Чтение онлайн

Давви беспокойно заерзал.

— Не обижайся, милорд, но я не хотел бы быть у тебя в долгу. Предпочитаю сам выиграть это сражение. Рохан улыбнулся; ответ Давви ему понравился.

— Думаю, ты справишься. Едва ли тебе окажут серьезное сопротивление. Если Ролстра проведет в Сире еще и зиму, все местные атри с радостью поддержат тебя.

— Я понимаю, ты имеешь право первым бросить ему вызов, но, может, оставишь кусочек и для меня? Правда, боюсь, что за этот кусочек мне придется сражаться с Чейном.

— О, насчет Чейна можешь не беспокоиться. Мы с ним хорошо понимаем друг друга. Во время этого поединка Чейн будет держать мой плащ. Прости, но вынужден тебя огорчить: от верховного принца и клочков не останется, — холодно закончил Рохан и вновь устремил глаза на карту. — Дожди… — пробормотал он. — Понимаешь, в Стронгхолде их не бывает. Для этого мы живем по не правильную сторону холмов Вере. Правда, в Радзине и других крепостях на побережье бывают бури и даже наводнения, а далеко на севере иногда идет снег.

— Ну, тут ты досыта налюбуешься на дождь. — Давви толкнул сына локтем в бок. — А тебе, Тилаль, после Пустыни придется привыкать заново!

— Можно было бы съездить на охоту. И взять с собой милорда!

— О да, мы доставим ему радость промокнуть до костей, гоняясь за каким-нибудь несчастным тощим лосем!

Оба рассмеялись и погрузились в воспоминания. Рохан выдавил улыбку. Неужели его всю жизнь будут окружать любящие отцы и обожающие сыновья? Впрочем, он тут же обругал себя за раздражительность и провел пальцем по карте от Фаолейна до Феруче, где в чреве Янте уже жил сын. Его сын, которого Сьонед видела в Огне.

Может быть, Оствелю и Тобин удастся остановить Сьонед? Этой мыслью он утешался всю дорогу от Стронгхолда до Фаолейна. Но потом он поменял планы, решив побыстрее закончить эту войну, а потом сравнять Феруче с землей. Янте умрет, а вместе с ней и ребенок.

Но мог ли он убить своего собственного неродившегося сына?

Рохан погрузился в мрачные размышления и не заметил, что Давви и Тилаль оставили его в одиночестве.

Андраде, заключенную в четырех стенах с вредной девчонкой, дотошным «Гонцом Солнца» и выводком безмозглых слуг, унылые осенние дни наполняли еще большей досадой и нетерпением, чем летние. Бог Бури, наверно, от души развлекался. Бесконечные тучи и обложные дожди полностью парализовали деятельность фарадимов.

Что ж, по крайней мере, одну клятву, данную себе летом на веранде леди Вислы, она успела выполнить: Давви стал принцем Сира еще до наступления сезона дождей. Оставалось лишь официально утвердить его в этом качестве. То, что Верхний Кират и принцесса Гемма были в руках Ролстры и что совет принцев еще не утвердил Давви, ее вовсе не волновало. Андраде могла созвать совет принцев когда угодно. Некоторое время ее развлекала мысль пригласить принцев в Речной Поток, но потом Андраде решила, что не стоит дразнить гусей: Ролстра слишком близко, да и принцы благодаря ее прихоти вымокнут до нитки и страшно разозлятся.

Стоя у камина, она потирала руки и хмурилась. Возведение на престол Давви не окупало стольких дней безделья. Ее донимала скука. Скука и отвращение к Чиане. Этим летом девчонка пережила настоящий взрыв, который часто испытывают дети. Несмотря на свои шесть лет, она выглядела и вела себя на все десять. Любое ее движение напоминало Андраде о Пандсале, которая служила Ролстре со всей хитростью своей породы и в меру способностей фарадима, обладающего тремя кольцами.

Чиана оказалась легка на помине. Веселая, цветущая, она, пританцовывая, вбежала в светлицу. Девочка сделала перед Андраде насмешливый реверанс и пропела:

— Отец прислал за мной! Посмотри за окно и увидишь сотни солдат. Все они пришли меня спасать!

Андраде поджала губы и вышла в коридор, откуда открывался вид во двор. Внизу стоял Уриваль. Почувствовав ее присутствие, он поднял голову. На лице у него было написано, что Чиана сказала правду. Девчонка хихикала, приплясывала, и Андраде ужасно захотелось отшлепать ее.

— Ну, сколько их там? — возбужденно выкрикнул этот прелестный ребенок. — Две сотни? Три?

— Замолчи! — прошипела Андраде и спустилась вниз, чтобы встретить Уриваля. Чиана бежала следом, хохоча во все горло.

Лицо Уриваля заострилось.

— Шестьдесят солдат верховного принца ищут место почище, чтобы разбить там свой лагерь, — доложил он.

— Поздновато, правда? Почему он не сделал этого еще летом?

— Ты знаешь его лучше, чем я, — огрызнулся сенешаль.

— Я дорого дала бы, чтобы не знать его вообще… Шестьдесят, говоришь?

— Сейчас они пойдут на штурм, убьют вас, и я стану свободна! — пропела Чиана. — И мне никогда не придется возвращаться в эту ужасную крепость!

— Тихо! — Вы пропали! Вы никто, а я принцесса!

Уриваль, глаза которого метали молнии, шагнул было к ней, но Андраде оказалась быстрее. Она грубо схватила ребенка за руку.

— Слушай меня! Я помогла тебе родиться и едва уговорила твоего дражайшего папочку не предавать тебя смерти! Ты хочешь к нему, Чиана? Думаешь, он сгорает от желания видеть еще одну дочь? В лучшем случае он упечет тебя в замок Крэг, вместе со всеми остальными!

— Янте свободна, и у нее есть собственный замок! А Пандсала…

— Предала тебя, — сказала ей Андраде. — Это то, что твоей семье удается лучше всего. Ему нужна хитрость Янте и кольца Пандсалы. Но ты? Бесполезных дочерей у него более чем достаточно! Ты ему не нужна!

— Он пришел за мной! — закричала Чиана, вырвалась и побежала во двор. Ее каштановые кудри разлетались во все стороны.

Андраде и Уриваль пошли следом, но без особой охоты. Оба молчали; говорить было не о чем. Тишину нарушили слова командира отряда. Очевидно, он уже давно дожидался, когда Андраде выйдет на стену. Офицер уверенно вышел вперед и по всей форме приветствовал леди Крепости Богини. Слова его были вежливыми и тщательно подобранными: верховный принц уполномочил его защитить Речной Поток от возможного нападения лорда Давви, за измену лишенного всех титулов и прав на это имение.