоднюю ту ночь

и сядем на автобус, чтобы прочь

из города уехать – мы в походы

ходили на каникулах всегда –

так вот, мы в Феодосию попали

с тобой, читатель, где, то ли в спортзале

то ль в комнате просторной – не беда,

что я не помню точно, – расстелили

мы спальные матрасы, клубы пыли

57

подняв сперва, на крашеном полу.

Я в рюкзаке копаюсь полинялом,

где байковым придавлен одеялом

был ужин, что хотел достать к столу,

который накрывали тут же, рядом,

в проходе меж матрасами, стеля

газеты на полу и в круг валя

съестные все припасы, чтобы взглядом

определить: что есть у нас с собой?

и все ли накрывать, чтоб на убой

58

не наедаться?.. Я, томимый грустью

любовною, поскольку не пошла

в поход Ирина, у нее дела

какие-то возникли дома, пусть и

печальный, но занятьем развлечен:

вытаскиваю пищу, что в газету

завернута и, развернув, котлету

на хлебе нахожу, беру бекон

и очищаю от газеты влажной

просаленной, огурчики в бумажной

59

обертке также – ведь тогда пакет

из целлофана, да еще с набитым

рисунком, был ужасным дефицитом

и стоил на толкучке много лет

до десяти рублей, - потом яички

вареные кладу на общий стол

и вновь сажусь на свой матрас, на пол

кладу рюкзак у головы и, спички

нащупав в куртке, завалившись в бок,

бросаю незаметно коробок

60

в рюкзак, на дно, подальше – запрещалось

курить у нас, а я тогда уже

покуривал, хоть был настороже

когда курил – мне тяжело давалась

взросления наука… В общем так.

Когда поужинали, мы сгрудились возле

Ирины Леонидовны на возглас

ее командный, мол, кончай бардак,

садимся все в кружок и начинаем

играть в игру… И вот уж мы играем

61

в ассоциации… Как вдруг раздался звук