Чтение онлайн

Министр регионального развития России Виктор Басаргин с увлечением рассказывал уже не о том, как будут построены объекты, чье проектирование еще даже не началось, а о том, как они будут использоваться после Олимпиады. Конькобежный центр решено переоборудовать в выставочный зал, шорт‑трек — в торгово‑развлекательный центр. Из его речи мне осталось непонятно только одно: почему санно‑бобслейная трасса останется санно‑бобслейной трассой. Но потом я понял, как непросто ее во что‑нибудь переоборудовать. Хотя, с другой стороны, не поздно еще решить превратить ее в аквапарк с аттракционами‑горками. Даже еще не рано.

Министр науки и образования Андрей Фурсенко оживился:

— Мы хотим выложить в Интернете весь набор задач, которые будут в ЕГЭ! — произнес он, расслабившись. — Мы считаем, что если человек прорешал 5000 задач, то он заслуживает того, чтобы пройти ЕГЭ.

— А если он не сам будет решать? — спросил премьер, очевидно представив себе, как он сам сразу же поступил бы на месте человека, которому предоставили дивную возможность и в самом деле решить все свои задачи.

— Если он хотя бы запомнил, как они решаются, уже очень хорошо! — воскликнул министр.

Премьер кивнул, и эту задачу Андрей Фурсенко тоже, видимо, может считать решенной.

Владимир Путин спросил, известно ли министру финансов Алексею Кудрину о необходимости компенсировать сельхозпроизводителям их высокие затраты на удобрения. Министр отвечал долго и талантливо.

Идея феминизма восторжествовала в российском правительстве в тот момент, когда Владимир Путин объявил, что министром социального развития вместо Михаила Зурабова будет Татьяна Голикова, которая до сих пор служила замминистра финансов и женой министра промышленности и энергетики Виктора Христенко.

Перед началом заседания правительства в зале была довольно нервная обстановка. Министры тихо и напряженно переговаривались друг с другом. Правда, драматизм момента, усугубляемый театральной паузой, вызванной неявкой главного героя, не помешал одному человеку с железными нервами, министру юстиции Александру Коновалову, хорошо выспаться прямо за столом. Причем спал он, по всем признакам, крепко. Его не разбудил даже грохот отодвигаемых кресел, когда министрам, ждавшим начала за столами (до этого они долго стояли в фойе и в самом зале) уже больше четверти часа, сказали, что заседание откладывается еще примерно минут на пятнадцать, и они встали со своих мест и потянулись в фойе.

Разбудила его только звенящая тишина, установившаяся в зале, когда министры снова расселись по местам.

Очень резко комментировал происходящее на съезде «Единой России» Сергей Шойгу:

— Меня тревожит всеобщая демонизация правительства! Самое пристойное выражение: чиновник. Дальше — бюрократ, дальше — вор. А мы такие же, как все!

— Должна быть усилена ответственность каждого чиновника за положение дел в отрасли! — высказался Борис Грызлов, заслужив один‑единственный, зато яростный хлопок в зале съезда «Единой России», и это дает шанс предполагать, что все остальные люди в зале считают себя чиновниками (и правильно делают).

Задник зала был оформлен делегатами съезда. Именно их, а не бело‑сине‑красную тканевую основу на этот раз решили использовать при убранстве зала.

Владимира Яковлева переназначили на должность полпреда по Южному федеральному округу. С этим я его и поздравил.

— Спасибо! — сердечно сказал господин Яковлев.

— И как вам в новой должности?

— Хорошо очень! — подтвердил он мои худшие предположения. — Вот вчера мы смотрели концерт художественной самодеятельности. Как красиво! Танцы такие… Я таких никогда не видел! Если вся наша жизнь будет такой же красивой и веселой, как эти танцы на сцене, будет ведь все просто чудесно!

— Но она же не будет, как на сцене.

— Не будет? — расстроился он.

— Обстановка в области стабильная и рабочая! Спасибо, Владимир Владимирович! — воскликнул губернатор Кемеровской области Аман Тулеев, не дожидаясь наводящих вопросов. — Доходная часть бюджета области превышена в полтора раза! Еще раз спасибо от всей области!

Мимо прошел новый директор Службы внешней разведки Михаил Фрадков — весь такой загадочный.

На трибуну поднялся генеральный прокурор Российской Федерации Владимир Устинов. С каждым годом слушать его становится все интереснее. Владимиру Устинову до всего есть дело.

— Прокуратура, — заявил Владимир Устинов, — едва ли не единственный государственный орган, куда простой человек может обратиться со своими горестями и житейскими проблемами.

— Сидеть‑то лучше, чем стоять, — сказал уполномоченный по правам человека в РФ Владимир Лукин обращаясь к председателю Совета по содействию институтам гражданского общества и правам человека при президенте РФ Элле Памфиловой. — В хорошем смысле этого слова, — продолжил господин Лукин.

— Квартиры будете дарить балеринам? — спросил Михаила Швыдкого управляющий делами президента Владимир Кожин.

— Квартиры вы дарите, — ответил господин Швыдкой.

— А за культуру вы отвечаете, — не согласился господин Кожин.

— Как у нас ситуация с социально‑экономическим положением? — спросил президента Башкирии господин Путин.

— Я думаю, — ответил Муртаза Рахимов так быстро, что подумать, по моим прикидкам, все‑таки не успел, — общественно‑политическая обстановка нормальная, а раз так, то социально‑экономическое положение тоже неплохое.