Чтение онлайн

– ...В нашей совместной работе мы сейчас обходимся без демократического антуража, - тем временем продолжал Маклент.
– Больше года у нас не собирался парламент. Страной управляют правительство, подотчетное императрице, и Государственный совет, в который кооптированы люди, которые умеют делать дело, а не говорить с трибуны. Но все эти республиканско-демократические политики и, главное, их избиратели никуда не делись. И они хотят вернуться к власти. При этом, большая часть прессы контролируется ими. Конечно, они стараются раздуть любые наши промахи и ошибки, которых, конечно же, хватает, особенно, на низовом уровне. Возмущение старательно подогревают.

– Я только что сам был этому свидетелем, - вмешался Эргемар, коротко рассказав об инцидентах на стройке.

– Да, я в курсе, - Маклент тяжело вздохнул.
– Прошу прощения, что не докладывал вам, ваше величество. Но на общем фоне это мелочи. Тем не менее, антимонархическая пропаганда затрагивает лишь часть так называемого образованного класса. Вы по-прежнему сохраняете высокую популярность в народе. Поэтому призывы демократов к скорейшему проведению парламентских выборов - блеф. Им на них ничего не светит.

– Они могут интриговать и шипеть по углам, но сами по себе они не слишком опасны, - заметил первый вице-премьер Райзен - еще один бывший генерал в правительстве, некогда занимавший должность начальника тыла императорской армии.

– Правильно, - кивнул Маклент.
– Но, кроме них, есть еще две противостоящие нам силы. Первая - это армия. Из нее почти двадцать лет старательно вычищали имперский дух и таки вычистили, хоть и не до конца. При вторжении пришельцев армия не смогла ни защитить страну, ни даже толком обеспечить в ней внутренний порядок, это делали полиция и внутренние войска...

Командующий внутренними войсками, старший сын премьер-министра, которого все звали Маклент-младший, молча отсалютовал отцу.

– Пока мы просто не обращали на армию особого внимания, - премьер коротко прокашлялся.
– Она не мешала нам, в чем-то помогала, и ладно. У нас есть надежные части. Солдаты и очень многие офицеры верны стране... и правительству. Но среди высшего офицерства, увы, слишком много мусора. Пора проводить чистку. Генералы, получившие свои посты при республиканцах, это знают и боятся. И страх подталкивает их к действию.

– Республиканские военные и республиканские политики - это несерьезно, - припечатал Райзен.
– Если бы не третья сила...

– Да, третья сила, - вздохнул Маклент.
– Большой бизнес. Из всех она самая опасная. Как правило, это скоробогачи, выскочки, сделавшие себе состояния за последние двадцать лет. Те, кто выжили, убрав конкурентов. Они привыкли достигать собственных целей с помощью насилия и не остановятся перед ним и теперь. При республике они очень хорошо находили общий язык с властью, парламент был у них на содержании. А где сейчас эти богачи - те, кто остался в живых? Кто ведет жизнь рантье за океаном. Кто управляет своими собственными уцелевшими предприятиями под жестким госконтролем. Кто просто злобствует. У нас, не скрою, тоже были спонсоры. Но большинство из них поняли, что восстанавливать страну важнее. Некоторые из них сейчас заседают в Госсовете. Но многие мечтают о восстановлении своего былого влияния.

– И видят, что оно не вернется, - жестко усмехнулся Рекслер.
– Сейчас экономикой управляет государство, распределяющее имеющиеся ресурсы в интересах возрождения промышленности, транспорта, оборонной мощи. Товарно-денежных отношений практически нет. Так делают Чинерта, Картай, мы, даже Вилканд. Сейчас восстановить свободу торговли и предпринимательства, как требуют эти господа, - это обречь миллионы людей на голод ради того чтобы спекулянты пухли от богатства, и допустить произвол нанимателей по отношению к работникам.

– Кроме того, как сегодня сообщили из Межкома, еще ничего не кончилось, - напомнил Маклент.
– У пришельцев к власти могут придти враждебные к нам силы. Мирное время пока не наступило. Однако некоторые бывшие олигархи этого не понимают. Они думают, что если к власти придут их старые клиенты, экономика страны будет восстанавливаться под их контролем и в их интересах. Это очень высокая ставка, и они пойдут на все.

– А что думают люди?
– высоким напряженным голосом спросила Териа.

Дедушка Таркин снял и протер очки.

– У людей есть объективные причины для недовольства, - признал он.
– Восстановление происходит не так быстро, как хотелось бы. Людям уже не приходится ежедневно беспокоиться о хлебе насущном, но жить трудно, всего пока еще не хватает. Жилья, одежды, потребительских товаров. В стране высокая безработица, особенно, среди "белых воротничков". Многие недовольны, что им приходится работать руками на стройках и фабриках. Среди противников власти много молодежи, особенно, из семей прежнего среднего класса. У нее популярны республиканско-демократические взгляды. Она легко поддается на пропаганду. Это низы видят, что обстановка меняется к лучшему. Эти же сравнивают свою жизнь до войны и сейчас.

– На кого направлен основной удар?
– задала новый вопрос Териа.

– На нас обоих, - спокойно ответил Маклент.

– Почему?!

– Вот что будет, если вдруг не станет меня?
– премьер откинулся на спинку кресла.
– Кто меня заменит?

– Райзен, - Териа не задержалась с ответом ни на секунду.
– Потом - Рекслер, потом - ваш сын.

– Точно так же, если не станет вас, трон по вашему завещанию займу я, а мне наследуют мои сыновья и их дети. Поэтому убирать будут нас обоих одновременно, чтобы новый император назначил нового премьер-министра, - обстоятельно разъяснил Маклент.

– Как скоро это может произойти?
– Териа словно излучала вокруг себя ледяное спокойствие.

– Две-три недели, вряд ли больше. Их "План А" заключается в том, чтобы заставить вас как бы добровольно отречься от власти. Причем, основной причиной должен стать срыв беременности, выкидыш. Вы и ваш врач могли хранить тайну достаточно долго, ваше величество, но сейчас самый опасный срок, когда избавление от плода может произойти и в силу более-менее естественных причин, и стать достаточно травматическим. Кроме того, они знают, что мы знаем о заговоре, и поэтому спешат, чтобы успеть.