И придет волчица
Шрифт:
— А женщины рубят с плеча, не задумываясь о последствиях, — парировал он.
— Имеете в виду кого-то конкретного?
Старший наставник только усмехнулся в ответ.
— А я догадываюсь, кого, — промурчала женщина. — И хотела с вами поговорить об этой интересной особе.
— И чем же она так интересна? — насторожился маг.
— До Азгара доходят слухи…
— Не верьте слухам, тэсс Беата.
— Я и не верю, — пожала она плечами. — Потому и хотела спросить. Впрочем, сейчас нам с вами нужно думать о другом. Увидимся через час, магистр.
Через час они сидели уже за круглым полированным столом в кабинете Растана. Этот стол, стол переговоров, знаменитый по всем Восточным землям, занимал большую часть помещения, и мест за ним оставалось еще достаточно. Императорский маг, пожилой сухопарый мужчина, которого не было заметно на предыдущих приемах, теперь сидел рядом с правителем Империи, поддерживая все ту же иллюзию здоровья и бодрости. По другую сторону от Императора — Истман, преисполненный торжественности и прячущий робость в опущенных глазах. Прав герцог: молод, неопытен, да еще и, кажется, трусоват. Рядом с ним его маг — зрелый, степенный мужчина, с окладистой бородой и проницательным взглядом. Следом по кругу — герцог Тарейский. Его все же пригласили. Правильно сделали, не стоит пренебрегать иерархией Кармола. Его маг — сухонький старичок, напомнивший Триара — такая же седая борода и добрая улыбка. Так же силен, но не выставляет этого напоказ. Потом они: тэр Катара, герцог Маронский, его сын Велтар, и сам Марко. Затем, через три пустых стула, Беата и король Дистен. Все в сборе.
— Всем вам известно, зачем мы собрались здесь, — начал Император. — Потому не будем тратить время на слова.
Все одобрительно закивали.
— Те, кто был до нас, совершали немало ошибок, но ответственность за них, лежит теперь на нас, как и наши потомки станут расплачиваться по делам нашим. Покуда еще я, Растан, волею богов правитель Каэтарской Империи, имею здесь власть и силу, прошлую несправедливость исправлю и прежние обиды постараюсь загладить. И потому, — он поднял со стола стопку бумаг, — эти договора, заключенные с ущербом для наших друзей из свободного государства Кармол…
— Свободное государство? — хихикнул кто-то. — Да ладно вам!
Медведь не сразу понял, что это был Истман. Наследник вдруг расправил плечи о обвел всех присутствующих презрительным взглядом, задержав его на Дистене.
— Кармол — исконно имперские земли. И я просто диву даюсь, откуда там взялся король, когда должен быть всего лишь наместник.
— Истман! — выкрикнул Император. — Что ты несешь?
— Что вы несете, дядюшка? И что вы собираетесь сделать? Отдать этим, — он кивнул в сторону гостей, — мои земли?
— Твои?! — казалось, Растан задыхался от гнева. А может быть, потрясение спровоцировало приступ. — Уйди. Прошу. Мы поговорим с тобой после…
— Хотите, чтобы я оставил вас наедине с врагами Империи? О нет, забота о вашей безопасности — моя прямая обязанность.
Похоже, мальчишка сорвался с катушек. Не выдержал грядущей ответственности и боится уготованной ему власти. Придумал каких-то врагов…
Но Марко на всякий случай активировал защиту. Беата, как он заметил, сделала то же самое.
— Истман, уйди, — тихо велел Император. — Тут нет моих врагов.
— Нет? — криво усмехнулся принц. — А почему тогда, стоило мне отвернуться, и один из их магов… убил вас?!
Он еще говорил, когда сорвавшийся с его ладони сгусток тьмы ударил Растана в грудь и тот завалился назад вместе со стулом.
— Измена! — закричал императорский чародей, но был сбит следующим ударом, разрушившим даже выставленный им щит.
— Измена! — зычно подхватил принц.
— Измена! — поддержал его маг.
Кармольцы повскакивали со своих мест, стараясь сбиться в кучу. В глазах зарябило от раскрывающихся в стенах дыр-порталов.
Беата уже создала свой проход и, отразив атаку бородача, скрылась вместе с королем. Ждать остальных было бы непростительной ошибкой для нее. Марко тоже попытался открыть канал, но появившиеся в комнате маги — их было не менее двадцати — сыпали в них парализующими заклятьями, и Медведь с трудом удерживал щит. Он несколько раз пытался ударить в ответ, но это лишь отбирало силы.
Маг герцога Тарейского, похожий на Триара старик, держал защиту, сохраняя внешнее спокойствие и не тратясь на ответные атаки. Он понимал, что это бесполезно, и вместо того, чтобы отбиваться от многочисленных противников просто сдерживал их, и по сосредоточенному лицу было понятно, что чародей плетет еще что-то. Возможно, нащупывает путь к отступлению. Чтобы помочь, Марко принял щит на себя, вливая в него остатки резерва, и освобожденный от лишней обузы чародей сумел открыть портал.
— Уходят! — завопил кто-то за пределом купола.
Герцог Тарейский исчез. Велтар-младший втолкнул в мерцающий круг отца…
— Не уйдут!
Наверное, они объединили силы — защитный купол лопнул, как мыльный пузырь. Что-то ударило в грудь… Кто-то закричал… Старший наставник Маронской Школы магических искусств еще стоял на ногах, когда белобородого старичка-мага отбросило на стену, размазывая по ней кровавым пятном… И когда Велтар… Велт, которого он помнил еще ребенком, добрым и бесхитростным, упал на колени, опутанный магической сетью… А потом — вспышка… и тишина. И темнота… Затем шорох — кажется, его волокли за ноги…
Когда на недолгий миг ему удалось открыть глаза, Марко наткнулся на невидящий взгляд мертвого Императора. Смерть развеяла иллюзию. Бледная сухая кожа, впалые щеки, редкие, абсолютно седые волосы… Не хотелось запомнить его таким…
— Что с этим?
— Он нужен живым. Пока.
И снова темнота…
Лайс хорошо помнил прошлый октябрь на Таре: тогда тоже шли дожди, но было тепло. В этом году осень выдалась холодной. Даже из дому выходить не хотелось, но пришлось — у Маризы и Ласси практически не было теплой одежды, и о том, что она нужна раньше отчего-то не подумали. Эн-Ферро съездил в город и купил самое необходимое, выбирая на глаз. А остальное пусть подберут себе сами. Но только не сегодня. Сегодня было просто жутко холодно. Б-р-р-р!