Чтение онлайн

— Вы так добры, капитан Маккуиллан. Я вела себя, как самая настоящая дура. Вам нужен врач, и немедленно. — Она снова огляделась и только тут заметила, что все пассажиры вышли. — Проводник!

— Ш-ш, не беспокойте его. Я чувствую себя прекрасно. — Он перебросил через плечо седельные сумки, поднял чемодан и, пропустив ее вперед, пошел из вагона.

После того как проводник помог ей спуститься со ступенек, Сахарная Энн обернулась, поджидая Уэбба. Даже в слабом свете она видела, каким мрачным стало его лицо.

— Капитан, меня очень беспокоит ваша рана. Я думаю, вы должны…

— В этом нет никакой нужды, мэм. — Это было последнее, что сказал Уэбб перед тем, как его колени подогнулись и он потерял сознание.

Решив, что с большой кровати раздается стон, Флора Лэм села и прислушалась, но лишь тихое дыхание Тристы Ла Вин долетело до ее ушей сквозь сухой шелест пальмовых листьев за окном.

Флора встала и взяла со стола лампу, не желая включать яркую электрическую люстру, которую Триста повесила в прошлом году. Она испытывала крайне неприятное чувство из-за того, что годы брали свое. Флора вообще не думала бы о возрасте, если бы не такие ночи, когда она оставалась один на один с собственными мыслями, и при этом у нее отчаянно ныли суставы. Редкие ночи выдавались столь холодными на Галвестон-Айленд в ранние дни осени, но последние две были просто ужасными. Происходит что-то необычное в природе, вспомнила она слова Дональда О'Тула и помолилась, чтобы погода наладилась, потому что вопреки всем ее попыткам расходовать топливо скромные запасы угля истощались слишком быстро.

Флора на цыпочках подошла к кровати Тристы. Здесь лежала ее самая дорогая подруга и прежняя хозяйка. Триста выглядела так же, как обычно: она спала совершенно спокойно, будто в самую обычную ночь. Но увы, она спала так уже двадцать одни сутки, едва пробуждаясь, когда Флора, или Фиби, или Мэри поддерживали ее и уговаривали проглотить хотя бы несколько ложек бульона.

Флора убрала седые пряди с виска Тристы и вспомнила, как много лет назад, в Сан-Франциско, эти пряди были цвета жаркой меди, а ее собственные — более мягкого, более естественного цвета золота, чем их нынешний оттенок, которому поспособствовала жидкость из бутылки, купленной в аптеке мистера Брунсена.

— О, какие денечки то были, Триста! — прошептала Флора. — Ты помнишь джентльмена, который купил мне экипаж и пару лошадей масти, подходившей к моим волосам? Интересно, что потом случилось с этим джентльменом и с лошадьми? Боюсь, Дональд не сможет держать твой экипаж и лошадей, если ничего не произойдет в ближайшие дни.

Дональд О'Тул и его жена Мэри, казалось, были посланы ей Богом. Они сначала служили в доме одного лорда в Лондоне, потом приехали в Америку, чтобы купить хорошую ферму и начать свое дело. Увы, какая-то дрянь обжулила эту пару и вытряхнула из них все, с чем они явились в Галвестон, поэтому им ничего не оставалось, как вернуться на службу.

Триста, благослови Бог ее чуткое сердце, приняла несчастных под свое крыло; теперь они жили над каретным сараем и будут там жить, пока не смогут собрать достаточно денег, чтобы купить немного своей земли. Мэри оказалась прекрасной кухаркой, а Дональд, в Англии занимавшийся конюшней, — мастером на все руки. Эта замечательная пара продолжала работать, даже когда им перестали платить. Они были кем-то вроде членов семьи, как Фиби и Вилли, которых Триста тоже пригрела на своей груди, как мистер Андервуд, — и все они хотели есть.

Флора перекинула длинную косичку через плечо Тристы, потом осторожно погладила подругу по щеке.

— Этот Ричард Фицуоррен — жалкий ублюдок, вот кто он. Если он дальше будет действовать так, как сейчас, то ты окажешься в приюте, а мы все в богадельне. Я не знаю, что делать. Сахарная Энн прислала тебе телеграмму, и это ответ на наши молитвы. А ты переживала, что потеряла ее след! Как она узнала о наших делах с деньгами, в толк не возьму, но она поможет нам выкрутиться. Она появится тут со дня на день.

Флора тихонько засмеялась. Старый Джейкоб Спайсер перевернулся бы в могиле, если бы узнал, что вытворяет его внучка.

— Я надеюсь, ты не против, что я подписалась твоим именем в телеграмме, которую послала ей, — прошептала Флора. — Не волнуйся, Триста, Сахарная Энн все уладит, как только приедет сюда. Она замечательная девочка и всегда была очень сообразительной. В этом она похожа на тебя. — Флора снова погладила подругу, потом подошла к окну, выглянула в темноту и помолилась.

Прошло не больше минуты, и тут вдруг она почувствовала, как Господь вселяет в нее храбрость. Эта храбрость заполнила ее до краев, и теперь она знала: все будет прекрасно, просто замечательно.

Они не умрут от голода: в Галвестоне полно сильных и энергичных мужчин. Хотя Триста не могла бы одобрить такую мысль, но Флора знала, что она всегда сможет заработать несколько долларов, если понадобится. Прошло немало лет с тех пор, как ей приходилось усердно трудиться на этом поприще, но, черт возьми, навык остался.

Успокоившись, Флора вернулась обратно к кровати и скользнула в ее уютное тепло.

Чувствуя жар, Уэбб сбросил одеяло и открыл глаза.

Он лежал на мягкой постели. Ему, конечно, нравилось спать на мягком, но где же он, черт возьми, находится?

В тусклом свете лампы он рассмотрел кружевные занавески и стены, оклеенные обоями с крупными розовыми цветами. Номер в гостинице. Он смутно помнил миссис Спайсер и кого-то еще, кто вез его, кажется, это был доктор.

Уэбб пошевелился и тут же почувствовал себя так, будто уселся на большой куст крапивы. Кажется, доктор сделал пару стежков на его заднице.

Что ж, это не впервые, подумал Уэбб. И уж конечно, он не собирался отставать от миссис Спайсер Херндон, которая должна навести его на своего отвратительного мужа и указать, где спрятаны присвоенные деньги из Чикаго.

Миссис Спайсер! Где она, черт побери?

Задыхаясь, Уэбб сел в кровати и выпрямился, готовясь соскочить на пол и бежать. Потом он оглядел комнату и возле противоположной стены в мягком свете лампы увидел матерчатую ширму, за которой рассмотрел неясный силуэт — женщина купалась в лохани.