Чтение онлайн

крестьянину и обещал ему быстро его вылечить, если пациент

будет следовать его указаниям. Потом ушел, прописав что-то и

обещая вернуться на другой день. Придя к нему вторично, он

нашел у больного сильное ухудшение. Не понимая его причины,

этот глупый и невежественный человек, поискав кругом глазами

и не найдя никаких подходящих остатков еды и растерявшись,

заглянул под кровать и там увидел ослиное вьючное седло.

Тогда он стал кричать, что наконец он понял, почему больному

стало хуже: он так резко нарушил диету, что удивительно, каким

образом он до сих пор не умер: он съел осла. Неуч решил, что

седло – остаток от вареного осла, подобно тому, как кость –

остаток от мяса. Уличенный в глупости, этот смешной человек

вызвал всеобщее глумление.

XCIV

Тяжба двух лиц о деньгах

На болонской территории есть городок по имени Медичина.

Туда был прислан подеста (так называется должность), человек

грубый и невежественный. К нему обратились двое тяжущихся

по денежному вопросу. Первый, который назвал себя

кредитором, говорил, что другой должен ему деньги и что этот

долг доказан. «Ты плохо делаешь, – сказал подеста должнику, –

что не выплачиваешь долга». Тот отрицал это и уверял, что

ничего не должен, ибо все уже выплатил, и подеста начал

упрекать другого, что тот требует денег, уже ему не

причитающихся. Кредитор настаивал, что прав, и долго

приводил доказательства. Подеста еще резче вновь обрушился

на должника за отрицание столь ясного долга. Должник, в свою

98

очередь, выдвинул новые доводы, доказывающие, почему он не

должен ничего, и подеста еще раз начал обвинять кредитора, что

он требует деньги, уже выплаченные ему. Таким образом,

упрекнув по несколько раз как одну, так и другую сторону, этот

смешной человек объявил: «Обе стороны выиграли и проиграли.

Можете идти». И, не вынеся никакого решения, он закончил

разбирательство. Эта история была рассказана в дружеском

кружке, где как-то зашла речь о нашем знакомом, который часто

менял свое мнение по одному и тому же вопросу.

XCV

О необразованном человеке, который

просил у архиепископа миланского сана

архиерея

Однажды мы сокрушались о ненормальных условиях нашего

времени, или, лучше сказать, о неумении людей, стоящих во

главе церкви, выбирать на должности. Ибо, пренебрегая

учеными и разумными, они возвышают невежественных и

ничтожных. Тогда Антонио Лоски сказал: «Этим грешат не

только папы, но и другие государи: они тоже любят пустых и

смешных людей и отвергают выдающихся по образованию.

Однажды был при старшем Кане, синьоре Вероны, очень

веселый малый по имени Нобиле, человек без воспитания и

образования. Но Кане к нему благоволил из-за его забавных

выходок и, так как Нобиле был клириком, даровал ему много

бенефиций. Однажды Кане посылал послов, людей

выдающихся, к бывшему миланскому архиепископу 56, который

в то время стоял во главе города. Нобиле присоединился к ним.

Выполнив свое поручение, послы собрались уходить. В это

время Нобиле, который своим балагурством смешил

архиепископа, получил от него позволение обратиться к нему с

просьбой. Нобиле попросил, чтобы ему дали сан архиерея,

который считался очень важным. Архиепископ, смеясь над

глупостью его, сказал: «Чего ты просишь! Эта должность

слишком трудна для твоих сил, ибо ты человек образования

скудного и совершенно невежественный». Нобиле на это

56 Джованни Висконти был архиепископом миланским с 1328 г., а

правителем сделался позднее (1349–1354). Здесь хронология кое-как сходится,

потому что Кангранде I умер в 1329 г.

99

ответил немедленно и откровенно: «Я поступаю так, как

принято у нас. Ибо в Вероне бенефиции раздаются не

образованным, а невежественным и неучам». Мы очень

смеялись над забавным ответом человека, который решил, что

повсюду должны поступать так же глупо, как и в Вероне.

XCVI

О монахе, который исповедовал вдову

Один монах, из числа тех, которых называют обсервантами

57, выслушивал во Флоренции исповедь красивой вдовы.

Перечисляя свои грехи, женщина прижималась к монаху и,

чтобы говорить тихо, все больше приближала к нему лицо. Ее

молодое дыхание разгорячило монаха, все, что у него

покоилось, пришло в движение, и он должен был терпеть

настоящую муку. Терзаемый плотью, весь в судорогах, он сказал

женщине, чтобы она ушла, а она стала просить, чтобы он

наложил на нее епитимию. «Епитимию! – воскликнул монах. –

Это вы на меня наложили епитимию».

57 Обсервантами назывались монахи францисканского ордена, которые в

виде протеста против обмирщения монашества проповедовали аскетизм и

нищету и жили не большими общинами, как большинство францисканцев