Чтение онлайн

– Ассад, ты в порядке? – спросил он у напарника после долгого молчания во время пересечения Фюна.

– Да-да, не беспокойся. – Тот выпрямился в сиденье. – Тебе следует свернуть на съезде номер пятьдесят пять, – сказал он, ткнув пальцем в карту на навигаторе.

Неужто болтунишка сам до этого додумался?

– Через шестьсот метров поверните направо, – прозвучало из навигатора.

– Ассад, совсем не обязательно мною руководить. Навигатора вполне хватает.

– Тогда мы окажемся на триста двадцать девятом, направление на Хиндевад, – невозмутимо продолжил помощник. – Отсюда всего десять километров до Бренерупа.

Карл вздохнул. Это прозвучало, как будто им непременно предстояло преодолеть лишний десяток километров.

После беспрерывных комментариев с интервалом в двадцать секунд Ассад наконец указал на пункт назначения.

– А вот и дом, где жил Таге, – оповестил он, на две секунды опередив навигатор.

Дом – это было громко сказано. Скорее черненый деревянный барак, прилепленный к нагромождению каких-то остатков строительных материалов, начиная от газобетона и заканчивая асбестовыми пластинами с наслоениями от фундамента и обветренной крышей из волнового шифера. «Нельзя сказать, что он служит городу украшением», – подумал Карл, вылезая из машины и подтягивая штаны.

– Ты все еще уверен, что она нас ждет? – спросил он, звоня в дверь уже в пятый раз.

Ассад кивнул.

– Да-да, милая женщина для телефонного разговора, – заверил он. – Немного заикалась, но в плане нашей договоренности все должно быть в порядке.

Карл кивнул в ответ. «Милая женщина для разговора», – этот человек способен изменить датский язык.

Не успев добраться до ступеней, они услышали кашель – ну хоть какое-то свидетельство жизни.

В воздухе предбанника стояла смесь запахов хронического бронхита, кошачьей шерсти и концентрированного алкогольного духа. Несмотря на очевидную убогость и полнейшую непригодность места к человеческому проживанию, пожилая персона по имени Метте Шмаль перемещалась по помещению с такой грацией, словно являлась хозяйкой Хаврехольма.

– Ну да, м-м-мы с Таге же не б-были женаты, но ад-двокат понимал, что если я присматриваю за домом, вполне с-справедливо будет передать его м-мне. – Она закурила сигарету, явно не первую за сегодняшний день. – Сумма вылилась в д-десять тысяч к-крон, и это были ог-громные деньги в д-девяностом, к-когда дом наконец б-был закончен.

Карл огляделся. Если память ему не изменяла, десять тысяч в то время стоила видеокамера, причем для видеокамеры действительно было дороговато, чего явно нельзя сказать о доме. С другой стороны, кто бы не предпочел лучше приобрести видеокамеру, нежели такую кучу разномастного строительного хлама?

– Вот его к-к-омната, – тут она легонько пнула в сторону парочку кошек с облезлыми хвостами. – Я сюда ник-когда не захожу. Это было бы к-как-то неправильно.

Женщина толкнула дверь, обклеенную старой рекламой различных смазочных масел, и они очутились в духоте, намного превосходящей ту, из которой только что вышли.

Не кто иной, как Ассад, отыскал дверь наружу, он же обнаружил источник вони. В углу рядом с постелью стояли пять винных бутылок с остатками мочи. Судя по виду сосудов, некогда они были наполнены до краев, так как само стекло совершенно утратило прозрачность благодаря веществам, оставшимся после испарения жидкости.

– Ах да. К-конечно, нужно было их вык-кинуть, – женщина швырнула бутылки в заросли сорняков перед домом.

Они стояли в комбинированной мастерской по ремонту велосипедов и мопедов. Множество инструментов и старого барахла, а посреди всего этого стояла кровать; постельное белье на ней приобрело примерно тот же цвет, что и закапанный маслом пол.

– Таге не сказал вам, куда он собирался в тот день?

– Нет. Н-неожиданно он стал каким-то ск-крытным.

– Ладно. Можно осмотреть помещение?

Она сделала жест рукой, обозначавший, что ее жилище было полностью в их распоряжении.

– Да, с т-тех пор как местная п-полиция сюда наведалась, б-больше никого никогда тут не бывало, – сказала она и одернула покрывало, пытаясь смягчить общее впечатление.

– Замечательные плакаты, – Ассад показал на девушек из «Раппорта».

– Да уж, их сделали еще до силикона, бритвенных станков для женщин и татуировочных игл, – проворчал Карл, устремившись к стопке бумаг, возвышавшейся на упаковке для яиц, заполненной шариками из подшипников.

Как-то сложно было поверить в то, что хоть что-то из всего этого бедлама сообщит нечто новое о судьбе Таге Германсена.

– Таге когда-нибудь упоминал о человеке по имени Курт Вад? – спросил Ассад.

Хозяйка покачала головой.

– Так-так. О ком он вообще говорил, не припомните?

Она снова покачала головой.

– Ни о к-ком. В основном его занимали Клайдер-Флоратты, Пухи и СКО.

Сириец выглядел озадаченно.

– Это марки мопедов, Ассад. Врум-врум-м-м, ну ты знаешь, – пояснил Карл, покрутив воображаемую рукоятку газа на средстве передвижения.

– Он оставил какие-нибудь деньги? – продолжал Карл.

– Ни г-гроша, нет.

– У него были враги?

Женщина рассмеялась и зашлась в приступе кашля. Прокашлявшись и вытерев глаза, она посмотрела на Карла весьма красноречиво.

– А к-как вы сами полагаете? – Обвела рукой комнату. – Тут вам не об-биталище богемы.

– Может, кто-то хотел забрать его жилище, однако после исчезновения никто так и не объявился – значит, видимо, мотива для устранения парня не было? Вам не приходит на ум никакой мотив, Метте Шмаль?

– Аб-бсолютно ник-какого.

Мёрк обратил внимание на то, что Ассад шарил по страницам «Раппорта». Может, он решил прихватить журналы с собой?

Обернувшись, Карл наткнулся на конверт, протянутый коллегой.

– Он висел вон там. – Ассад показал пальцем в направлении булавки, воткнутой в плиту из целотекса над одной из обнаженных девушек. – Осталась дырка. Конверт был приколот двумя булавками, взгляни сам.

Карл зажмурился. Если Ассад говорил, значит, так оно и было.

– Потом одна булавка выпала, и конверт наполовину свесился за плакат, продолжая держаться на второй булавке.