Агент влияния
Шрифт:
Готовился к этой ночи и Мордехай… Не говорил он ничего Эстер о приготовленном Хгаманом дереве, но уже знал и об этом. Но вот пришло время для его плана. Тогда, когда он раскрыл заговор против царя Ахгашвэйроша, не получил он награды, но Хгаман вдруг пошел в гору – стал самым богатым человеком царства, стал самым ближним к царю. Как произошло такое…
Сидел же Мордехай у царских ворот и читал…
Не Меня призывал ты, Яаков, ибо тяготился ты Мной, Исраэль
Дают – и если сможешь – наслаждайся…
Если делаешь правильно, то не должно у тебя быть никаких усилий, но ощущаешь наслаждение.Если цель правильная, то получаешь наслаждение…
Скрыто ли наслаждение…
Явно приходит наслаждение…
Цель – наслаждение. И правильное наслаждение…
И в скрытии – также наслаждение…
И опять сидел Мордехай у царских ворот и думал…
Царь – мелех… И есть Царь Небесный – и, говорят, это одно и тоже. Царь и Царь… Но вот подлое и злое начало человека, Фараона – Царя Египетского. И этот Царь Египетский задает человеку вопрос: «Кто такой Творец, что я должен слушать его голоса?»
А-а… Сказано…
Не поклоняйтесь чужим богам
Значит, чужой царь не может быть… Ведь, «не поклоняйтесь»…
Царь Ахгашвэйрош отдал серебро назад Хгаману… и наш народ… Царь знает… Царь продал.
Но не взял серебро. Значит, продажа не состоялась.
Он подарил нас Хгаману?..
Или продажа не состоялась?..
Известно, что там, где написано «Царь» подразумевается Творец, Властитель мира. Но царь, что, действует по воле Хга-мана?.. Воля Амалэйк правит царем?..
Но и Фараон – Царь. Разве Фараон и Творец – одно и то же?.. Разве царь Ахгашвэйрош и Творец – одно и то же?.. одно и то же?..
Не поклоняйтесь чужим богам.
Царь – праведник…
Будет ли в этом случае подразумеваться Творец?..
Царь Ахгашвэйрош погряз в земном прахе. Он движим своими богами…
Царь же Асвир не спал в эту ночь…
– Слушайте же, вы дадите царю напиток из этих ароматных зерен. Они дадут ему силу и энергию, но не дадут ему уснуть. Тогда, как обычно, скажет царь, чтобы читали ему про события, которые происходили в его царстве. И вы прочтете… Вот теперь пришло время…
Читали же царю Асвиру памятную книгу. И прочли запись о том, как Мордехай раскрыл заговор и спас царя от смерти…
Спросил царь, что же было сделано для почета и уважения этого человека, чьи заслуги так велики перед царством. Но ответили царю, что нет, ничего не было сделано для спасителя…
Хгаман на своем черном коне летел к царскому дворцу. Он не мог дождаться утра – так хотелось ему получить указ царя о смерти Мордехая. Он уже видел, как тот висит… раскачиваясь на веревке…
Хгаман, оставив коня, вошел во двор и стал ходить по нему… рано он пришел, рано, но вовремя, пусть только царь выйдет, он первым его увидит и повесят по слову царя…
Видя черное небо – ночь царила над страной, нахмурился властитель Персии Асвир и спросил, есть ли кто во дворе…
Увидели же слуги, что по двору ходит Аман; черный человек быстро ходил, почти бежал, по двору – и стало им страшно, но сказали они своему царю, что, вот, Аман во дворе. Тогда властитель Асвир задумался ненадолго, а потом приказал: «Пусть же войдет Аман». И обрадовался Хгаман, и быстро примчался. А тогда царь Асвир спросил:
– Что следует сделать человеку, которого царь хочет почтить особенно?
Видел Хгаман сердце свое, видел, как оно билось сильно и равномерно.
Кому кроме меня захочет царь оказать почет?
И вот ответил Аман:
– Пусть принесут одеяние царя, которое надевал царь, и приведут коня, на котором ездил царь, а на голову этого человека пусть возложат тиару царя. Да, и пусть!.. Пусть!!!…
У Хгамана перехватило дыхание – он представил себе, как царь, сам царь! ведет своего коня, на котором сидит он, Хгаман, вот час торжества Амалэйк!!!
Рано… Еще рано… А потом, ты, жалкий потомок Корэша, царя Параса, в цепях!.. Рано.
– Пусть же дадут такое одеяние царя и коня царского в руки знатнейшего сановника, а тот, да оденет этого человека, отмеченного царем, в эти одежды царские; усадит на коня царя; а затем выведет коня, на котором будет этот особенный человек, одетый царем, на площадь города Шушан. Пусть этот сановник возглашает: вот что делают человеку, которому царь желает оказать почести.