Чтение онлайн

– Кто конкретно стоит за этим?
– Териа сцепила руки в замок, только это и выдавало ее волнение, которое, тем не менее, ясно ощущал Эргемар.
– Вы назвали три группы - политиков, военных и олигархов. Кто именно из них?

– Мы так и не выяснили, - признался Таркин.
– У нас серьезный противник. Заговор имеет несколько уровней, очень хорошая конспирация, очень искусная работа. Даже на редкость искусная. Напоминает прежнее монархическое подполье, но Даррен Даксель и его люди не причем, а больше как бы и некому.

– Гилдейн?
– напомнил Эргемар.
– Он является первым претендентом на трон, и ему не за что нас любить.

– Нет, - решительно возразил Таркин.
– Гилдейн, похоже, не в деле. Его играют, но он даже не ширма. Впрочем, вероятно, так и делается, чтобы он остался в любом случае незапятнанным. В заговоре много людей из его окружения.

– Понятно, - ледяным голосом сказала Териа.
– Что мы должны делать?

– Сохранять спокойствие, - Маклент немного подался вперед.
– Сейчас готовится покушение на меня. Оно должно удаться.

– Что?!

Броня спокойствия и уверенности, которую выстраивала вокруг себя Териа, треснула с почти физически различимым звуком, едва не распавшись на части. Эргемар, не глядя, взял ее за руку, успокаивая и лаская ее нервно стиснутые пальцы.

– У меня лейкемия, смертельная болезнь крови, - спокойно пояснил Маклент.
– Я прилетел в Тогрод через четыре часа после катастрофы, везде лазил, хотел увидеть все своими глазами. Очевидно, и получил тогда сильную дозу облучения. Мне осталось не больше двух-трех месяцев активной жизни, потом начнется быстрое угасание. Лучше пусть я уйду так - сразу, и с пользой. Да и устал я, простите, ваше величество. Слишком тяжелый груз лежит на моей совести. Я ведь убийца, палач...

– Да что вы такое говорите?!
– вскинулась Териа.
– Это же ложь!

– Это правда, ваше величество. По моему приказу без суда и следствия были убиты двести семьдесят две тысячи семьсот шестьдесят четыре человека. Граждане Барганда. Мужчины, женщины, дети, старики.

– Как?!
– пальцы Терии снова вцепились в руку Эргемара, ища поддержки.

– Я отдал приказ об убийстве безнадежных раненых после атомной бомбежки Тогрода и Октава. Обожженных, ослепших, облученных. У нас тогда не было ни врачей, ни лекарств, ни возможности доставить их к местам катастроф. Мы, к сожалению, не чинеты с их огромной территорией, мы эвакуировали людей из Тогрода, в основном, в близлежащие городки. Там были большие запасы продовольствия, теплой одежды, их почти не бомбили. Поэтому взрыв атомной бомбы нанес такой огромный ущерб. Либералы не зря заклеймили меня.

– Но как же так?!
– возмутился Эргемар.
– Интересно, что бы они делали сами на вашем месте?!... Извините, риторический вопрос...

– Поэтому мой уход, скорее всего, даже будет для вас полезным, - продолжил Маклент деловитым тоном.
– Кроме того, мое убийство выведет наших противников на свет, заставит их проявить себя.

– Проблема в том, что мы не можем полностью доверять старым спецслужбам, а самим нам не удалось многое вычислить, - в голосе Таркина послышались извиняющиеся нотки.
– Я, увы, аналитик, а не следователь или контрразведчик. Если мы просто арестуем тех, о ком нам известно, то верхушка заговора, скорее всего, остается не затронутой и сможет повторить попытку.

– Вам надо будет вычистить всех, а для этого придется дать им возможность поверить в победу, - жестко, с напором, произнес Маклент.
– Поэтому и вам ваше величество, скорее всего, придется на время исчезнуть. У меня есть план...

Заговор!

Эргемар чувствовал, как его переполняет холодная, яростная решимость. Кто-то хочет убить их нерожденного ребенка, прогнать их из страны, оторвать их руки от руля. Так не бывать этому!

Возможно, несколько месяцев тому назад простой горданский паренек Драйден Эргемар мог бы сказать: да пропади оно все пропадом! Никакая власть не стоит того, чтобы из-за нее рисковать жизнью Терии и их будущего малыша! Но сегодня Драйден Эргемар, баргандский принц-консорт, никогда бы не произнес таких слов.

И, конечно, вовсе не из-за возможностей, почестей и привилегий, которые дает власть. И даже не потому, что Териа законно занимает трон, а ее противники решили устроить государственный переворот. Просто поварившись в этом бурлящем котле полгода, сам Эргемар больше не представлял своей жизни без этого напряженного, изматывающего, часто неблагодарного, но такого важного и нужного труда, как послевоенное восстановление страны.

Он видел и ощущал, как упорно и стойко, преодолевая усталость, сомнения и неуверенность в себе Териа постигает искусство управления государством - словно вместе с ним по-прежнему продирается через лес чужой планеты к далекой и почти недостижимой цели. Он общался с сотнями людей, отдающих все свои силы, умения, знания - и даже больше - возрождению Барганда, и полностью разделял их порывы и устремления. Он много раз наблюдал с трибуны, как у людей загораются глаза, как возникают в них надежда, вера в себя и уверенность в будущем. Слышал их идущее изнутри, честное, искреннее, настоящее: "Да здравствует императрица!".

Отдать все это означало изменить. И даже не себе - людям.

Тем более, что Эргемар слишком хорошо знал всех тех, кто протянул к власти свои жадные руки.

Болтливые, лживые политиканы, никогда в жизни реально не управлявшие даже водокачкой, но претендующие на то, чтобы определять судьбы страны. Гладкие, вальяжные генералы от распилов и откатов, первым делом бросившиеся восстанавливать собственные поместья и продолжающие нагло и настойчиво требовать денег и ресурсов на свои любимые танчики. Так, что даже премьер Маклент, сам старый танкист, не выбирая выражений, послал их далеко и надолго. И, наконец, хорошо знакомые Эргемару по Гордане воротилы бизнеса. Давно разучившиеся, а чаще никогда и не умевшие зарабатывать деньги. Сколотившие свои миллионы на мутных схемах, обмане и ограблении государства и потребителей. Осознавшие, что их время ушло, и поэтому разъяренные и опасные.

Это были настоящие враги. С ними было бесполезно вести переговоры или искать компромиссы. Их нужно было просто уничтожить. Даже если ради этого надо было самому выйти на передний край, где свистят пули и разрываются вражеские снаряды.

Конечно, после такого совещания им с Терией следовало бы где-нибудь посидеть рядышком, чтобы еще раз все обсудить и спокойно разобрать все, что они сгоряча наговорили. Но дневной распорядок не давал им такой возможности, а демонстрировать слабость или смятение они не имели права.

Терии было проще: у нее началось заседание промышленного комитета, где поднимались достаточно серьезные вопросы, чтобы суметь на время забыть о заговорах и заговорщиках. Но добрая половина научно-технического комитета, членом которого являлся Эргемар, находилась сегодня в Тогроде, а оставшаяся половина решила не собираться в усеченном составе. Поэтому у него внезапно возникла пауза, которую он не знал, чем занять.

К счастью, ему повезло вовремя натолкнуться на младшего лорда Ванклера, коллегу Эргемара по научно-техническому комитету, у которого, похоже, возникла та же проблема. Немного смущенно улыбаясь - он тоже не любил сидеть без дела, Ванклер предложил Эргемару слегка размяться за игрой в пэнш.