Чтение онлайн

А уж когда (пусть и совместно с барбашинским наместником) удалось отстоять городок от вторгшихся казанцев и не только не пустить их к Чердыни, но и нанести им огромный урон своими силами (хотя и не разгромить), воевода и вовсе уверился в том, что поймал удачу за хвост. Его победная реляция не осталась незамеченной, принеся князю небольшое поместье и угорский золотой. А городку, кроме того, что он остался цел, повезло собрать и кое-какие трофеи, на чём наварился уже игнатов тесть.

Впрочем, тесть Игната и до того, по местным меркам, разумеется, был не беден, а ныне и вовсе вышел в первые люди, перехватив то, что осталось от некогда сильного соледобытчика Третьякова. Этот промышленник так и не простил князю Андрею, что он буквально из-под его носа увёл наследие вдовы Прасковьи, да ещё и лучшего мастера заодно. Вот только сил своих не рассчитал. Точнее не учёл того размаха, с которым князь возьмётся за дела. И сторонний доход, как от того же каперства. Нет, будь Андрей обычным мелким князьком, то промышленник бы справился, не одни ведь Строгановы на своей делянке могли князей да бояр обламывать, но в длительном противостоянии побеждает тот, у кого мошна тяжелее. И вот тут Третьяков проиграл попаданцу вчистую. Правда, сумел вовремя образумиться и, продав всё, что ещё оставалось, уехал в иные места с надеждой начать всё сначала.

По утрам Игнат, по укоренившейся привычке, вставал ещё затемно. Часто, даже раньше жены. Едва проснувшись, он привычно, оборотясь к образам, осенял себя крестным знамением, благодаря Спасителя за то, что уберег и дал проснуться здоровым, после чего шёл на зарядку. Тоже больше по привычке, но и помня, что в вопросе физического развития князь отчего-то был весьма щепетилен. А терять доходную должность, просто выказав в ненужный момент немощь, как-то не хотелось. Привык он к местной жизни.

Окончив занятия, Игнат спешил ополоскнуться и одеться. Его исподнее каждое утро привычно лежало свежестиранным – чистоту послужилец соблюдал истово.

Переодевшись, он поднимался в кабинет, возле которого его уже поджидал дежурный дьячок, которого Игнат привычно спрашивал, прежде чем войти внутрь:

– Ну, как ночь-то прошла?

– Слава Богу, без происшествий. Пожаров не было, о татях тоже никто не донашивал. Под утро гонец от князя-хозяина прискакал. Срочного ничего нет. Велел в людскую отвести, попотчевать.

– Добро, – кивнул головой Игнат. Неустроенья, или как говаривал князь, ЧП, в вотчине случались редко, так что утренний доклад был по большей части пустой проформой. – Гонец пусть отдохнёт, а после завтрака ко мне отведёшь. Всё, ступай, чай службу несёшь.

Поклонившись послужильцу, дьячок быстро покинул помещение, а Игнат вернулся к оставленной вечером кипе бумаг. Работы было много. Черемисский набег хоть и отбили, а всё одно, многое врагам пожечь удалось. Особенно пострадал завод: от стрел зажигательных сгорел в великом пожаре. Но работных людей никого не потеряли, всех за стенами спасли. И потому за прошедший год все последствия уже устранили, плотину поправили, а амбары плавильные, как и печи, заново поставили. Так даже лучше получилось, чай за время работы мастерами многие недочёты были выявлены, вот их и исправили одним махом. Теперь завод вновь медь плавит, и пушки для хозяина льёт.

С соляными варницами тоже не всё гладко было, но и тут за год многое поправили, да кузнецам цырены новые заказали. Почитай в округе одними из первых соляную добычу восстановили.

Вот только текущая война затворила привычные пути, и вывозить соль и медь стало куда труднее: удобный речной путь Кама-Волга сменил северный, рваный, с многочисленными волоками, отчего цена на товар значительно возросла. А расходы-то остались прежними, и сократить большинство из них можно было только с личного разрешения князя. А пока его нет – крутись, наместник, как можешь, но дело делай!

Вздохнув, Игнат принялся перебирать бумаги. Со всех концов вотчины стекались в Княжгородок отписки целовальников. Это и облегчало и осложняло работу одновременно. С одной стороны имелась точная картина по всем землям, а с другой – бумаг было просто немерянное количество. И это ещё вотчинные дьячки на первом этапе отсеивали множество лишнего, сводя данные из различных донесений в единые таблицы (придуманные, кстати, тоже князем и отпечатанные типографским способом). Но всё одно Игнат раз в пару месяцев требовал предоставлять ему все письма, дабы проверять качественность вносимых цифр.

Утренний разбор бумаг шёл ровно столько, сколько требовалось времени приготовить завтрак, после чего послужилец спускался в столовую. Обычно завтрак проходил неспешно, в тесном семейном кругу, после чего Игнат вновь возвращался к работе.

Вот и сегодняшний день ничем не отличался от других, если не считать гонца с письмом от князя. Его он и вскрыл первым, сразу же, как только гонец вышел за дверь кабинета. Хозяин окрестных земель требовал, не мешкая, прислать в столицу десяток лучших выпускников княжгородской школы и дополнительно к обычным товарам ещё и селитры. Да уж, селитра. Ещё одна его головная боль! Вот откуда князь взял, что в его вотчине можно оной до тридцати тысяч пудов производить? Ну не выходило пока что у Игната таких цифр. Хотя князь, хоть и ругал, но пока что относился к этому с пониманием, что, впрочем, не мешало ему каждый раз требовать увеличить выход дорогого и востребованного продукта. И Игнат – куда деваться-то – увеличивал. Вот и нынче бочки с селитрой готовые стояли в погребе, ожидая оказии для отправки. Не все, правда, себе-то порох тоже был нужен.

Покачав головой и сделав для себя пометку, Игнат продолжил чтение. Князь писал еще, чтобы Камский полк был готов выступить по весне к Казани, для чего ему предписывалось подготовить транспортные насады и все охранные корабли. И вместе с полком, оставив дела на заместителя, прибыть под Казань самому. Вот последний пункт не понравился Игнату больше всего. Отвык он, знаете ли, от походной жизни. Хорошо хоть, заниматься не бросил. Но и деваться некуда – придётся исполнять приказание. Благо, до весны ещё далеко, а вот караван с товарами и людьми нужно готовить на ближайшее время. Санный путь он не быстрый! А вот где он сейчас десяток выпускников возьмёт, если все они уже к делам приставлены, даже мыслей поначалу не было. Похоже, придётся оголять собственные штаты. Или в школу зайти, может что посоветуют?

Звякнув в колокольчик, Игнат велел забежавшему слуге готовить выезд.

Школа, как всегда, встретила его шумом и гамом. Учебный год был в самом разгаре. Директор, морща лоб, выслушал длинную тираду наместника и, покачав головой, пообещал найти максимум пятерых вчерашних выпускников, устроившихся в окрестностях, но не довольных своим положением, а дальше уж Игнат пусть думает сам. Что ж, и на том спасибо. Пятеро не десять, наскребём! И разом повеселевший послужилец решительно отправился на верфи…

В Бережичи Андрей приехал поздно ночью, в сопровождении десятка своих дружинников, вооружённых до зубов и одетых по случаю дальней дороги в лучшую бронь. Всё же несмотря на все действия властей, разбойников на дорогах хватало. Хорошо хоть литвины перестали шалить в окрестностях Козельска, так как граница нынче была отодвинута далеко на запад.

День приезда выдался морозным, и попасть в тёплое помещение (предупреждённые заранее слуги старательно протопили господский дом) стало настоящим наслаждением. Наскоро сполоснувшись (в баньку по позднему часу решили не ходить), князь и его люди разбрелись по спальным местам и вскоре всполошенный ночным приездом дом вновь погрузился в дремотную тишину.