Механик
Шрифт:
Он проводит ладонью по моей спине, обхватывает талию и зарывается носом в волосы.
– Это не навсегда, – сдавленно произносит Матвей, – когда–нибудь у меня будут деньги. Я все для этого делаю.
– Не сомневаюсь, – провожу кончиками пальцев по жесткой щетине, – но для меня это не главное…
– Еще немного, и я рассчитаюсь с долгами за сервис, – будто, не слыша меня, продолжает говорить он, – а потом буду расширяться…
– Матвей…
– Ты ни в чем не будешь нуждаться… Нужно только немного потерпеть…
– Матвей, уверена, так и будет… но я хочу быть с тобой уже сейчас…
Провожу губами по щеке, затягиваясь его запахом. Запахом геля для душа и чистой кожи. А еще какой–то чисто мужской энергии и силы.
Его рука накрывает мой затылок, а рот впивается в мой. Я уступаю напору, размыкаю зубы и впускаю его язык. Поцелуй получается жадным, до боли в губах, до стука зубов. Так он меня еще не целовал. Будто пытается заклеймить.
Зарываюсь пальцами в сырых волосах, дрожу от его напора.
– Давай снимем платье, – хрипит он мне в рот.
– А душ?..
– Потом…
Я торопливо расстегиваю ворот, а Матвей уже тянет его за подол вверх. Какое–то время пожирает взглядом черное кружево на моей груди, быстро расстегивает лифчик и откидывает его в сторону.
Приподнимает меня немного и захватывает ртом сосок. Желание бьет горячей иглой в низ живота. Открываю рот в немом крике, выгибаюсь в спине, обеими руками прижимая голову Матвея к себе.
– Моя девочка…
Рука его ныряет между наших тел, освобождает налитый кровью ствол и отодвигает в сторону полоску кружевных танга. Под мой тихий стон раздвигает пульсирующие от нетерпения губки, хватает бедро и насаживает меня на член сразу до упора.
– Матвей! – вскрикиваю тонко.
– Смотри на меня, Аня! – требует он, сразу задавая бешеный темп.
Я подчиняюсь. Тону в его взгляде, обмениваясь с ним рваным дыханием.
– Моя?..
– Твоя!.. – выдыхаю, облизывая сухие губы.
Внезапно Матвей останавливается, снимает меня с себя и ставит на ноги.
– Иди сюда…
Толкает к дивану.
– Встань на колени, – делаю то, что говорит, и чувствую давление его руки на спину.
Встаю на четвереньки, опираясь на ладони.
– Обопрись на локти, – тихо велит он.
Опускаю верхнюю часть туловища ниже, слегка касаясь тугими сосками постели.
– Вот так… умница… – давит на поясницу, – прогнись немного…
Делаю все, как велит Матвей и замираю.
Меня трясет от стыда, страха и желания, а он ничего не делает!
– Принцесса… – его голос звучит потрясенно, – бл@дь... Видела бы ты то, что вижу я…
– Что?.. – беззвучно спрашиваю я.
– Такая красивая… – на ягодицу ложится его рука, чуть сжимает и перемещается на мою промежность.
Я громко всхлипываю и неосознанно дергаю попой кверху, когда его палец касается напряженного комочка нервов. Обводит его по кругу, слегка надавливая, начинает мягко массировать.
Напряжение между ног нарастает. Оборачиваюсь, тяну руку к бедру Матвея, хочу просить, чтобы вошел в меня, но из горла вылетают лишь несвязные звуки.
– Такая мокрая… – шумно дыша, проговаривает он, – сейчас…
Я чувствую, как в промежность утыкается горячая головка, проходится несколько раз вдоль губ, размазывая мою влагу, и резко толкается в меня.
– Ах… – громко вскрикиваю я.
Матвей дергает мои бедра на себя, одновременно вдавливая плечи в постель. Берет быстро, глубоко, каждым ударом выбивая из груди воздух.
Тело искрит, стремясь к разрядке. Поясница сама прогибается, обеспечивая члену Матвея максимальный доступ.
– Твою мать… – глухо выстанывает он, и в этот момент меня накрывает оргазмом.
Я начинаю кричать, а его рука обхватывает меня под грудью, поднимает на себя и уже в следующее мгновение он затыкает меня поцелуем.
Врывается в меня последний раз. Замирает, быстро выходит и кончает на ягодицы.
Утром я просыпаюсь одна. Сквозь щели жалюзи бьет яркий свет, а снизу доносятся скрежет металла и мужские голоса.
Господи… Сколько же сейчас времени?! Соскакиваю с дивана в поисках сумки, достаю свой телефон и округляю глаза.
Почти полдень!
Я никогда в жизни столько не спала. Девять для меня предел даже в выходные.
Но самое неприятное – не это. На телефоне почти тридцать пропущенных от Давида, десять – от Маши и два от мамы…
И если первых двух я могу себе позволить проигнорировать, то маму – точно нет. Что, если мой бывший уже рассказал о нас с Матвеем своей матери, а она в свою очередь, моим родителям?!
Вот черт!!!
Пока я собираюсь с духом набрать родительнице, она звонит сама. Кончики пальцев моментально леденеют.
– Мама? – приветливо говорю в трубку.
– Анна, почему не отвечаешь?!
– Что–нибудь случилось?..
– У нас нет! – чеканит мама, – а у тебя?
– И у меня. Забыла выключить беззвучный режим, – расслабившись, отвечаю я.
Похоже, Коганы пока держат козырь в рукаве, потому что мама не стала бы юлить, а спросила бы сразу в лоб.
– Все в порядке?
– Да…
– Как Давид?
– Отлично, – жмурясь, проговариваю тихо.
Не люблю лгать… и не умею…
– Передавай привет. Послезавтра утром возвращаемся, сходим с Коганами в ресторан.
– Хорошо…
Мама отключается первой, а я еще какое–то время гипнотизирую экран. Через два дня правда всплывет, и что тогда будет?!..
С трудом отогнав тревогу, решаю, что буду решать проблемы по мере их появления. От Матвея я не откажусь, он от меня – тоже… А там будет видно…