Чтение онлайн

Бросил крылатое слово, свою изъявляя им волю:

«Трупы теперь приберите; пускай вам помогут рабыни

Вынести их, а потом все столы, все богатые стулья

Дочиста здесь ноздреватою мокрою вытрите губкой.

440 После ж, когда приберёте совсем пировую палату,

Всех поведеньем развратных рабынь из неё уведите;

Там на дворе, меж стеною и житною круглою башней,

Смерти предайте беспутниц, мечом заколов длинноострым

Каждую; пусть, осрамивши развратом мой дом, наказанье

445 Примут они за союз непозволенный свой с женихами».

Так говорил он. Тем временем все собралися рабыни,

Жалобно воя; из глаз их катилися крупные слёзы.

Начали трупы они выносить и в сенях многозвучных

Царского дома, стеной обведённого, клали их тесным

450 Рядом, один прислоняя к другому, как сам Одиссей им

Делать предписывал; дело ж не по сердцу было рабыням.

Вынесши трупы, они и столы, и богатые стулья

Дочиста всё ноздреватою мокрою вытерли губкой.

Заступом тою порой Телемах, свинопас и Филойтий

455 В зале просторной весь пол, обагрённый пролитою кровью,

Выскребли чисто; оскрёбки же вынесли за дверь рабыни.

Залу очистив и всё приведя там в обычный порядок,

Выйти оттуда они осуждённым рабыням велели,

Собрали их на дворе меж стеною и житною башней

460 Всех и в безвыходном заперли месте, откуда спасенья

Быть не могло никакого. И сын Одиссеев сказал им:

«Честною смертью, развратницы, вы умереть недостойны,

Вы, столь меня и мою благородную мать Пенелопу

Здесь осрамившие, в доме моём с женихами слюбившись».

465 Кончив, канат корабля черноносого взял он и туго

Так натянул, укрепивши его на колоннах под сводом

Башни, что было ногой до земли им достать невозможно.

Там, как дрозды длиннокрылые или как голуби, в сети

Целою стаей – летя на ночлег свой – попавшие (в тесных

470 Петлях трепещут они, и ночлег им становится гробом),

Все на канате они голова с головою повисли;

Петлями шею стянули у каждой; и смерть их постигла

Скоро: немного подёргав ногами, все разом утихли.

Силою вытащен после на двор козовод был Меланфий;

475 Медью нещадною вырвали ноздри, обрезали уши,

Руки и ноги отсекли ему; и потом, изрубивши

В крохи, его на съедение бросили жадным собакам.

Руки и ноги свои, обагрённые кровью, омывши,

В дом возвратились они к Одиссею. Всё кончено было.

480 Тут Одиссей, обратясь к Евриклее, сказал ей: «Немедля,

Няня, огня принеси и подай очистительной серы;

Залу нам должно скорей окурить. Ты потом Пенелопе

Скажешь, чтоб сверху сошла и с собою рабынь приближённых

Всех привела. Позови равномерно и прочих служанок».

485 Так повелел Одиссей. Евриклея ему отвечала:

«То, что, дитя, говоришь ты, и я нахожу справедливым.

Прежде, однако, тебе принесу я опрятное платье;

Этих нечистых отрепьев на крепких плечах ты не должен

В доме своём многославном носить; то тебе неприлично».

490 Ей возражая, ответствовал так Одиссей многоумный:

«Прежде всего мне огня для куренья подай, Евриклея».

Волю его исполняя, пошла Евриклея и скоро

С серой к нему и с огнём возвратилась; окуривать начал

Серой столовую он и широкий, стеной обнесённый

495 Двор. Евриклея, прошед через светлые дома покои,

Стала служанок сбирать и немедленно всем им велела

В залу прийти; и немедленно, факелы взявши, рабыни

В залу пришли; обступивши весёлой толпой Одиссея,

Голову, плечи и руки они у него целовали.

500 Он же дал волю слезам; он рыдал от веселья и скорби,

Всех при свидании милых домашних своих узнавая.

Содержание двадцать третьей песни

Вечер тридцать девятого и утро сорокового дня

Евриклея приносит радостную весть Пенелопе, которая идёт вместе с нею в пировую палату. Пенелопа медлит узнать своего супруга. Одиссей, чтобы обмануть жителей города, учреждает шумную пляску; омывшись в купальне, он возвращается к Пенелопе и, сказав ей тайну, только им двум известную, уничтожает все её сомнения. Все ложатся спать. Одиссей и Пенелопа рассказывают друг другу свои приключения. С наступлением утра Одиссей идёт к отцу своему Лаэрту.

Сердцем ликуя и радуясь, вверх побежала старушка

Весть принести госпоже, что желанный супруг возвратился.

Были от радости твёрже колена её и проворней

Ноги. Подкравшися к спящей, старушка сказала: «Проснися,

005 Встань, Пенелопа, моё золотое дитя, чтоб очами

Всё то увидеть, о чём ты скорбела душою вседневно.

Твой Одиссей возвратился; хоть поздно, но всё, наконец он

С нами и всех многобуйных убил женихов, разорявших

Дом наш и тративших наши запасы назло Телемаху».

010 Доброй старушке разумная так Пенелопа сказала:

«Друг Евриклея, знать, боги твой ум помутили! Их волей

Самый разумнейший может лишиться мгновенно рассудка,

Может и слабый умом приобресть несказанную мудрость;

Ими и ты обезумлена; иначе в здравом рассудке

015 Ты бы не стала теперь над моею печалью ругаться,

Радостью ложной тревожа меня! И зачем прервала ты

Сладкий мой сон, благодатно усталые мне затворивший