Чтение онлайн

Таггарт перебила меня, кивнув на коридор.

— Миссис Уайкофф здесь… это приемная мать. С ней все нормально. Пропал Даллес, сэр. Он сбежал.

В пятницу, около шести вечера, я сидела в кабинете Баттальи вместе с Маком Чэпменом, Мерсером Уоллесом и Брендой Уитни, пресс-секретарем окружного прокурора.

— Это побег или похищение? — спросил Батталья.

Аромат его сигары смешивался с запахом менее дорогих сигар, которыми он угостил Мерсера и Майка.

Я ответила, стараясь заглушить кашель Бренды.

— Приемная мать утверждает, что он вылез из машины и убежал, пока она ходила в школу за своим старшим ребенком. Но я в первый раз вижу эту Сесиль Уайкофф и понятия не имею, можно ли ей доверять.

— Что делает Департамент для розыска мальчика? — Батталья имел в виду копов.

— Я звонила в участок из суда. Начальник полиции бросил на это дело двух парней из уголовного отдела. Мы просматриваем телефонные звонки, изучаем прошлое приемной матери и всех связанных с ней лиц, опрашиваем регулировщиков у школы, которые могли видеть мальчика, — ответил Майк.

— Где сейчас миссис Уайкофф?

— Пэт Маккинни поручил расследование отделу по борьбе с преступлениями против детей. Я не знаю, кто с ней разговаривал. Маккинни считает, что они легче получат информацию, если миссис Уайкофф будет уверена, что я не использую ее показания в суде. Люди из Службы опеки и попечительства вбили ей в голову эту идею.

— Может, он и прав, — заметил Батталья, жуя кончик сигары. — Кроме того, ваш процесс идет полным ходом. Вам просто некогда этим заниматься.

— Знаю, — ответила я. — Но жизнь Даллеса в сто раз важнее, чем изнасилование Пэйдж Воллис. Мне неприятно об этом говорить, но все случилось именно потому, что она пыталась вступиться за мальчика. И я лучше брошу это дело, чем причиню вред ребенку.

— Чтобы вернуть его отцу-шизофренику? — спросил Мерсер. — Исключено.

— Шеф, если к понедельнику мы не найдем ребенка, я не смогу вести процесс.

— Не надо опережать события Алекс. Делайте то, что должны делать, и предоставьте полиции выполнять свою работу. Вы можете попросить у Моффета отсрочку?

— Он хочет поскорей закончить дело. В понедельник мы завершим допрос Воллис. Потом я вызову официантку из кафе, нескольких копов и медсестру. Если мальчик не появится и Робелон сумеет построить убедительную защиту, Моффет прекратит дело за отсутствием доказательств.

— Бренда, как нам лучше поступить? Полиция наверняка уже сообщила прессе, — сказал Батталья.

Он умел манипулировать средствами массовой информации лучше, чем иные умеют писать свою фамилию.

Заместитель комиссара полиции по внешним связям, очевидно, уже разослал фотографии Даллеса Триппинга с просьбой помочь его розыску.

— Надо распространить заявление для прессы, но не связывать его с судебным делом. Ограничимся фактом исчезновения ребенка. Первое сообщение можно дать в шестичасовых новостях. Возможно, к одиннадцати оно будет уже в первых строчках.

Мерсер подвез Пэйдж Воллис домой и вернулся в мой офис раньше, чем позвонил Батталья.

— Будет лучше, если ты поговоришь с Пэйдж Воллис и объяснишь ей все по телефону, пока она не услышала новости по телевизору, — обратилась я к Мерсеру.

— Для нее это станет тяжелым ударом. Она обвинит себя в его исчезновении, — сказал он.

— Господи, что скажут присяжные! — простонала я.

Я была так озабочена судьбой мальчика, что не подумала о необходимости привлечь к его поискам общественность и прессу. На выходных присяжные узнают обо всем из телевидения и газет. На суде Пэйдж много говорила о Даллесе, и они непременно свяжут его исчезновение с этим делом.

— Разве судья не запретил им слушать новости, касающиеся процесса? — спросил Батталья.

Чэпмен выпустил изо рта кольцо дыма и потянулся за новой сигарой.

— Надеетесь, что присяжные не станут читать заголовки газет? Это столь же вероятно, как то, что сегодня вечером я приму ванну с Шарон Стоун или что вы останетесь в этом кабинете, когда вам стукнет восемьдесят пять. Бьюсь об заклад, они проглотят все новости с потрохами.

— Я буду держать вас в курсе того, что случится в выходные, — пообещала я Батталье и Уитни.

Мы вернулись ко мне в кабинет. Мерсер пожелал нам спокойной ночи и отправился в соседнее здание, где на седьмом этаже находился «детский отдел» — подразделение по борьбе с преступлениями против детей. Он собирался рассказать все, что ему известно о Даллесе Триппинге, и ускорить поиски ребенка. Вероятно, Нэнси Таггарт была уже там и давала показания.

— Вот единственная вещь, которая связывает меня со свидетелем. — Я взяла у Майка бумажный пакет и убрала бейсбольную куртку в шкафчик. — Есть что-нибудь новое?

— Еще до того, как твои выходные накрылись, я хотел попросить, чтобы ты уделила мне два часа завтра утром. Мне нужен свежий взгляд при повторном осмотре дома Куини.

— А как насчет Сары? — поинтересовалась я.

— Я не в восторге от мысли, что Сара явится на место преступления вместе со своими карапузами. После них вероятность успешной пробы на ДНК практически сведется к нулю.

— Почему все так сочувственно относятся к матерям? — Я улыбнулась. — Конечно, у меня нет уважительных причин, которые можно противопоставить кормлению грудью, насморку, развивающим играм или необходимости ехать в универмаг за памперсами.

— Брось, я же не ставлю тебя перед выбором: подольше поваляться в постели или отправиться со мной в Гарлем. Мы вполне можем встретиться после балетной школы.

Майк знал мой распорядок дня. Я с детства занималась танцами, и еженедельные уроки не только помогали мне поддерживать форму, но и позволяли снять напряжение после рабочей недели.