Чтение онлайн

И она должна переехать в свою собственную комнату.

Несрин предположила, что ей придется найти комнаты еще для нескольких человек сегодня вечером, начиная с Борте, которая удивлялась Антике и морю, даже когда они проносились так быстро, как ветер мог их нести. И Фалкан, который действительно приехал с ними, ехал как полевая мышь в кармане Борте. Йерана ничто не радовало. Или, похоже, в последний раз он улыбался, как она видела его в зале клана Эридун, когда Сартак призывал матерей и капитанов полететь в Антику.

Несрин добралась до лестницы, ведущей к гнезду для ракинов, когда посланник нашёл её. Мальчик запыхался, но сумел грациозно поклониться, вручив ей письмо.

Датировано две недели назад. Почерк её дяди.

Ее пальцы дрожали, когда она сломала печать.

Через минуту она мчалась по лестнице.

Люди вскрикивали от восторга и удивления, когда красновато-коричневый ракин летел над зданиями и домами Антики.

Несрин направила птицу к кварталу Рунни, пока они летели сквозь поцелованный солью ветер, так быстро, как его крылья могли нести их.

Она уговорила его покинуть Эридун.

Направилась прямо в гнезда, где он все еще ожидал всадника, который никогда не вернется, и посмотрела в золотые глаза. Сообщила ему, что её зовут Несрин Фалюк, и что она дочь Саида и Кибель Фалюк, и что она будет его всадником, если он захочет.

Она задавалась вопросом, знал ли ракин, что его погибший всадник назвал его Салхи, знал ли, что слёзы в её глазах не были из-за ревущего ветра, когда он склонил голову к ней.

Затем она полетела, Салхи не отставал от Кадары, когда ракины отправились на север. Гонка до Антики.

И теперь, когда Салхи приземлился на улице за пределами дома её дяди, некоторые продавцы бросили свои повозки от ужаса, некоторые дети бросали свои игры, чтобы поглазеть. Несрин, усмехаясь, похлопала ракина по широкой шее и спешилась.

Передние ворота в дом ее дяди распахнулись.

И когда она увидела, что ее отец стоит там, когда ее сестра пронеслась мимо, ее дети выбежали визжащей стайкой…

Несрин упала на колени и заплакала.

* * *

Как Сартак нашел ее через два часа, Несрин не знала. Хотя она полагала, что появление на улице ракина вызовет волнение. И её будет легко заметить.

Она плакала, смеялась и обнимала свою семью, наслаждаясь минутами, прямо посреди улицы. На них смотрел Салхи.

И когда ее дядя и тетя позвали их, чтобы предложить хорошую чашку чая, ее семья рассказала ей о своих приключениях. О диких морях, в которые они плавали, о врагах, от которых их корабль уклонился во время путешествия. Но они это сделали — и здесь они останутся, пока война бушует, сказал ее отец, кивнув дяде и тете.

Когда она наконец вышла из ворот дома, ее отец потребовал честь сопровождать Несрин до Салхи — после того, как он попросил сестру успокоить этот цирк детей. Несрин так быстро остановилась, что ее отец чуть не врезался в нее.

Потому что рядом с Салхи стоял Сартак, полуулыбка была на его лице. А с другой стороны Салхи… Кадара терпеливо ждала. На самом деле два ракина — гордая пара.

Глаза ее отца расширились, словно узнавая ракина перед принцем.

Но потом ее отец поклонился. Низко.

Несрин рассказала своей семье — в меру подробно — что случилось с ней среди ракинов. Ее сестра и тетя уставились на нее, когда дети стали заявлять, что они тоже будут всадниками на ракинах. А потом вылетели из дома, вопя и хлопая в ладоши, огибая мебель с диким смехом.

Она ожидала, что Сартак ждет, когда его поприветствуют, но принц заметил отца и шагнул вперед. Затем протянул руку и пожал его руку.

— Я слышал, что семья капитана Фалюк наконец прибыла благополучно, — сказал Сартак в знак приветствия. — Я думал, что приеду к вам лично.

Что-то сжалось в груди до боли, когда Сартак склонил голову отцу.

Саид Фалюк выглядел так, будто он сейчас упадёт в обморок, будь то от уважения или простым присутствием Кадары за ними. Действительно, несколько маленьких голов теперь выскочили из-за его ноги, осматривая принца, потом ракина, а затем…

— КАДАРА!

Младшая дочь ее тети и дяди — которой было не больше четырех лет — кричала имя ракина настолько громко, что все в городе, кто не знал, что птица находится на этой улице, теперь хорошо понимают это.

Сартак рассмеялся, когда дети пробежали мимо отца Несрин, мчась за золотой птицей.

Ее сестра уже последовала за ними, предупреждения застыли на губах…

Пока Кадара не опустилась на землю, а Салхи последовал примеру. Дети остановились, поклонившись, когда они осторожно протянули руки к двум ракинам и мягко погладили их.

Сестра вздохнула с облегчением. Затем поняла, кто стоял перед Несрин и их отцом.

Делара покраснела. Она пригладила ее платье, как будто это каким-то образом скрыло бы свежие пятна от еды, любезно предоставленные ее младшей дочкой. Затем она медленно вернулась в дом, поклонившись, когда уходила.

Сартак засмеялся, когда она исчезла, но не раньше, чем Делара подарила Несрин резкий взгляд, который сказал:

«О, ты так поражена, что это даже не смешно».

Несрин показала сестре пошлый жест за спиной, и их отец решил это проигнорировать.

Отец сказал Сартаку:

— Прошу прощение, если мои внуки, племянницы и племянники будут доставлять вам какие-то неудобства, принц.

Но Сартак широко улыбнулся — более яркой улыбкой, чем любая, которую она видела раньше.

— Кадара хочет походить на благородную гору, но она больше похожа на мать-курицу.

Кадара махала ее перьями, заставляя детей визжать от восторга.

Отец Несрин сжал ее плечо, прежде чем сказал принцу: