Чтение онлайн

– Мы познакомились с ней, когда она еще работала в суде, – почти не разжимая рта, произнес Неклюдов. – У меня тогда там разбиралось скандальное дельце с одним из моих клиентов. Было много вони, потому что на кону оказалось много денег. Процесс я выиграл, конечно. Но нервы мне потрепали. Алика… Она действительно была хорошим человечком, спорить не стану. Она меня даже валидолом там однажды отпаивала в своей каморке. Хорошая женщина. Так… Так, говорите, ее убили? Ай-ай-ай, какое несчастье!

– Вы не знали? – изобразил изумление Воскобойников. – Не могу поверить! СМИ неделю трубили об этом. Все пытались разобраться, кому она могла помешать? Сначала при загадочных обстоятельствах погибает ее муж. Потом она. И вот что странно…

Неклюдов вытянулся в струнку, зажав ладони меж коленок. На Воскобойникова он не смотрел, уставился в угол кабинета, где пылился никому не нужный стеклянный глобус. Помогать гостю вопросами он не стал. Просто молчал.

– И вот что странно, Игорь Андреевич. – Воскобойников нагнулся над столом, еле угадывая сдавленное дыхание Неклюдова. – Почти перед самой смертью она звонила вам.

– Нет! – взвизгнул тот неожиданно тонким, почти девичьим голоском. – Нет, это неправда!

– Правда, Игорь Андреевич. И вам это хорошо известно. Что она хотела? Зачем звонила? Какие страшные силы всколыхнул ее звонок? Кого заставил так заволноваться?

– Господи… – прошептал тот, вырвался из-за стола, как птица из клетки, и начал метаться по небольшому кабинету туда-сюда, туда-сюда. – Вы не сможете доказать это никогда! Телефон, зарегистрированный на мое имя, не содержит ее входящих звонков. Любая проверка это подтвердит! Что вы мне тут шьете?! Плевать мне на ваши проникновенные взгляды, понятно?!!

Воскобойников отмолчался, прекрасно понимая, что Неклюдов – гад малорослый – прав на сто процентов. Ничего они доказать не смогут, ничего! Телефон, на который звонила Верещагина, потом Боголюбов и который в памяти номеров у покойного мужа Верещагиной значился как телефон Кеши Ксивы, не был зарегистрирован на Неклюдова. Тот, на кого он был зарегистрирован, давно помер.

Как докажешь? Если только…

– Она позвонила вам на номер, который теперь отключен, и вскоре была убита, – задумчиво изрек Воскобойников, он решил немного приврать для пользы дела. – Потом вам на этот же номер позвонил Боголюбов, назначил встречу и… И с встречи той не вернулся.

– А я при чем??? – снова заорал тонко и звонко Неклюдов. – Я не был нигде! Ни на каких встречах! Меня вообще в тот день в городе не было!

– А откуда вы знаете, в какой день? – тут же зацепился Воскобойников. – Я не говорил.

– Я слышал о происшествии из СМИ! – вызывающе задрал подбородок Неклюдов и бочком так, бочком вернулся на свое место.

– А откуда вы знаете, о каком происшествии речь? В тот вечер много чего стряслось в нашем городе. Игорь Андреевич… – почти ласково позвал Воскобойников, заставив того поднять голову и посмотреть на него. – Вы не явились на встречу к Сергею. Вместо себя послали кого-то другого. Но потом вы вдруг передумали и позвонили бывшей подружке покойного Гладьева и предупредили об опасности. А тот другой начал стрелять в Сергея.

– Никому я не звонил, – огрызнулся неуверенно Неклюдов, снова опуская голову.

– Она записала ваш разговор, – соврал Воскобойников без зазрения совести. – И Боголюбов, когда изображал из себя чудом выжившего Гладьева, тоже записал разговор с вами. Его-то голос шепотом я слышал.

Ничего он, конечно, не слышал. Это Мари рассказала в больничном коридоре. Но Неклюдову об этом знать было необязательно, так ведь?

– А вот ваш голос отчетливо слышен. И любая экспертиза это подтвердит. И когда с Мари вы разговаривали, тоже все интонации слышны, а уж тембр голоса ни с каким другим не спутаешь. Так что, Игорь Андреевич, поговорим?

Воскобойников так вымотался за эти краткие минуты душещипательного монолога, аж желудок заныл. Он бы сейчас с удовольствием вернулся домой, скинул с себя верхнюю одежду, переоделся в домашние шорты, футболку, тапки. Посидел бы с Валечкой на кухне за вкусным ужином, поболтал бы.

Кстати! Она оказалась весьма мудрой, прозорливой и всячески потворствующей его душевным излияниям. Он всегда для нее был прав! Даже когда прав не был!

Умница! Умница Валечка, умница мама. И где она ее только раздобыла? Может, стоит сделать ей предложение, а?

Домой он хотел. Домой! А вместо этого приходится сидеть перед этим сморщенным хозяином сети ломбардов, слушать его ложь и пытаться достучаться до его совести. А где та совесть? Где? В каком антикварном шкафу на пыльной полке притаилась?

– Игорь Андреевич? – окликнул задумавшегося Неклюдова Олег. – Что скажете?

На лице того отразилась дикая душевная борьба. Он явно чего-то хотел и явно чего-то боялся. Может, не чего-то, а кого-то?

– Я говорил с этим, как его…

– С Боголюбовым?

– Да, с ним.

– О чем?

– Он назначил мне встречу, – нехотя признался Неклюдов. – Я согласился.

– А кого послали вместо себя? Это же не вы стреляли в него?

Неклюдов отшатнулся, будто увидел разверзнувшиеся врата адовы.

– Вы что, с ума сошли??? Я уважаемый человек! Я… Я даже не охотник и не рыбак, потому что мне противны подобные уничтожения живого… Я не убийца!

– А кого вы послали вместо себя?

– Я не посылал, – промямлил Неклюдов, сразу обмякнув на стуле, будто из тряпичной куклы вытащили основу. – Просто этот человек… Он был у меня, когда раздался этот звонок. Просто… Просто какой-то злой рок! Просто… Даже не знаю, что сказать!!!

– Скажите как есть, – предложил Воскобойников с мученической гримасой на лице. – Зачем этот человек был у вас? Что он тут делал?

Домой хотелось все острее. Пыльный неухоженный кабинет этого уважаемого миллионера со стеклянным глобусом в углу видеть не хотелось.

– Я вызвал его. Сам!

Тонкие губы маленького мужчины затряслись то ли от гнева, то ли от страха. Это Воскобойникову было неведомо.

– Вызвал, чтобы спросить, как так получилось, что после моего звонка ему Алика была убита? Она позвонила мне. Да, да, вы правы, она звонила мне с просьбой. – Он взметнул руки вверх, выставив ладони щитом. – Она просила меня передать этому монстру в обличье человека, что ей все-все-все известно. Почти дословно. Передайте, говорит, куда надо. Что мне все, все известно. Я и передал. Позвонил и передал слово в слово. И тут вдруг на другой день узнаю, что ее убили! Представляете мои чувства?! Звоню ему снова, вызываю на разговор…