Чтение онлайн

Конечно — все взгляды скрестились на этих троих. Заговорила женщина — высокая, стройная, с идеальными чертами лица и почти полным отсутствием эмоциональной мимики:

— Дамы и господа, большая часть из вас успешно прошла испытание и может считать себя зачисленными на действительную военную службу в Русский Легион Доминиона Рефаим. После того, как услышите свое имя — подойдите к нам для получения идентификатора и рекомендации для прохождения службы. Затем — проследуйте на процедуру… — ее голос звучал почти механически. — Оставшиеся получат новое предложение, которое будет касаться работы во вспомогательных подразделениях Легиона, или отказ в заключении контракта. В последнем случае — вы будете возвращены на место вербовки в исходном состоянии.

На лицах многих и многих людей — в первую очередь тех, что выглядели старше или болезненнее остальных — можно было прочитать очень простую мысль: никому не хотелось «в исходное состояние» — виртуальная реальность дала им возможность почувствовать себя молодыми и полными сил, по крайней мере, большинству из них. Кое-кто ведь был вырублен дронами в самом начале, или — это все были боты, эн-пи-си, как говорят геймеры? А как же Лида?

Так или иначе, после лихой беготни по виртуальному городу, полного сил тела, адреналина и норадреналина, бурлящих в крови — снова едва передвигать ноги? Выбор очевиден.

Я огляделся: невесть откуда взявшиеся фигуры в ОЗК и противогазах вынимали из капсул тех, кто по каким-то причинам не смог выбраться самостоятельно. Оно и логично: стариков здесь было много, очень много, кое-кто из них и ходил-то с трудом или вовсе был парализован. Но несколько тел были мертвыми: мне было с чем сравнивать, трупы я, к сожалению, видел — в товарных количествах.

В это время женщина, глядя в планшет, начала вызывать по именам присутствующих. Мужчины рядом с ней доставали из контейнера и выдавали каждому из подходивших тонкий браслет, которые следовало застегнуть на левой руке.

— Аслан Бероев, рекомендация: легионер, — вслух проговаривала она. — Проходите на процедуру, коридор А, налево…

— Варвара Филимонцева, рекомендация: иммун, технический специалист. Коридор А.

Перечислить семьдесят или восемьдесят человек — процесс небыстрый, но эти — справлялись живенько. Гораздо больше времени порой уходило на то, чтобы очередной вызванный за браслетом человек добрался до этой невозмутимой троицы. Самые слабые из старшего поколения порой испытывали слишком серьезные трудности при передвижении, и в этом случае в дело вступали ребята в противогазах, просто-напросто перенося их с места на место, особенно не церемонясь при этом, но и не проявляя явного неуважения.

Конвейер двигался:

— Федор Новиков, рекомендация: легионер.

— Марк Изотов, рекомендация: иммун, технический специалист.

— Раиль Рахимов, рекомендация: легионер.

— Раиса Зарецкая, рекомендация: легионер. Внимание: снайпер, широкий боевой опыт. Коридор А.

— Иван Длябога, рекомендация — легионер или иммун. Внимание: опыт в управлении транспортными средствами в экстремальных условиях. — Палыч кивнул мне, как будто говоря «до свидания», и быстрым шагом двинулся за своим браслетом.

Он, по всей видимости, не хотел терять Раису из виду, даром что она сейчас выглядела на своих сто три года, пусть это были и очень бодрые сто три! Но фамилия у него, конечно, впечатляющая. Длябога! Надо же, бывают такие…

— Александр Кочубей, рекомендация — легионер. Внимание: потенциальный центурион, командный состав, опыт работы на руководящих должностях, лидерские качества. Коридор С, будьте любезны.

Кочубей — вот как звали того голубоглазого парня, который сейчас оказался шикарным дедом с золотыми зубами. Такими в голливудских фильмах изображают богатых негодяев-капиталистов, руководителей подполья в какой-нибудь антиутопии или боссов русской мафии. Командный состав, надо же! И «будьте любезны» сказали, обалдеть. Анализируя происходящее, я едва не пропустил свое имя:

— Тимур Сорока, рекомендация: иммун, парамедик. Внимание: опыт работы в экстремальных обстоятельствах, первичная медподготовка, отсутствие необходимости омоложения, нестандартный подход к решению поставленных задач.

Это потому, что я перевязывал там кого-то, получается? И в лоб на водометы не попер? Интересные, блин, у них критерии… Что ж, парамедик — значит, парамедик. Опыта у меня, правда, с гулькин нос, но если аптечки будут давать такие, как в симуляции — то как-нибудь справлюсь. Гемостатик-то у них — замечательный! Ну, и подучат, наверное… Это в симуляцию закинули, как кур во щи, а в реальности — черта с два нас так кинут. Неэффективно!

— Вам на омоложение не нужно, — неожиданно мягко повторила женщина, когда я подошел за браслетом. — Вам можно сразу в коридор «Е», на коррекцию физического состояния. Проходите.

Получалось так, что, кроме меня, всем нужно было на омоложение, или, как тут говорили — на «процедуру». А мне, стало быть, только на коррекцию. Интересно, а после «процедуры» они тоже пойдут на «коррекцию»? Или омоложение вправит им грыжу и подлечит язву желудка?

Так или иначе, я двинул по коридору Е. Как и весь этот комплекс помещений, он был минималистично-функциональным: металлические решетки на полу, под ними — коммуникации: кабеля, трубы. Стены сырые, каменные, монолитные — обшиты мелкой сеткой, наподобие рабицы. На потолке — лампы. Сам потолок — неровный, тоже — каменный, вроде бы даже известняковый. Выходит, мы — в пещере?

Вербовочный-то пункт, где я написал заявление, находился в Минске, в промзоне. Никаких особенных пещер в Беларуси не было, разве что калийные шахты в Солигорске, но там я бывал, и на них местный антураж вообще не походил. Вот на Новоафонские карстовые пещеры — это вполне. Но мало ли в Бразилии донов Педро, а на Земле — карстовых пещер? Так или иначе — влез я в капсулу там, а вылез тут. Неплохой такой вояж…

Хорошо — перед тем, как заявление подавать, закрыл все вопросы — и по работе, и… Остальные. Правда, некоторые дела нарисовались уже здесь, но это я сам виноват — согласился. Интересно — а вещи отдадут? Если не отдадут — огорчусь.

Босым ногам было холодно от металлической решетки, я старался дойти быстрее, ибо — прохладно. Может быть, плюс пятнадцать, не выше. Так себе для человека в нижнем белье! Дверей в коридоре было много, но открыта оказалась одна, и потому я заглянул именно в нее, постучал и сказал:

— Тук-тук! Тимур Сорока, на коррекцию, — и продемонстрировал браслет на руке, сам не знаю, зачем.

Импозантный широкоплечий мужчина в белом халате и докторской шапочке за столом глянул на меня, подняв взгляд от планшета, и я увидел его глаза — яркие, фиалкового цвета. Контактные линзы цветные носит, что ли?