Чтение онлайн

Вот только ментально звери и люди развиваются с совершенно разной скоростью…

— Я отправлюсь с тобой, Хаджар Северный Ветер, по двум причинам. Первая — если ты что-то задумал, то умрешь от моей руки. Вторая же, — тут Таш вновь, крайне хищно, абсолютно по-звериному, улыбнулась. — кто сказал, что нельзя совмещать приятное с полезным? Я не против добавить еще несколько глаз проклятых Воронов в свою коллекцию.

С этими словами она невольно дотронулась до одного из многочисленных колец на длинных, красивых, но когтистых пальцах.

Хаджар, почему-то, не сомневался, что у драконицы действительно имеется коллекция из человеческих органов зрения… все же, если верить слухам, то именно в Чужих Землях и находилась база Ордена Ворона, а именно в них Таш провела многие века.

— Сестра, — из-под холма вышла делегация в составе все тех же лиц. Эзир и Син Маганы, Шиах’Мин и принцесса Тенед. Не трудно было догадаться, что именно те, кто сейчас стояли на этом холме, и являлись руководителями всего “парада”. — позволь мне отправиться вместе с вами, чтобы я могла…

Эзир посмотрела в сторону Хаджара.

Слова “прикрыть тебе спину” так и не прозвучали, но это не мешало им эхом повиснуть в воздухе.

— Милая сестра, — Таш, при виде Эзир, словно немного оттаяла и даже её ледяной клинок перестал выглядеть таким угрожающим. — Лишь тебе я могу доверить покой нашей принцессы. Не забывай о своей клятве и долге, как той, кто до конца своих дней будет оберегать будущую Императрицу.

Эзир молча коснулась своим лбом, лба Таш. Таков был обычай у драконов, оставшийся еще с тех времен, когда они не могли принимать человеческие обличия. Правда было это так давно, что, из ныне живущих в мире смертных, кроме, разве что, Мудреца Пепла никто и не вспомнит.

— Чтобы не происходило там, — Син’Маган подошел к Хаджару и протянул ему небольшой перстень. Старый, потертый, но все еще выглядящий достаточно дорого, чтобы стать предметом вожделения. — это не к добру, да будет великий предок мне свидетелем, а Высокое Небо судьей. И если вы поймете, что не справляетесь, расколи этот перстень.

— И что произойдет?

Хаджар как-то не очень любил пользоваться артефактами, о назначении которых понятия не имел.

— Просто брось его подальше от себя и улетайте.

Улетайте… это был явный намек на истинный облик. Вот только Хаджар сильно сомневался в том, что если он используют считавшуюся утерянной технику медитации “Пути Среди Облаков”, то это останется незамеченным.

— Я все еще не одобряю всей этой затеи, — Шиах’Мин, в свою очередь, протянул Таш легкий плащ. — мои ученики работали над этими чарами всю ночь. Они продержатся три дня, не более. Накиньте это на себя и ни одна известная Белому Дракону мера защиты не сможет вас обнаружить, ни глаза, ни чувства, ни артефакты, ни защитные заклинания. Вы будете невидимы, неслышимы, но осязаемы.

— Это только один плащ, — Таш, тем не менее, убрала “подарок” в пространственное кольцо. — а нас двое.

Шиах’Мин никак на это не отреагировал.

— Возвращайтесь, — тихо, заставляя всех вокруг замолчать, произнесла принцесса. — оба.

— Да, моя принцесса, — хором ответили Таш с Хаджаром и низко поклонились.

После этого Хаджар протянул драконице правое предплечье. Та обхватила его — крепко и твердо, как не справились бы многие из мужчин.

Белая молния спустилась с ясного неба и, забрав с собой две фигуры, исчезла где-то в бескрайней лазури.

Холмы, разлившиеся застывшей лавой среди полотна бескрайней земли, служили вполне себе сносным укрытием… если бы таковое требовалось.

Хаджар и Таш стояли в полный рост на вершине одного из таких вот холмов и даже не думали прятаться. И это учитывая, что от самого лагеря Воронов они находились едва ли в трех километрах.

На таком уровне развития если адепт не умел скрывать свое присутствия без необходимости изображать дождевого червя, то грош ему цена.

Единственным, что осталось из далекого прошлого, когда Хаджар, обмазавшись грязью и глиной лежал на земле против ветра, чтобы его не заметили те, за кем он, в свою очередь, следил, это подзорная труба.

Просто потому, что данное правило — “о цене в один грош”, работало в обе стороны. Так что рассмотреть, что находилось впереди одним лишь зрением было невозможно для любого, кто не достиг ступени бессмертного и не перешел на следующий этап бытия.

Вороны тоже знали свое дело и в достаточной мере озаботились сохранностью своего инкогнито. А любая попытка проникнуть взором через их заслоны при помощи техник или магии привела бы к обнаружению лазутчиков.

Так что, в итоге, в данный момент Таш вглядывалась в подзорную трубу — специальный артефакт, который мог пронзить защитные артефакты и чары, не вызвав при этом лишнего внимания.

Выглядела она (не воительница, а труба), как произведение искусства. Из волшебных пород белого золота, с линзами из прозрачных драгоценных камней, чистых, как слеза первого дождя, смывающего еще не растаявший снег.

Украшенная узорами парящих птиц и танцующих драконов, она вряд ли стоила меньше, чем то количество денег, которое Хаджар в жизни в руках не держал.

Особенно богатым адептом он никогда не был. А в последние годы вся жизнь Хаджара, в экономическом плане, свелась к тому, что у него был лишь меч, Зов, старые солдатские сапоги и ничего кроме.

И его это вполне устраивало.

— Высокое Небо, — выдохнула Таш, протягивая трубу обратно Хаджару. — думаю, надо посылать гонца в Рубиновые Горы и Рубиновый Дворец. Здесь потребуется целая армия, чтобы остановить то…в общем, чтобы они там не делали.

Хаджар прислонил трубу к глазу и в ту же секунду его душа содрогнулась. В самом прямом смысле слова. Потому как у любого подобного метода всегда есть плюсы и минусы.