Чтение онлайн

Я ничего не считал, он ничего не чувствовал ко мне.

Жжение распространилось по моему горлу. В приступе безумия я чуть не надеялся, что он все-таки вспыхнет. По крайней мере, мне ничего не оставалось, по крайней мере, я мог бы ненавидеть это навсегда.

Вместо этого Андрас поспешно вышел из кухни и ушел.

Он бежал от меня, как будто больше не мог видеть меня, как будто мое присутствие было для него невыносимым. Там, оглушенная всеми словами, которые она сказала, с укушенным языком и этим чувством, застрявшим в груди, как красная щепка, я утонула в страдании, которое охватило меня до изнеможения.

«Для меня ты всегда была воспоминанием о другом"»

И если бы я даже однажды снова научился говорить, не чувствуя этой боли... если бы я также снова научился двигаться, дышать, осознавать, что все еще могу хлопать ресницами, с трудом приподнимать уголки губ... если бы я даже увидел, что все во мне вернулось, как и раньше, что

кровь продолжала течь по моим венам, и даже шрам под моим ребром начал исчезать ... эта рана, эта безумная заноза, она...

Она бы осталась со мной.

Я никогда не верил в это.

В любви, говорю я.

Я никогда не считал ее той силой, которая спасает небо, доминирует во Вселенной.

Я росла с таким же багажом сказок, как и все, и все же что-то не возвращалось ко мне.

Почему принц всегда влюблялся в замечательную девушку?

Почему она всегда была милой, наивной и оскорбленной, настолько неотразимой, что очаровывала даже животных?

Может быть, он встречал много таких девиц, как она. Она танцевала там всю ночь, но ни у нее не было улыбки, ни у нее не было духа и шелковистых волос. Она была прекрасна, как сон, и так же, как сон, татуировалась в его душе, прослеживая ряды любви, которая была только ими.

Вот тогда-то я и был в той сказке.

Да, я был прямо там.

Я была одной из многих, кто танцевал с принцем, но кто никогда не мог соперничать с этой великой судьбой.

"Мирея. Ты дома?»

Эти слова дошли до меня мимо пучка одеял, в которые я была завернута. У меня не было сил встать. Я не ел и не принимал душ. Я просто хотела побыть одна.

– Посмотри, что эти двое вместе...
– раздраженно сказал голос. За стеной моих атрофированных эмоций я услышал, как она зашипела, прежде чем решиться встать и открыть дверь.

Фигура резко обернулась, удивленная, увидев, что я нахожусь в доме.

– Зора, - пробормотала я, Атона. Мой голос получился невероятно хриплым. "Что ты здесь делаешь?»

"На самом деле я искал Андраса. Очевидно, мне не повезло"»

Он уставился в мои залитые румянцем глаза, потухший взгляд и обессиленный взгляд. Я отвел взгляд и отошел в сторону, чтобы впустить ее.

Она медленно вошла внутрь, когда я снова закрылась, и она на мгновение оглянулась. Должно быть, он прочитал в моих глазах смерть имени Андраса, потому что неожиданно спросил: "он рассказал тебе о Коралине?»

Я не ответил.

Зора встретила мое молчание таким мрачным и сознательным взглядом, что я почувствовала, как он вошел в мою кожу.

– Знаешь ...
– она медленно облизнула губу, потерявшись в своих соображениях. "Я знаю Андраса с детства. В некотором смысле это никогда не отличалось от того, как сейчас. У меня всегда было впечатление, что невозможно привязаться к нему, не ненавидя его хотя бы немного». Голос его медленный, приглушенный. "Несмотря на то, что он никогда не признает этого... я думаю, что я человек, который знает его больше, чем кто-либо другой. Даже самого себя». Он указал глазами на меня и посмотрел на меня со спокойной искренностью.

«Именно он попросил меня найти тебе место для проживания. И именно он не раз убеждал меня не отправлять тебя".

Мое сердце болезненно учащенно забилось.

– Ты ему кого-то напоминал, - продолжал он. "Не по внешности, Ми-Рея. Да, у вас могут быть какие-то общие детали, но вы с ней совершенно разные. Это было что-то еще, что-то, что даже он не может понять». Зора сделала шаг ко мне. "Ты ему что-то напомнил. Что-то, что у Коралины тоже было, но что он носил с собой задолго до вас двоих».

– Хватит, - прошептал я. Зора замолчала, и я обернулся, чтобы показать ей, сколько страданий истекало из моих сжатых кулаков. «Я больше ничего не хочу знать. Ничто. Если ты здесь, чтобы поговорить со мной,

о том, как все прошло, вам не нужно беспокоиться. Он уже все мне объяснил. Это было слишком ясно, - сплюнул я с большей болью, чем кровь в теле, и она, услышав эти слова, нахмурилась.

"Так он рассказал вам о своей матери?»

Его мать?

При чем тут его мать?

"А с Коралиной... ты знаешь, что случилось?»

Она ушла, вот что случилось. Зора не знала, что я видела кадры, но в этих видео было гораздо больше, чем Андрас когда-либо хотел мне рассказать.

– Да» - решительно ответила я.

"Значит, ты все знаешь?»

"Я знаю все, что мне нужно знать».

Впервые Зора показалась мне спаэсатой. Он посмотрел на меня, как будто ожидал, что я добавлю больше, но когда он увидел, что это не так, он, похоже, переоценил меня. Я не понимал, почему я должен реагировать по-другому, но она была явно удивлена, увидев меня такой непреклонной.

"И этого... достаточно?»

– Мне достаточно знать, что мне больше никогда не придется ни о чем его спрашивать, - прошипела я. Она на мгновение уставилась на меня, затем опустила лицо, сожалея.

"Так что в конце концов все пошло так, как он верил. Я думал, что это всего лишь его убеждение, но ... сказать правду ... действительно привело к этому"»

«Это не могло привести ни к чему другому».

Но на что он претендовал?

Что я останусь там, вся напряженная на цыпочках, умоляя крошки этой любви, как голодающий зверь? Горло закрылось, глаза защемились, но я больше не заплакала. В те дни я ничего не делал, и я не поддался бы этой новой стороне себя.