Чтение онлайн

Перед глазами Шарлотты разворачивались королевские празднества, а она представляла себе двух милых старичков — как они сидят у камина в библиотеке, чокаются бокалами с драгоценным вином, привезенным Исидором, и ведут нескончаемую доверительную беседу в домашнем тепле, благоухающем елкой. Еловые ветки, перевязанные красными бантами, они с Леони развесили по всему дому... Как бы она хотела быть вместе с ними! Зато сколько мужественных усилий предпринимала Шарлотта, чтобы отогнать от своего мысленного взора другое лицо, которое она не видела с того самого дня, когда случилось некое происшествие на лестнице в доме Фонтенаков в Сен-Жермене. Но ей это не удавалось. И она гадала, чем занят Альбан, когда сама она любуется движениями куколок из Опера, запертая в роскошной шкатулке. Вместе ли они с актрисой, о которой говорят, что она его любовница? Как отчаянно завидовала ей Шарлотта! Или, может быть, он празднует Рождество в обществе веселых друзей? Или сидит в засаде на холодной темной улице, подстерегая вора или убийцу? А может быть, господин де ла Рейни, который так к нему привязан, пригласил его к себе?

Вполне возможно, молодой человек тоже бы не отказался приехать в Сен-Жермен и составить компанию двум своим старшим друзьям, но Шарлотта не решилась посоветовать мадемуазель Леони пригласить Альбана в ее отсутствие и обогреть его семейным теплом, которого ему так не хватало. У нее не хватило на это мужества, она боялась, что сожаления о том, что она не будет рядом с ними, окажутся ей не под силу.

Хотела того Шарлотта или нет, но судьба крепко-накрепко связала ее с королевскими дворцами, и теперь она начала их потихоньку ненавидеть, потому что в них ей никак нельзя было забыть о ее замужестве. Хотя ее пребыванию при королевском дворе де Сен-Форжа ничуть не мешал. Они церемонно здоровались при встрече, он осведомлялся о ее здоровье, она — о его, и они столь же церемонно прощались, как только что поздоровались. После чего граф вновь присоединялся к болтливой стайке друзей герцога Орлеанского.

Однако в один прекрасный вечер — вернее, в ночь святого Сильвестра, иными словами, в новогоднюю ночь — во время пышного бала в Зеркальной галерее Адемар де Сен-Форжа подошел к ней, поклонился и пригласил на танец. Удивительное событие! Адемар редко танцевал, предпочитая обычно игорные столы. Шарлотта уже протанцевала не один танец и сейчас стояла в окружении молодых людей, которые наперебой выражали ей свое восхищение. И было чем восхищаться: в зеленом, под цвет глаз, бархатном платье с отделкой из белого атласа Шарлотта представляла собой прелестнейшую картинку, не последним штрихом которой было ожерелье из бриллиантов с изумрудами крестной Клары де Брекур.

Приглашение Адемара возмутило молодых людей.

— Где это видано, чтобы муж танцевал с женой? — запротестовал юный виконт де Мольврие.

— При дворе это не принято! — поддержал его приятель.

— Что за мещанство!

Граф мгновенно разозлился.

— А я хочу и буду танцевать со своей женой! И никому не позволю вмешиваться! Ну-ка, посторонитесь, господа!

И, не обращая больше ни на кого внимания, Адемар взял Шарлотту за руку и повел к середине зала, где уже начался менуэт. Шарлотту эта перепалка позабавила.

Несколько минут они, не говоря ни слова, плавно и согласно двигались под музыку, и Шарлотта с удивлением обнаружила, что танцевать с Адемаром — одно удовольствие. Но удовольствие оказалось недолгим. Когда искусная комбинация шагов приблизила их друг к другу, она услышала:

— Вы утаили от меня такое сокровище!

— Какое?

— Чудесные камни, которые так украшают вас сегодня. Чем больше я смотрю на них, тем больше они меня завораживают, и...

Шарлотта чуть было не испортила следующей фигуры.

— Неужели из-за них вы пригласили меня танцевать? — проговорила она изумленно.

— Конечно, — ответил он с обезоруживающим простодушием. — Избавившись от толпы мужчин, которые вечно вокруг вас крутятся, гораздо удобнее ими любоваться. Значит, вы отыскали сказочные камни вашего отца и среди них «Глаз...»... «Глаз...»... Нет! Я никогда не вспомню его варварского названия...

Так! Адемар снова оседлал любимого конька! Еще минута, и он увлечется своим бредом. Шарлотта не собиралась поощрять мужа. И сразу же оборвала его:

— Не тешьте себя иллюзиями, Адемар. Это драгоценности моей тети, графини де Брекур. Я получила их в наследство совсем недавно.

— Каким образом?

— Ее сын, мой кузен Шарль, решил покинуть королевский флот и вступить в орден мальтийских рыцарей. Перед отъездом он привез мне эти драгоценности.

— Мне казалось, что вы в ссоре.

— Мне тоже, но пути господни неисповедимы: граф де Брекур услышал его призыв и решил служить ему своей шпагой. Он приехал попросить прощения за то, что плохо обошелся со мной при нашей последней встрече. Украшения — знак его раскаяния.

— Хорошо иметь врагов, которые так благородно раскаиваются, — вздохнул Адемар.

Очередная фигура менуэта разлучила их, но, когда они вновь сблизились, Адемар продолжил разговор:

— Вы долго еще собираетесь пробыть в Версале?

— Нет. Думаю, что неделю, не больше. Герцогиня Орлеанская ждет к середине января родственников из Германии. Я могу уехать, не слишком ее огорчив. А почему вы меня об этом спросили?

— Мне бы хотелось поехать с вами!

— Вы снова заболели? — спросила она обеспокоенно, но ее эмоции были вызваны не столько здоровьем супруга, сколько его решимостью ехать вместе с ней.

— Нет, но я нуждаюсь в покое. Семейство герцога возвращается в Пале-Рояль, а там, как вы знаете, всем нам тесновато. И потом, у вас так вкусно кормят!

Не отличаясь возвышенностью, Адемар отличался хотя бы искренностью. Хотя...

Супружеская пара разделилась для прощального реверанса, и Шарлотта отложила на утро попытку развеять или подтвердить возникшее у нее подозрение... Год завершился шумными и радостными пожеланиями и возгласами. Все устремились к окнам, чтобы полюбоваться фейерверком, играющим разноцветными огнями над каскадом водоемов и Большим каналом. Супруги расстались. В этот вечер Шарлотта больше не видела Адемара.

На следующий день придворные собрались на церемонию королевских поздравлений, во время которой королевское семейство обменивалось подарками. Первенство осталось за мадам де Монтеспан, подарившей отцу своих детей самую роскошную в мире книгу — томик, оправленный в золото с узором из драгоценных камней, с миниатюрами городов Голландии, завоеванных в 1672-м, пояснения к которым написали Буало и Расин. Обошелся он в четыре тысячи пистолей, и, увидев его, все ахнули от восхищения. Король принял подарок с живейшим удовольствием. Царственная фаворитка была в этот день в центре внимания, все кружились вокруг нее, осыпая комплиментами, и на миг показалось, будто ее былая слава может возродиться снова...