Чтение онлайн

— Как здоровьичко, Маша?

— Отлично.

«Отлично» нельзя говорить, сглазишь! — обиделся мой болотный голос. — Чувствуешь, фигня какая-то начинается?» «Ой, ну подумаешь, легкая тошнота. Это даже полезно, есть меньше будешь», — успокоил голубенький голосок.

В окно бил солнечный луч, за окном пахло тополем и черемухой. Слегка холодало, как всегда бывает, когда цветет черемуха. Ира колдовала над высокой сковородкой, добавляя то порошки специй, то соусы из баночек-бутылочек. Удивительно, как она попадала в сковородку, взгляд ее не отрывался от читающего Алексея.

— Ириш, а как вы познакомились с Лешей?

Удовлетворенно вдохнув запах собственного кулинарного шедевра, Ириша закрыла сковородку и села рядом со мной.

— В церкви, Леша там работает служкой. Бесплатно. Я как его увидела, так и влюбилась.

— Он такой верующий? — искренне удивилась я.

Не реагируя на разговор о себе, Алексей перевернул страницу книги. Я присмотрелась. Матерь божья! Это была Библия.

— Он не верует. Он изучает. — Ириша помрачнела и посмотрела на Алексея взглядом, напугавшим меня. Страсть, животная страсть и… отчаяние. — Ладно… Ты есть будешь?

— Не-а, только что позавтракала. — Я похлопала себя по животику. — Сама худею, а пузо остается как есть. Пора заняться шейпингом. Так во что ты хочешь меня обрядить?

Пугливо погладив Лешу по длинным каштановым волосам, убранным в хвост, Ириша, заметив неприятственно вздрогнувшие плечи, быстро убрала руку.

— Уже приготовила, Маша, пойдем в гардеробную.

В доме соседки все обустроено под ее вкус. Она не просто развелась с мужем, она отсудила у него алименты до конца своих дней. Старший сын учится в Англии, а младший в суворовском училище. Впервые за много-много-много лет Ириша решила пожить в свое удовольствие. В чем, как я понимаю, ей теперь активно помогает Алексей.

В гардеробной меня ожидал сюрприз. Бордовая юбка до пят, с разрезом на бедре до… до того места, где проходит веревочка праздничных трусиков. Рядом с юбкой висела на плечиках трикотажная блузка, сплошь переливающаяся люрексом и стразами. Декольте блузки заканчивалось именно там, где обещала Ириша — на талии. Под грудью проходила тонкая перепонка, а после нее открывался пупок.

Когда я надела эти два красивых безобразия, то сама поверила в свою сексуальность.

— Очень хорошо. — Ириша повертела меня перед зеркалом. — Волосы уложишь, наденешь дорогие побрякушки. Блузку на пупке можешь заколоть булавками.

— Не дождутся. Лучше я не стану сегодня ужинать, а завтра завтракать.

— Кредит стоит подобных жертвоприношений. — Ириша серьезно смотрела на меня. — Я решила поехать с тобой. Для морально-аморальной поддержки. Тем более я козла Чернецкого знаю, так сказать, весьма близко, полгода он ко мне сюда бегал, пока муж беспробудно пил и у него не стоял.

Встав в «эротическую» позу, я вертанула попой, имитируя танец живота.

— Тогда завтра едем вместе.

Утром меня разбудили осторожные шаги и стук в дверь.

— Машенька, там к тебе соседка, Ириша, пришедши. — Голос тети Лили был непривычно ласков. — Она на кухне, кофэ пьет.

— Встаю!

Быстро приняв душ, я надела спортивный костюм, подхватила приготовленную сумку и сбежала на первый этаж, на кухню. Ириша, сидевшая у окна в пестром платье, курила и покачивала ногой в новых босоножках.

Вошедший Саша встал столбом, и взгляд его помутнел от восхищения. Ириша, привыкшая к специфическому вниманию, села удобнее, и юбка платья задралась еще на десять сантиметров выше.

— Машка, я морально и физически готова для нашей аферы!

Лиля с испугом посмотрела на Иришу.

— Ирочка, а яишенки или рыбки не хотите?

— Не хочу, — Ириша отодвинула чашку. — Пора ехать на святое дело.

— А не очень рано? — Я, зевая, накладывала в чашку третью ложку кофе. — Все-таки семь утра.

— А он, наш богатый козлик, пташка ранняя. Большие деньги просто так не зарабатываются, старается дяденька. Когда не в загуле. — Иришка отпила у меня кофе. — Крепкий какой. Ну, с богом!

Тетка Лиля автоматически перекрестилась сама и перекрестила нас.

Саша так и стоял столбом с чашкой кофе в руках.

Парковка на территории кемпинга была заставлена машинами, но мое, теперь постоянное, место оставалось свободным.

Сразу же в дверях гостиницы показалась Марина, подбежала к машине.

— Ах, Машенька, как ты вовремя приехала, Чернецкий будет с минуты на минуту.

— Знаешь, Машка, а давай-ка дадим банкиру устроиться, позавтракать, водочки с дороги принять. А мы пока пойдем купнемся.

Марина ревниво заглянула в машину. Пышная, ярко накрашенная и дорого одетая Ириша произвела на нее должное впечатление. Сама Марина одевалась в платья, которые вышли из моды лет двадцать назад. Такой же были прическа и тканевые тапки-туфли. Разговаривала она, как говорят официанты в плохих фильмах, льстиво.

— А вы с Машенькой приехали?..

— Это она со мной приехала. — Ириша закурила очередную тонкую цветочную сигарету и взяла с заднего сиденья огромную шляпу из черной соломки, которая прекрасно сочеталась с шифоновым пестрым сарафаном. — Будем из Чернецкого добывать кредит на вашу ночлежку. И заметьте, Марина, работаю я из любви к искусству.

— Да мы отблагодарим…

— Марина, сделай нам к двенадцати легкий обед. — Я достала сумку с одеждой и полотенцами, выставила на траву. — А Иришу трудно отблагодарить, она сама в состоянии купить весь кемпинг и выстроить еще один такой же.

— А если?..

— Но ее деньги в ценных бумагах! — перебила я вопрос Марины.

До озера мы прошлись пешком.

Жара в начале мая — явление не редкое, но в этом году было особенно тепло, и вода прогрелась до плюс семнадцати. Озеро бликовало частыми волнами чистой воды, шум леса перекрывало птичье пение.