Чтение онлайн

Козлодоев решил, что начинать борьбу с повальной несправедливостью жизни нужно с села. И начал. С нас. Появившись в поселке увешанный синяками, как новогодняя елка фонариками. С этих пор он бегает каждый день в администрацию с жалобами на всех подряд, на меня в особенности, раз в неделю появляется у меня на приеме с жалобами уже на администрацию. Судится с кем только можно и из-за чего только можно, устраивает митинги в защиту бедных и шествия за снижение налогов для богатых, а вот недавно еще и газету стал выпускать. Если раньше на его выходки я только махала рукой, дескать "чем бы дитя не тешилось...", то теперь он стал моей головной болью. В общем, одно слово - Козлодоев! И сказать тут больше нечего.

– Бумажка? Ах, бумажка,- я порылась в сумке.
– Так это я ошиблась - не вам она.

– Обманываешь, значиться, да?! Ну, я тебя в следующем номере пропесочу!
– "журналист" погрозил мне кулаком.
– Ты у меня попляшешь! Иш, моду взяла честных людей в заблуждение вводить! Такую статью про тебя забацаю - мало не покажется! Не будь я Степан Козлодоев!
– он гордо выпятил тощую грудь и задрал вверх козлиную бородку.

Я помолчала пару минут, давая возможность Степану насладиться "триумфом", и достала из сумки газетку. Журналист покосился на нее одним глазом.

– За вранье говорите меня "пропесочивать" будете?
– ласково осведомилась я, с удовольствием наблюдая как местный паразит начал потихоньку терять уверенность в себе.- А вот вы что написали, а?
– я возвысила голос и потрясла газетой перед носом притихнувшего журналиста.
– Статью о лжесвидетельствовании и клевете никто не отменял!

– А чего я написал то? Правду и написал, как вы навь вызвали, да упустили, а он людишек почем зря жрёт! Что, скажете - неправда это?
– Козлодоев решил, что лучшая защита - это нападение. Глаза его сверкали праведным гневом, бороденка воинственно развевалась, а сам пытался стать больше за счет объема воздуха, который вмещали его легкие.

Я подождала, пока он устанет не дышать. Воздух с шумом и свистом покинул тощую грудь журналиста. Я усмехнулась и, похлопывая газеткой по руке, посмотрела на Козлодоева. Тот слегка ссутулился, запал воинственности вышел вместе с воздухом.

– Все сказали многонеуважаемый?
– иронично поинтресовалась я.
– В том то и дело, что все написанное вами - не правда! Это информация из непроверенных источников! А ты Степан слушай меня внимательно, - я заставила глаза светиться ярко-синим и выпустила клыки - еще раз подобное напишешь, я твою газетенку закрою ко всем чертям, а тебя осужу за поклеп, навет и клевету! Все ясно!

– Д-да, ясно, - Козлодоев вжался в стену своего дома с такой силой, как будто старался стать с ней единым целым. Я не сомневалась, что отлипни он от нее сейчас - на стене останется четкий след содранной побелки.

Я повернулась было к калитке, намерившись покинуть столь "гостеприимный" двор. Но решила еще немного задержаться.

– Да, еще - на время ведения следствия, что б никаких статей, заметок и даже упоминаний о нави!

Журналист закивал головой и кажется, вжался в стену еще больше.

– Будь умницей, Степан, а то ведь действительно закрою твое "периодическое издание".
– На сей раз я решительно направилась к выходу со двора. В след мне неслось неразборчивое "голос народа не заткнуть" и "не вечно твоя власть длиться будет, ведьма проклятая". Я улыбнулась. Надеюсь, народ все-таки больше занят празднованием и на газеты у него, в отличие от педантичных эльфов, времени нет.

Ни на что, не отвлекаясь, я добралась до дома. Единственным моим желанием было завалиться спать. Но претворить мечты в реальность я не смогла. Дома меня ждала честная компания в полном составе. И непросто ждала, а наслаждалась куриным супчиком, горячо мною любимым.

Я встала на пороге комнаты, прислонившись к косяку. Гости недовольно на меня посмотрели, слаженно вздохнули и вернулись к поеданию куриного деликатеса. Пушистик виновато глядел на меня с печки, я подошла и протянула ему руки на которые он радостно спрыгнул. Так, с домовым на руках, я молча прошла в свою комнату. Решив все-таки лечь спать. Но для начала, пока ничего не забылось, решила записать всё, что узнала сегодня.

Почесав домового за ушком, я ссадила его на кровать, а сама села за стол и принялась переносить на бумагу, все что узнала к этому времени про навь, так некстати объявившуюся на вверенном мне участке.

Так - что мы имеем? А имеем мы вот что: маг из Дымков вызвал навь, обладающую очень большой силой, хитростью и явно уже бывавшую в нашем мире. Справиться с ней Одинец не смог, и навь с радостью воспользовался предоставленной возможность погулять по земле, и при этом не быть обремененным каким-то глупым заданием очередного глупого мага.

В Дымках и Осиновке навь надолго не задержался, там он восполнял силу, потраченную на переход. А вот у нас ему почему-то понравилось. (Хотя возможно ему помешали покинуть наши края некстати активизировавшиеся навологи). Насытившись пока одним лишь мельником, он затаился на необъятных просторах нашего маленького поселка, и знать о себе совершенно не дает.

Продолжаться так долго не может, рано или поздно ему потребуется восполнить свои силы за счет жизни еще одного или более из наших селян. Еще эта статья в газете покоя не дает. Люди у нас шебутные, еще натворят чего, не приведи боги. А еще есть куча маленьких дел, помимо этой треклятой нави. Того же старосту к порядку призвать и за мздоимство и за газетную статью, к появлению которой на свет он приложил руку. Да и поговорить с ним о куме тоже не помешает.

– Откуда ты знаешь, что навь не получал задание и что он находится в теле Одинца?
– голос наволога звучал слегка удивленно.

Видимо он тихо подошел сзади и читал то, что я пишу из-за моей спины. Вот так всегда - увлекусь чем-нибудь и ничего вокруг себя не замечаю. Ну что же, нашим легче - рассказывать мне ничего не придется, Каратес сделает это сам.

– Так откуда ты знаешь это?
– более требовательно вопросил наволог.

– Я была у эльфа-провидца, он хорошо читает прошлое.

– Эльфа?
– Каратес удивленно сдвинул брови и склонил голову к плечу.
– Откуда тут эльфы? Или ты успела сгонять к ним, в их царство-государство?