Чтение онлайн

– Кто делал сию карту? – спросил он у Прокопия. Картографическая школа Княжгородка готовила, конечно, топографов, но все они был наперечёт и в Калугу из них никого не отправляли пока. А значит это работа кого-то из местных!

– Два розмысла приезжих, – пожал плечами боярский сын.

– Хороша, – вздохнул Андрей и мечтательно продолжил: – Нам бы по всем рекам такие. А за берег не бойся, воевода, крымец если и придёт, то мелкими шайками. Не до нас ему будет, помяни моё слово. Так что думай, как к Нижнему вовремя прийти, дана ледоходе суда не повредить. Поверь, Казань ныне куда главнее будет.

– Ну, коли так, то есть тогда такое предложение…

Разговор, перейдя в деловое русло, продлился ещё долго, и закончился тогда, когда за окном уже вовсю горели звёзды на чёрном небосклоне, но план в первом приложении был всё же разработан. Да, далёко от Калуги до Казани. Но местные корабельщики были уже опытными речниками, понюхавшими порох, да и пушки на баках их стругов стояли ныне хорошие: не мелкие вертлюги, а вполне себе добротные калибры. Отчего они скорее не русские струги, а заморские галеры напоминали. С учётом наличия у Казани собственного флота такой спаянный отряд в походе был более чем необходим.

Ну а пока он отсутствовал дела в Москве продвигались своим порядком. Тесть, гордый за карьеру зятя чуть ли не больше, чем сам зять, изыскал для него пару разбитных молодцов, которым нос задирать было ещё не по чину, а работать они уже умели. Так что вопрос с помощниками для зама был решён. Да и сам зам тоже уже успел прибыть. Псковитянин Феоктист был не только дьяком, но и опытным корабельщиком, не раз водившим свой струг и в Новгород, и в Нарву, и в ливонский Дерпт. За прошедшие годы он вдоль и поперёк исходил всё Чудское озеро и сотню рек и речушек. Но главное – обладал несомненными организаторскими способностями и кое-какими амбициями. Причём именно из-за последних-то он и не сошёлся с Мисюрем, что вот уже десяток лет был полновластым владетелем Пскова. Для Андрея же это был вполне рабочий вариант, ведь при всём желании "подсидеть" его самого у псковского дьяка не выйдет, "рылом", как говорится, не вышел, а вот организовать работу приказа он мог на преотлично.

К тому же у Феоктиста был ещё один, хотя и многим неочевидный, плюс – он был вдовцом. Его жена умерла при родах очередного ребёнка, оставив дьяка одного с первенцами на руках. А это позволяло через того же тестя подобрать мужику неплохую жену из дочерей московских дьяков, что разом делало бы пришлого варяга почти своим среди московской бюрократии. Ну и тестю определённый профит с того выпал бы.

Ну а пока, не догадывавшийся о матриманиальных планах по его душу дьяк, получив себе отдельный кабинет, приступил к штудированию многостраничной инструкции, изготовленной писцом под диктовку Андрея. Ибо ещё при первом разговоре князь постарался чётко расставить границы, что заму дозволенно делать при работе приказа. И вроде бы Феоктист его понял правильно. Ну а как будет дальше, покажет только время.

А первым вопросом, которым предстояло Феоктисту заняться, был вопрос строительства, ибо пока что новорождённый приказ ютился в старой избёнке, с нетерпением ожидая, когда на расчищенном пустыре возведут под него новые палаты.

Кроме приказных, не забывал Андрей и о других делах, одно из которых находилось довольно далеко от Москвы. Возможно, именно это и спасло горожан, не в пример иной истории, когда на одном из тамошних заводиков произошёл взрыв. Полыхнуло так, что мало не показалось никому. Будь производство по-прежнему в Москве – опять писали бы летописцы про огненные реки, а так – отделались лёгким испугом и десятком погибших, если не считать тех, кого ранило или обожгло на пожаре. Ну и ещё то, что готовый порох успели почти весь вывезти, тоже способствовало малому количеству жертв.

Расследование по горячим следам показало, что мужички, привыкнув к однообразности работы, просто "забили" на технику безопасности, ведь пороховые заводики уже сколько времени работали себе исправно. Вот только суровая реальность, получается, только и ждала подобной расхлябанности. В результате, даже пороть оказалось некого, все виновники оказались в эпицентре событий.

Андрей, лично съездивший на пожарище, тем не менее, прихватил с собой и Лукяна, с помощниками, так как возможность диверсии вовсе не отвергал. Мира между Московой и Казанью не было и всем более-менее мыслящим людям по обе стороны конфликта было понятно, что русские это просто так не оставят. Да, взорвать порох у злоумышленников (если они были) не вышло, но ведь при взрыве погибло и немало ценного сырья, используемого для изготовления пороха. Как оказалось, подобная мысль посетила не только его.

У полуразрушенной взрывом мельничной плотины съехались два всадника. День стоял морозный, а потому Шигона-Поджогин был в плотно запаханной шубе из пышной лисицы и глубоко надвинутой на глаза меховой шапке. На бороде и усах его застыли небольшие сосульки, а открытые участи щёк покрывал морозный румянец. Под ним был могучий конь, оседланный богатым черкасским седлом и гремящий узорчатой сбруей с длинной мохрой, отделанной серебром напополам с рыбьим зубом.

– Все ли бог милует, Андрей Иванович? – первым спросил-поздоровался Шигона.

– Твоими молитвами, Иван Юрьевич, – ответил князь, успокаивающе похлопывая своего иноходца по шее.

– Видать хорошо поклоны кладу, – усмехнулся фаворит. – Вон, слухи ходят, будто меришь ты злато-серебро зобницами. Я-то вот служу-служу, а выслужил лишь избушку на курьих ножках да прозвание пса государева…

– Наговариваешь ты, Иван Юрьевич, напраслину вовзодишь.

– Ну, только если слегка, – вновь усмехнулся Шигон своим думам. – Что скажешь по поводу пожара? Сами мужички напакостили, или злой умысел виден?

– Трудно понять, затоптали тут всё, пока тушили да виновных искали, – пожал плечами Андрей. – Пусть люди опытные вокруг покрутятся, да поспрашивают тишком, авось, что и выплывет.

– Чего ж тишком? – удивился Шигона. – Коли есть на кого подозрение – веди в пыточную. У меня каты обученные, помереть не дадут, а всю подноготную вытянут.

– На пытке и праведник в грехах сознается, – несогласно покачал головой Андрей. – Нет, тут, чем тише, тем результата больше.

– Ну а сам-то что думаешь? – нетерпеливо вопросил Шигона. Оно и понятно: ему государю докладывать нужно.

– Думаю, мужички расслабились, вот и взлетели на воздух так, что и останков не собрать. На татар же мало похоже. Давно они в этом не отмечены. Да и будь это татары – они бы и запас пороховой уничтожить постарались бы. Не дураки ведь, понимают, для чего мы порох копим.

– Тоже верно, – согласился государев ближник. – Но и без того убытков считать не пересчитать! И ведь всё заморское. У нас-то ни серы, ни селитры толком и не сыщешь.

– Твоя правда, Иван Юрьевич. Хорошо ещё, что татары огнебоем не балуются.