Чтение онлайн

понимает? Что нечего ему даже тягаться с Прыгунами и лезть в их благородное семейство!

Льюис сидел и не мог пошевелиться. Не хотел. Он ничего не хотел, даже дышать. Потом

резко встал, схватил куртку подмышку и направился в «Корку апельсина».

– Коктейль, - сказал он бармену, дурея от дыма, - «Парашютиста без парашюта». Закуски

не надо.

– А девочку?
– ухмыльнулся бармен.

– К черту ваших девочек!

– А кого надо такому красавчику?

– Рыжего. Он здесь?

– Где-то здесь. Но он сегодня не в духе.

– Какое совпадение! Я тоже.

Льюис с отвращением выпил весь бокал, покривился и пошел искать в этом дыму своего

приятеля. Рыжий был столь яркой личностью, что найти его оказалось просто. Он стоял на

столе и вливал в себя рюмку за рюмкой, а толпа вокруг считала, вопила и хлопала в ладоши.

– Иду на рекорд, - сообщил он, поднося к раскрашенному рту очередную дозу, - за маму,

за папу уже было... это за бабулю! Вы знаете, какая у меня бабуля?! Эй, вы, придурки! Вы все

мизинца ее не стоите! Я когда-нибудь взорву весь ваш гадюшник! Всех вас, болтуны

вонючие! Смейтесь, смейтесь... О! А это что за рожа? Ангелочек, что ты тут делаешь? С ума

сошел? Иди домой, родной. Читай книжечки...

– 171 -

Рекордную рюмку он все-таки опрокинул, потом передавил всю посуду на столе,

отплясывая какой-то идиотский танец. Льюису хватило и одного бокала. Он быстро захмелел

и потерял ощущение реальности.

– Слазь!
– дернул он Герца за штанину.

– Чи-во?!

– Слезай, Рыжий!

– Пошел ты!..

Потом они брели обнявшись по дождливому городу, спотыкаясь на ровном месте. Потом

Герц долго торчал в ванной, издавая тошнотворные звуки, а Льюис слонялся по его

городской квартире как зверь по клетке. В душе волнами поднималось и вскипало зло на всех

Прыгунов, вместе взятых.

– Все бабы - шлюхи, - заявил Рыжий, выходя из ванной и утираясь полотенцем, - и это

уже надоело. Что скажешь?

– Наверно, ты прав.

– Не вешай нос, Ангелочек! Мы тоже кобели порядочные...

– Не замечал за собой.

– Так в чем же дело? Давай пригласим девчонок, устроим тут оргию... Что, не хочешь?

Тогда можно и без девчонок. Со мной всё можно, только скажи.

Льюис впервые видел его лицо без краски. Оно было прекрасным. И неожиданно -

юным и чистым. Вся чушь, которую он проповедовал, как-то не вязалась с этим лицом,

наверно, потому он его и прятал ото всех.

– А можно с тобой просто поговорить?
– спросил Льюис.

– Конечно, - несколько удивленно ответил Герц.

– Скажи, чем Прыгуны отличаются от других аппиров? Почему одни у вас боги, а другие

почти что черви?

Рыжий присел на край стола и сказал вполне серьезно:

– Мы не аппиры. То есть, не совсем аппиры. У нас есть гены васков, предыдущей расы,

поэтому мы можем подключаться к их энергии.

– Так это не ваша энергия?

– Получается, что нет. . знаешь, я предпочитаю об этом не думать. Просто живу и всё.

– А кто-то другой, без этих генов, может подключиться к потоку?

– Нет. И не надейся, детка. Прыгуны - только Индендра.

– Куда уж мне, - усмехнулся Льюис.

– Правда, есть еще Оорлы, - добавил Рыжий, - они потомки земных млавнов,

теперешних эрхов, белых и ... черных тигров.

При упоминании черных тигров он поморщился и потер щеку.

– А ты кто, Герц?
– спросил Льюис, - ты ведь и Индендра, и Оорл.

– А я их бешеная смесь!
– засмеялся приятель.

– Значит, других Прыгунов нет вообще?

– Нет, конечно.

– А кто же тогда подарил твоей бабуле ветку из Сияющей Рощи?

Тут Герц вскочил. Его короткие рыжие волосенки просто встали дыбом. Он всегда был

чересчур эмоционален, причем, от одного чувства переходил к другому моментально.

– Откуда я знаю, что это за сволочь! Пижон несчастный! Потерянный родственничек

отыскался!.. Ничего, я скоро сам найду эту рощу и завалю ее ветками. Или найду для нее что-

нибудь покруче!

Льюис подумал, что никогда не сможет сделать для любимой женщины что-нибудь

подобное: подарить ей роскошный подарок или просто отнести ее на другую планету

зарисовать пейзаж! Три часа назад он считал, что всё это не важно, что можно быть

любимым и без этого, просто за то, что ты хороший, славный парень. Три часа назад он еще

сидел за учебником по физике и заваривал чай в своей студенческой комнатушке, и мир был

понятен и справедлив. Это было так давно!

Льюис сел на кровать и закрыл лицо руками. В груди всё разрывалось от стыда,

унижения и боли.

– 172 -

– Да брось ты страдать по этой Стелке!
– подсел к нему Герц, уже успокоившись, - Руэрто

в этом деле всё равно не переплюнешь. Он такой бабник, что даже я ему в подметки не

гожусь. Честное слово! Куда ты полез? Я ж тебе давно говорил!

– Хочешь сказать, чтоб я знал свое место?

– Чем тебе не нравится твое место? Ты красив как идиот, баб у тебя всегда будет полно.

Но Прыгунов надо уважать, мой мальчик, и нечего перебегать им дорогу.