Чтение онлайн

Советской делегации ничего не оставалось другого, кроме как договориться о поставке в СССР образца танка Т-III, который, по утверждению хозяев, «был в вермахте новейшим типом танка».

Между тем Хеншель и Порше продолжали работу по созданию тяжелых танков. Их подстегнул к этому доклад Генерального штаба вермахта о действиях бронетанковых войск во Франции, который лег на стол Гитлера. В этом докладе подчеркивался случай, происшедший 21 мая 1940 года, когда лорд Горт, командующий британскими экспедиционными силами во Франции, отдал приказ атаковать немцев в районе Арраса. Утром 21 мая части английской 50-й дивизии и 1-й армейской танковой бригады начали наступательные действия. И хотя эти силы были слишком малы, чтобы достичь решающего успеха, они нанесли тяжелые потери 7-й танковой дивизии фашистского генерала Роммеля. Немецкие 37-миллиметровые противотанковые пушки не могли остановить тяжелые британские танки типа «Матильда» с противоснарядным бронированием, лобовая броня которых имела толщину 80–90 мм. 23 английских пехотных танка «Матильда» шли на противотанковые пушки дивизии Роммеля как ни в чем не бывало. И только введя в бой всю свою артиллерию, и особенно 88-мм зенитные орудия, Роммелю удалось задержать танки англичан. Руководивший войсками во Франции Роммель был повышен в должности и направлен в Африку командиром корпуса. Свой опыт боев с английскими танками он применил и здесь.

Не менее впечатляющим был и эпизод, когда моторизованное подразделение немецких войск, воевавших в Греции, одной 88-мм зенитной пушкой с расстояния 6000 метров в течение нескольких минут подбило 3 тяжелых английских «матильды».

Эти примеры успешной борьбы с тяжелыми танками с помощью 88-мм зенитных орудий натолкнули Гитлера на мысль установить такую пушку на серийно выпускавшиеся средние танки Т-IV. Здесь, однако, возникли технические трудности. Зенитная пушка требовала для ее установки шаровой погон диаметром 1850 мм. Серийные же машины Т-III и Т-IV имели поворотные шаровые погоны меньшего диаметра (1650 мм). Проблема оказалась неразрешимой, от нее пришлось отказаться.

Теперь свои надежды Гитлер возложил на тяжелый танк, впоследствии получивший наименование «Тигр». И 6 ноября 1940 года последовало указание, что «военная экономика должна ориентироваться на затяжную войну». Это объяснялось тем, что Гитлер изменил свои планы. Если раньше он хотел сначала покорить Англию, а затем направить свои войска на Ближний Восток и в Индию, то теперь эти цели поменялись местами.

К тому же на пути далеко идущих планов Гитлера стояла Советская страна с ее нефтеносными источниками на Кавказе, богатой хлебом Украиной и индустриальным Донецким бассейном. Предполагая молниеносным ударом, в одной летней кампании 1941 года, сокрушить Красную Армию с ее устаревшими легкими танками БТ и Т-26, Гитлер мечтал летом 1942 года двинуть свои бронированные дивизии на Ближний Восток и в Индию. Вот к этому времени ему и нужны были новые тяжелые танки с мощной боевой защитой и всесокрушающей огневой мощью.

И он приказал фирмам «Хеншель» и «Порше-КГ» максимально ускорить разработки тяжелых танков…

Талант и увлеченность Михаила Ильича Кошкина не заслоняли партнеров, а стали своего рода творческим магнитом. Макарову и его друзьям нравилось, с какой страстью Кошкин стал отстаивать свои технические идеи. Теперь, после того эпизода с «летающим танком», Михаил Ильич никогда не отступал от намеченного плана, не соглашался ни на какие замены, подмены одного другим, если такие замены были хуже для дела.

Это порой стоило ему нервов и нервов.

Макаров как-то спросил его:

– Для чего вам нужна эта нервотрепка?

– Птице для того, чтобы летать, необходима опора на воздухе, нужна встречная струя.

Макаров рассмеялся:

– Однако вы любите острые ощущения!

– Когда меня критикуют, зло критикуют, я радуюсь: значит, моя идея уж очень перспективна, – весело сказал Кошкин. – Важно, чтобы рядом были единомышленники. Знаете поговорку: горе на двоих – полгоря, а радость на двоих – две радости.

Когда проектирование нового танка Т-34 почти заканчивалось, пришло известие, что у немцев вышла пушка, пробивающая 75 мм брони. В КБ возник спор. Ведь лобовая броня их танка 55 мм, а ее утолщение приведет к значительному увеличению массы и потере маневренности танка. К тому же и его производство обойдется значительно дороже.

И тут Макаров предлагает революционное решение. Глядя в окно, он замечает, что крупный град сильно бьет по стеклам распахнутой оконной рамы, но не разбивает их. Значит, и броневые листы нужно расположить под углом.

Немедленно приступают к новым испытаниям, устанавливают 55-мм броневые листы с оптимальным откосом в 70 градусов, стреляют по ним тяжелыми снарядами и получают окончательные очертания танка Т-34.

«Между тем в Москву, на подмосковный полигон, был доставлен немецкий Т-III. Его испытали, а затем отправили на танковый завод в Харьков для изучения. Здесь он появился, когда заканчивалась сборка последних машин Т-34 установочной партии. Т-III оказался на семь тонн легче, чем Т-34. Но 37-миллиметровая пушка немецкого танка не шла ни в какое сравнение с 76-миллиметровой пушкой Т-34.

Несколько дней на заводском танкодроме и полигоне проводились сравнительные испытания. С корпуса и башни Т-III сняли пробы и отправили их в заводскую лабораторию. Артиллеристы обстреляли наш и немецкий танки с одинаковых дистанций. В броне Т-34 находили лишь вмятины да росчерки от рикошетов. Броня Т-III пробивалась насквозь… Заместитель главного конструктора Макаров впервые на этих испытаниях применил стрельбу танка по танку. Снаряды, выпущенные нашей 76-мм пушкой, пробивали башню и корпус Т-III с расстояния 1500–2000 метров. Снаряды немецкой пушки поразили только некоторые участки бортовой брони Т-34, да и то с расстояния 500 метров».

Затем появились и результаты химических анализов заводской лаборатории – германская броня оказалась хуже советской.

Но радость этой победы была омрачена известием о том, что отец Ризо Гуридзе умер в тюрьме.

И теперь Ризо, не сдерживаясь, материл Сталина, с которым, оказывается, его отец в юности «экспроприировал награбленное», – то есть под руководством Красина Сталин, Камо и Гуридзе грабили банки для ленинской партийной кассы…

КБ Кошкина не успевает обкатать новый образец танка, как его вызывают в Москву для показа правительственной комиссии. В связи с этим решено отправить не один, а четыре танка своим ходом из Харькова в Москву, чтобы по пути пройти обкатку. Кошкин сам сел за штурвал и по дороге заболел пневмонией.

Показ двух добравшихся Т-34 высокой кремлевской комиссии.

В комиссию входят Сталин, Берия, Калинин, нарком промышленности Марышев и др. Рядом стоят Кошкин и Макаров, Кошкин от высокой температуры еле держится на ногах и просит Макарова давать объяснения членам комиссии.