Любовь стоит того, чтобы ждать
Шрифт:
Сигнал о том, что все члены команды находятся внутри корабля, пришел буквально через несколько ударов.
— Закрепитесь в карантинной камере. Пока без очистки. Стартуем сразу, как закроется люк, — бросил я холодно.
— Но… Да, кэм.
Нас отделяло не так много от второго полюса, но мне казалось, что летели мы туда бесконечно долго. И снова пытались пробиться в эфир. Только вот там никто не отвечал. Ни по основному устройству, ни по индивидуальным рациям….
— Нора меня раздери… Кэм, посмотри.
Контролер вывел спектрально-геологическое изображение, и я увидел… Кратер на том месте, где должна была находиться команда. Как это возможно?! Только не…
— Тепловой. Отрицательный. Ночной. Водный спектр. Быстро, — прорычал помощникам.
— Готово, кэм.
Мы всматривались в огромные изображения и… Ничего.
— Датчик движения. Маячки. Ну же!
Мы уже зависли над дырой в земле, в которой было напихано много чего… но больше всего камней. Видели всё фактически невооруженным глазом… Всё, кроме стражей.
Спектральный анализ тоже не показывал жизни. И датчики…
— Ничего, кэм.
— Боевая группа, готовиться к спуску.
— Есть, кэм…
— Тише!
Голос второго пилота заставил всех замолчать.
Мы тоже услышали тонкий писк… и вот уже более уверенный.
— Кто-то двигается…
— Да!
— Осторожней.
Это я сказал уже второму пилоту, снизившемуся на минимальную высоту.
Из-под огромного валуна, похоже, там была какая-то яма, вылезали трое.
— Почему анализаторы?..
— Там какое-то излучение.
Излучение… Нора с ними, сейчас вытащим своих, потом разберемся.
— Внутренние рации?
— Не отвечают.
— Где четвертый?
— Не видно…
Внутри опять все скрутило. До тошноты и рези в глазах. Вдох-выдох. Я страж. Капитан. Я справлюсь… а она жива.
— Приготовиться к принудительной эвакуации…
— Да, кэм.
Фигурки внизу замерли. Без основы, без вариантов. Но они знали, что так и будет в подобной ситуации, это отрабатывалось еще в Академии. Принудительно — это даже не экстренно. Единственная возможность поднять их без посадки и без платформ, которые они упустили, — это перехватить щупами-лассо. Неприятно, больно…
Быстро и действенно.
— Начали.
— Готово, кэм. Команда два в карантинной обработке, кэм.
— Изображение. Переговорное, — в горле будто выжгло все лазером. Или страхом.
— Установлено.
Я уставился в голограмму, рассматривая комнату с семью все еще одетыми в скафандры фигурами.
— Почему состав второй группы неполный? — спросил всех сразу и по отдельности.
— Она… погибла, — ответил мужской голос.
Она?! Я уже был в коридоре.
— Кэм, ты куда? — заорал мне контроллер, когда я понесся прочь из рубки.
Она?
Нет… Нет, нет, нет…
— Они же еще не… — всполошился Тарил, контролирующий обработку в коридоре возле карантина.
— С ними почищусь. Открывай!
Ввалился в заполненную комнату и с рыком осмотрел замерших людей. Кто-то еще сидел, двое уже начали раздеваться… Я обшарил взглядом каждого и уставился на фигурку с плавными изгибами.
А потом подошел в два шага и сорвал с головы Аррины шлем.
И только после этого, кажется, начал дышать.
— Аррина Лан, — голос звучал сипло, руки держали крепко предплечья и не собирались отцепляться. Я всматривался в ее лицо, осунувшееся, со ссадинами, в её уставшие и грустные глаза и не мог насмотреться… — Аррина Лан, — повторил. — Доложить… где четвертый член команды?
— Карра… погибла, — тихий, родной голос.
— Тело?
— Остался лишь браслет, — она вздохнула и опустила голову.
Как? Бездна, что произошло?! Все узнаем… Разберемся. А пока надо отлететь подальше, мало ли… Выслушать доклад. Решить, как поступить… И задавить в себе тошнотворное чувство облегчения от того, что не Аррина осталась на каменном шарике смерти.
Я позволил себе буквально на удар привлечь девушку… как свою. А потом отпустил и приказал всем раздеваться и обрабатываться как можно быстрее.
— Через сто ударов взлетаем ближе к центру системы.
И первым расстегнул комбинезон.
За девятнадцать космических суток до точки отсчета
Край
Гард Норан
В столовой было тихо…
Стражи, конечно, принимали смерть, но переживали её не меньше, чем все остальные, а может, даже и больше. Перепроживали, чувствуя, как рвется наживую связующая нить.
Мы были вечными странниками, что бредут рука об руку по почти бескрайнему космосу, и когда уходил тот, кто был рядом на протяжении долгого времени, осознавали, насколько холоднее становится вокруг.
— Вечность и Вселенная — теперь твой дом, и потому сияй, словно звезда, разгоняя Тьму и даруя Свет, — сказал я заключительную ритуальную фразу и провел рукой над символом линии, истончая её суть и… отключаясь от коммутатора, чтобы прервать связь с родственниками погибшей.
В этой гибели не было её вины… И чьей-либо еще тоже. Череда досадных случайностей, на излете задевшая одну молодую женщину.
Экспериментальные приборы и резонаторы, которые мы устанавливали на ЕААН, по всем параметрам должны были лишь воссоздать нужное нам поле тогда, когда мы были бы уже далеко и включали его дистанционно. И вторая команда ничуть не ошиблась, закрепляя и распределяя все необходимые детали. Не ошиблись и те, кто создавал все эти механизмы и компьютеры. И даже те, кто когда-то исследовал планету и поставил ей класс «ПР», что означало, что там ничего нет, не наврали…
Там действительно не было, с нашей точки зрения.