Бэтмен
Шрифт:
«Ничего, — подумал Нокс, — посмотрим, что они запоют, когда я представлю неоспоримые доказательства!»
— Эй, Нокс! — звали его уже из другого угла. — Они похоронили твой материал о Летучей Мыши? Так тебе и надо!
Нокс молча проследовал вглубь комнаты — из-за невероятной тесноты, вызванной нагромождением столов, язык не поворачивался назвать это помещение залом.
— Да ладно, — бросил журналист на ходу. — Я еще Квинтенскую премию получу!
Его слова были встречены взрывом хохота. А Нокса уже звали с другой стороны:
— Смотри, Нокс, это тебе! — корчась от хохота протянул ему лист бумаги художник.
С рисунка скалил длинные клыки волосатый монстр с раскрытыми перепончатыми крыльями.
По-видимому, художник представлял себе летучих мышей именно так.
— Видали крылатого черта? — рассмеялся кто-то над самым ухом Нокса.
Да благословенна будет та профессия, занимаясь которой человек привыкает к любым оскорблениям!
В морде летучей мыши было что-то знакомое. Не без труда Нокс узнал в ней шарж на самого себя.
— Очень смешно, — проворчал он.
— Крови надо было добавить на клыки, — проржал его старый соперник и завистник, а в целом — такой же резвый проныра.
— И что вы все за придурки, — пожал плечами Нокс и привычно проскользнул между сгрудившимися вокруг «картины».
У собственного стола Нокса ожидал новый сюрприз.
Ноги.
Изящные женские ноги, затянутые в темные чулки, необычайно красивые, а потому — незнакомые, вытянулись вдоль его стола.
Все остальное закрывал развернутый номер «Тайм».
Явление ног было неожиданным, хотя и приятным.
Некоторое время Нокс пялился на них молча.
— Привет, ноги! — сказал он наконец и улыбнулся.
Газета отъехала в сторону, открывая симпатичное лицо, приветливо смотрящее на журналиста из-под темных очков.
«Ну и ну! — поразился Нокс, — вот вам и сенсация редакционного масштаба! Откуда же могло взяться это диво?»
Газета мелькнула в воздухе и плавно опустилась на стол, открывая на всеобщее обозрение свой заголовок.
— Смотрю ваш материал, — кивнула в сторону газеты девушка. Возникшая на ярких губах улыбка показалась Ноксу неотразимой — а уж он-то знал в них толк (и в губках, и в улыбках).
— А я — ваш, — игриво отозвался он, гладя взглядом стройные ноги. Да-да-да…
Девушка снова кивнула, и ноги нырнули под стол.
«Жаль», — отметил про себя Нокс.
— Я — Вики Вейл.
Имя было Ноксу знакомо — не прошло и секунды, как он уже вспомнил где и когда его слышал.
— Вики Вейл, фотограф, — повторил он. Сама мысль о фотографии натолкнула его на новую шутку. — Боюсь, что для того, чтобы снимать меня нагишом нужен длиннофокусный объектив.
Что поделать, Нокс не был профессиональным юмористом.
Вики вежливо улыбнулась.
Ей было почему-то жаль этого чудака.
— Я только что из Кортанативу, — произнесла она. — Там мне пришлось многое снимать…
— А что привело вас сюда? — поспешил задать вопрос Нокс. Перемена темы разговора его устраивала.
— Хочу познакомиться с животным миром Готэм-Сити, — небрежно ответила она.
— С животным миром? — изобразил на лице удивление Нокс. — С каким же именно?
Он уже догадался, что она скажет. И не ошибся.
— Ну, например, с летучими мышами, — так же шаловливо пояснила она.
Эти новые шуточки коллег, натравивших на него (разумеется, для очередных насмешек) еще и эту очаровашку, разумеется, вызвали у Нокса легкий приступ раздражения.
Если они так тупы, пусть смеются сами, но зачем же впутывать сюда еще и посторонних?
— Кто вас послал? — Нокс взглянул девушке в глаза.
Вики улыбалась. Искренне и доброжелательно.
— Никто, — просто ответила она.
Нокс недоверчиво покривился. Хотелось бы верить…
— Правда?
— Мне понравились ваши материалы, — обезоруживающе улыбнулась Вики. И я… Я люблю летучих мышей.
Вики скромничала — она любила вообще все необычное. С раннего детства она никак не могла истребить в себе веру в сказку и многим была готова пожертвовать, чтобы доказать свою правоту. Временем — во всяком случае.
В отличие от большинства других материалов о сверхъестественном этот казался ей, хоть и несколько скромным, но — достоверным.
— Да? — иронически переспросил Нокс.
Вики окинула оценивающим взглядом его фигуру.
Нужно ли объяснять этому человеку подробности своих планов или достаточно короткого сообщения о них?
После недолгого размышления Вики решила остановиться на втором варианте.
— Мои фотографии — и твой текст: у нас по-лучится потрясающий материал!
«Фотографии? — дернулось в груди сердце Нокса. — А ведь именно их, мне, пожалуй, и не хватает!»
Если Вики не шутила, для него такая помощь оказалась бы неоценимой. О том, как везло этой девушке на неожиданные кадры, по редакциям ходили легенды.
— Хорошо… — задумчиво протянул журналист. — Но пока ты единственная, кто верит в него. Я собирался в первую очередь доказать, что у Гордона есть досье на Летучую Мышь. Сам комиссар в этом ни за что не признается.
Вики снова улыбнулась. По выражению ее лица можно было подумать, что искомое досье давно уже лежит в ее изящной сумочке среди косметики и пузырьков с духами.
— Сегодня у Брюса Вейна будет вечер. Мы сможем расспросить комиссара Гордона прямо там.
Глаза Нокса слегка округлились.
Что ни говори, а голова у Вики работала: в присутствии людей уважаемых и солидных (а кто еще мог собираться в доме у миллионера?) комиссару не удалось бы просто уйти от ответа.
Полицейский мог соврать журналисту на улице, мог послать его подальше, но в таком случае весь высший свет Готэма пришел бы Ноксу на помощь. Великое дело — общее любопытство!