Чтение онлайн

Панель не открылась. Она перещупала, кажется, всю стену в радиусе метра, но тщетно. Может, открыть её можно только изнутри? А может, у Розалин не хватило смекалки, чтобы догадаться, как это сделать. Неважно. Панель не открылась и всё.

Тогда Розалин отправилась в читальню и уселась на диванчик, под которым в прошлый раз прятался господин Браббер. И даже заглянула под него, чтобы убедиться, что в настоящее время там пусто.

И вот… Нет, ещё книгу пришлось взять, вроде как она читает.

И вот Розалин сидит напротив холодного камина, читает книгу и вообще ни разу не выглядит подозрительно.

Внутри она словно разделилась на две. Одна точно знала, что нужно сделать. ТОЧНО ЗНАЛА. А вторая делала вид, будто ничего не понимает. Будто ещё есть время ждать. Будто всё как-нибудь исправится.

Как? Спрашивала себя Розалин. Как может исправиться текущая ситуация? Я жду внятного, логичного объяснения. Вменяемой версии.

Но вторая Розалин только отворачивалась и говорила — ну, как-нибудь… и всё.

Эти вечные споры с самой собой утомляли.

Нет идей — сиди и помалкивай, сказала ей Розалин. А потом встала.

Существует единственный метод проследить за господином Браббером. Использовать магию. И Розалин придётся рискнуть.

Она сможет привязать к нему нитку. Маячок — нет, он слишком заметен, его сигналы услышат окружающие маги. А тонкую, прозрачную нить, которая тянется следом за человеком и запоминает путь, никто не заметит.

Правда, нитка имеет не слишком большой радиус действия. И проследить путь можно будет только когда нитку снимешь. Но другого выхода нет.

А ещё, чтобы привязать нитку, нужно находиться поблизости от объекта наблюдения.

Придётся делать это в лаборатории.

Розалин прикинула, что ей достаточно нескольких минут, чтобы подготовить и привязать к одежде господина Браббера нитку. Или лучше к волосам. Нет… он может заметить, что волосы что-то оттягивает, временами нитка обретает вес. Лучше привязать к одежде.

Чёрт! Но одежду он может в любой момент снять и сменить.

Привязывать придётся к волосам или… к руке. К ноге. Почему нет?

В общем, вторую половину дня Розалин потратила с пользой. Всё продумала и подготовилась.

А к ужину вернулась Туя и Розалин даже показалось, что жизнь налаживается. Она даже не смотрела в сторону Линетты, которая сегодня ужинала с Анной, и старалась не думать, отчего это произошло. Оттого, что её подружка Ассоль ужинает с господином Браббером!

К счастью, у Туи было множество новостей и впечатлений о поездке, которыми она с удовольствием делилась. Сразу было видно, что жизнь Туи бьёт ключом. Она ела и говорила одновременно, что явно было чудом — никто другой так не умел.

— Папенька уже поправился и даже курит в кровати сигару. Каждый вечер! Матушка запретила слугам подавать ему сигары, так он вот что придумал — выписывает себе какие-нибудь блюда из трактира, чтобы на дом доставили… а когда появляется доставщик, платит ему, чтобы тот за сигарой сбегал. Матушка как узнала, с нервами слегла. Ну да ей не привыкать. А ещё… — Туя была такой милой, когда краснела! — Ещё я Стасика видела. Он меня ждёт. Он меня та-ак обнял! Я думала, рёбра треснут. Правда.

На этом месте рассказа Туя опустила глаза и сладко вздохнула.

— Значит, всё хорошо? — Спросила Розалин. Ей хотелось услышать подтверждение, что хотя бы у кого-то дела в порядке.

— Да, и более того! Мы почти… Если бы нас хотя бы на полчаса оставили одних, без присмотра, мы бы точно… ну. — Туя стремительно покраснела. — Ну, мы бы точно с ним это сделали.

— Что сделали? — Наивно спросила Розалин, хотя, скорее всего, понимала что даже лучше самой Туи, которая, конечно же, не имела доступа к любовным романам Маргариты Павловны и к учебникам биологии.

— Ты знаешь! — Возмутилась та.

— Нет, нет и нет. Не имею понятия. — Розалин изо всех сил старалась не рассмеяться.

Туя смотрела с укоризной, но большего сказать не смогла.

Вечер они к обоюдному удовольствию провели вместе в гостиной — играли в карты и раскладывали пасьянсы, а также пытались петь и писать стихи. Последнее получалось особенно смешно.

А ночью Розалин снова приснился сон.

Начинался он, как и прежде — она стояла посреди своей комнаты в одной лёгкой развевающейся сорочке до пят и слышала, как отчаянно бьётся собственное сердце. Чувствовала, как горячая кровь бежит по венам, как тяжело поднимается грудь. Как широко она раздувается, наполняясь воздухом.

Вот только в этот раз она понятия не имела, куда идти.

Даже во сне Розалин озадаченно нахмурилась.

Да. Стремление добраться до любимого, знание, что он есть на белом свете, он существует, это всё никуда не делось… но где он находится?

Она не знает… не знает…

Впервые это было похоже на кошмар. Розалин металась по комнате и позже по коридорам, билась о стены, падала на пол, но не смогла вспомнить дорогу. Жуткое, едкое отчаяние, которое охватило её во сне не исчезло даже после пробуждения.

Вместе с рассветом в комнату Розалин ворвался ветер. Он каким-то образом выломал форточку и единым росчерком пронёсся по комнате, а после закружил над Розалин, жалобно стеная.

Такого жёсткого пробуждения она не ожидала. Всего за несколько секунд Розалин замёрзла и скорчилась под одеялом. Только потом продрала глаза.

Видимо, защёлка сломалась или разболталась и открылась… бывает. Только в комнате теперь была холодрыга, несколько снежинок залетели вместе с ветром и нагло плавали над кроватью. Они будто примерялись, куда именно приземлиться и кажется, Розалин для этой цели подходила им больше всего.