Нравственные письма
Шрифт:
Когда тебя несут порывы страсти,
Что толку - удержать коня в узде?
Кто в гневе над собой уже не властен,
Не может в победителях сидеть.
"Так что же, ни науки, ни искусства
Нам ничего для жизни не дают?"
Дают, но добродетели в них пусто,
Они ей лишь основу создают.
Как грамота готовит нас к науке
Науки в добродетель торят путь.
Но, добродетель - не учебы муки,
Блаженство - честно в зеркало взглянуть.
Основы философия не ищет,
И здание возводит от земли.
А математик, в этом смысле - нищий,
Все их начала от других пошли.
Вот, если б шел он к истине с начала,
Объять сумел природу и весь мир,
О небе и душе не умолчал бы…
То, был бы математик - мой кумир.
Рассмотрим по порядку добродетель,
и могут ли искусства здесь помочь:
У храбрости сознанье - ты свидетель
Опасностей, что нужно превозмочь.
А верность есть святое наше благо,
Ничто ее с пути не совратит
"Жги, бей и убивай, я сяду на кол,
Не отходя от верного пути!"
Воздержность умеряет наслажденья,
Соразмеряя, сокращая их.
Воспринимает их, как наважденья,
Не приближаясь, ради них самих.
А человеколюбье запрещает
Надменность в отношении друзей,
И посторонних в бедах защищает,
Не отступая Божеских стезей.
Возьми что хочешь: простоту и скромность,
И милосердье к людям… Где тут роль
Искусства мы могли б назвать огромной?
Нигде. Здесь философия - король!
"Неужто роль искусства так ничтожна?
Философы используют его."
Коль "без чего-то" сделать невозможно,
Не значит это - "с помощью того".
Науки путь добра не изучают,
И нет его в ученых головах…
Есть мудрые, что грамоты не знают,
Ведь мудрость - в деле, а не на словах.
Да, мудрость велика и многогранна,
Для размышлений нужен ей простор.
Ум забивать излишним было б странно,
Тому кто мысли к вечности простер.
Возьмем хоть время… Сколько здесь вопросов:
А было ли хоть что-то до него?
Оно само есть нечто, все отбросив?
И, можно ль поворачивать его?!
Теперь - душа: Как долго обитает?
Откуда? Какова? Куда уйдет?
Как смерть ее на волю отпускает?
В природе есть души круговорот?
И так во всем… Рассмотрим, что угодно
Обилие вещей влечет на дно…
Всё - вон! Пусть разум твой живет свободно,
На службе добродетели одной.
"Но, многое в науках так волшебно…
Порой, готов читать, открывши рот…"
Стремиться больше знать, чем нам потребно,
Есть тоже невоздержанности род.
Погоня за наукой и искусством
Удел самодовольных болтунов.
Дидим писал всю жизнь, и что там?
– Пусто…
Хотя, четыре тысячи томов…
Читателей его я пожалел бы…
Он описал: откуда был Гомер,
Кто мать Энея, … Ум не уцелел бы,
Читай я ерунду без всяких мер.
Он прозвище имел - "медноутробный"…
Всё описал, что было (может быть)…
Но, если б даже знал я о подобном,
То, постарался б… поскорей забыть.
"Начитанным" считаться - стоит силы
И времени, дороже серебра.
Попроще звать себя я попросил бы…
Скажите мне: "Ты - человек добра."
К чему мне Аристарховы пометки,
К стихам, что написал мудрец Гомер?
В них вижу только глупости объедки,
Для критиков грядущего пример.
Грамматик Апион прочел Гомера
(Тщеславен и большой антисемит)
В начале Иллиады встретил меру
Всей книги… Пусть Гомер его простит.
Измерь свой век! И вычти нездоровье,
Твой сон, дела… Все вычерпал до дна?
Осталось время с доблестью коровьей
Жевать чужую жвачку дотемна?!
Философы настолько опустились,
Что стали свойством слога дорожить.
И говорить так тщательно учились,
Что разучились, "как на свете жить".
Как много зла и лжи дает нам тонкость
Чрезмерная. Вот молвил Протагор:
Любая вещь (обманывай ребенка)
Сама в себе содержит сущный спор.
А Нафсифан: Что видим пред собою,
Быть может - существует, может - нет.
И Парменид: Все образы, гурьбою
Едины, в них начало и конец.
Зенон Элейский - вещи уничтожил:
Есть бытие, вещей на свете нет.
Мегарцы, эритрейцы (путь проложен)
Как эхо повторяют это вслед.
Все это - чушь, похуже, чем искусства…
Там - пользы нет, а здесь - прямой ущерб:
Мне выколов глаза, лишают чувства
И отнимают истину вообще.
Премудрость эта с истиной не дружит,
От света отделяя, как покров.
О, Господи! Свет истины мне нужен,
Не тьма агностицизма.
Будь здоров.
– ------------------
Письмо LXXXIX (О разделах философии)
Луцилия приветствует Сенека!
Философов ученье по частям
Ты хочешь разложить, как в картотеку?
Великое делить привык я сам.