Чтение онлайн

Беззащитных женщин. Сталкеров. Детей, лет пяти.

Он вновь видел их глаза, – полные тоски и отчаяния.

И даже боль отступала, пряталась, в ужасе перед безысходностью. Ведь боль – это спутник жизни, а то, что ждало подопытных доктора, – было гораздо хуже, чем смерть.

И глаза андрахна, бешеные, кипящие злобой, – больше не пугали Ренье.

– Убей же меня, – пронеслось в голове у Жака. – Но сделай это быстро.

Яркий свет.

Вспыхнул и смел реальность, словно бешеная волна. А когда Ренье снова открыл глаза, – тварь лежала на камнях, скорчившись, и дым поднимался над обугленным мясом.

– Как вы, док?

Драган помог ему встать.

Ренье шатало. Полковник шагнул к расщелине, – там, внизу, дымился разбившийся вертолет. Рядом лежали обгорелые трупы.

Что бы ни прятал Ковач в свинцовой капсуле, – тварь ли, аномалию, бога, – что бы ни кормил чужой кровью, Оно пробудилось и убило врагов хозяина. А потом вновь спряталось обратно.

– Повезло вам, Жак…

Ковач наскоро осмотрел его.

– Лишь пара царапин. Хорошо; я сейчас вызову подмогу.

Ренье опустился на холодные камни. Тело его сотрясалось от страха.

– Я еще пожалею, что не умер сегодня, – подумал он.

– Ты уверен, что им можно доверять?

Питбуль с важным видом покачал головой.

– Папочка мой, упокой господи его дерьмовую душу, всегда говорил мне: «Джек. Никому нельзя доверять. Все люди – сволочи. Предадут, подставят, вонзят нож в спину, – дай только время».

Негр ухмыльнулся белозубой улыбкой.

– А сам думал, что я буду полностью доверять ему.

– Где он сейчас?

– Во Флориде. В доме для престарелых. Жалуется нянечкам, как гадкий сын его предал.

Питбуль хохотнул.

Мы стояли на вершине холма.

Вокруг расстилались Пустоши, – такие мирные, такие обманчивые.

– И все же, – сказал я. – Откуда ты знаешь этих парней? Может, они нас хотят заманить к бандитам, и там ограбить? У меня, между прочим, коллекционные трусы. Больших денег стоят.

– Ньюк и Греко’ – опытные сталкеры, – сказал Питбуль. – Я был с ними в первой экспедиции. Ребята надежные, себе на уме. Греко миротворцем служил, в ООН, охранял Рубеж. Ньюк ходит в Зону почти с малолетства. Не боись, я их хорошо проверил.

Негр хмыкнул.

– Эх, жаль, они были заняты, когда мы во второй раз пошли в Зону. Не пришлось бы нанимать всякую шваль, вроде Бойера.

Небольшой джип катил через пустошь.

– Трое? – спросил я.

– Пехом потопаем, – пояснил Питбуль. – Должен же кто-то взад машину вернуть.

Внедорожник подъехал к нам.

За рулем сидел парень, в форме охраны Башни.

– Никогда ее не снимают, – вполголоса пояснил Питбуль. – Черт, мне кажется, они в ней даже купаются. Это лучший бронежилет. Мало кто решится напасть на людей Ворона…

Сталкеры вышли из машины.

– Я Греко’, – сказал высокий.

Худой, со светлыми волосами. Татуировка на правой руке смазалась, осталось лишь грязное пятно, – видно, там плюнул кислотой болотный хардавлинг.

За спиной висел русский автомат.

– Это Ньюк.

Тот оказался приземистым, с бритым черепом. В носу покачивалась золотая серьга. Он носил ожерелье из зубов мутантов, – не ту, конечно, дешевку, что вам всучат за бесценок на Оушен-драйв, а настоящее.

Я мог поклясться, Ньюк помнит каждую тварь, – у которой выдирал клык для этого украшения.

– Хорс и Питбуль, – бросил я.

– Мистер Питбуль, – поправил негр. – Это важно.

Он достал пачку денег.

– Ньюк и Греко интернетам не доверяют, – пояснил негр. – Им подавай наличные.

Джип развернулся и покатил назад, к Башне Ворона.

– Значит, отведете нас к Ричарду? – спросил я.

Не верилось, что наш поход так быстро закончится.

– Парнишка за холм ушел, – бросил Греко.

Ньюк пересчитал деньги.

– За ветками маракуйи.

– Это еще что такое?

Питбуль кивнул на кусты-мутанты.

Ветви их были гибкими, постоянно извивались, – и присмотревшись, вы понимали, что на самом деле это толстые кровеносные сосуды, а в центре куста, у земли, набухает и бьется большое черное сердце.

Ньюк подошел к кусту.

– Погляди.

Вынув нож, он рассек одну из артерий.

Черная, бурлящая кровь хлынула ему на ладонь. Потом побледнела стала серой, а ветка высохла за пару секунд.

– Никто не знает, что это за создания, – сказал Ньюк. – Говорят, что кончики ветвей впитывают аномальную энергию самой Зоны.

Греко добавил:

– Если подставишь губы, и успеешь поймать несколько капель свежей крови, – то станешь неуязвимым, и еще много дней ни пуля, ни нож, не отравленные когти мутанта не смогут тебя достать. Вот такая легенда…

– Легенда? И что, всем было лень проверять?

Ньюк тихо засмеялся.

– Опоздаешь хоть на секунду, и глотнешь этого белого гноя, – сразу умрешь. Даже закричать на успеешь. Я такое много раз видел… А вот того, кто стал бы бессмертным – еще никогда.

И все же легенда остается жива, подумал я. А люди вновь и вновь гибнут ради нее.

– Значит, толку от них нет? – спросил я.

– Ну в общем-то нет, – согласился Питбуль. – Но сталкеры – народ суеверный…

– Разве?

– А то! – негр хохотнул.

Похлопал по плечам наших проводников.

– Сами они в этом не признаются. Но парочку талисманов там, оберегов часто с собой таскают. На всякий случай. А погрызть сухую веточку маракуйи, перед походом, – для сталкера это первое дело. Кстати…

Он вынул парочку.

– Бери. Поработай зубками.

Никогда бы не подумал, что Питбуль так суеверен.