Сердце Малого Льва
Шрифт:
текст, были полные ужаса глаза. Бедные, воспитанные лисвисы не понимали, что с ними
происходит, и как это вообще возможно.
Эдгар свистнул. До Пьеллы сообщения об этом дворцовом перевороте еще не дошли. И,
хотя он и предполагал в скором времени нечто подобное, всё равно было чувство, что его
облили грязью.
– На Тритай, значит, - стиснул он кулаки, - что ж, обоих там и прихлопну!
Весь день до позднего вечера он слонялся по улицам Рамтемтим-эо, приставал к прохожим
с разными вопросами и просьбами, пытаясь прочувствовать настроение в столице. Настроение
было возмущенно-паническое. В общем, культурные лисвисы от вполне законного возмущения
перешли уже к страху, ужасу и тихой панике. Да и улицы этого цветущего и дурманящего
тропического города были почти пусты. Что-то похожее он видел в последний раз на Тритае.
Эдгар вернулся в гостиницу в самом мрачном настроении. Не хватало только, чтобы
чудный белый город его беспечной юности превратился в казарму! Как это было когда-то
здорово: дед, бабуля, друзья, пляжи, театр и он, жизнерадостный переросток без каких-либо
обязанностей и планов на будущее! А теперь?
– 277 -
Он устало сел на широкий диван. Что осталось? Где дед? Где бабуля? Где их любовь, с
которой он вырос? Где Коэм и Лауна? Где беспечность и радость? Где прекрасный белый город
сплошных Театров и Дворцов? Где всё это?
За окном, за высоким окном сорок девятого этажа лежало, мерцая огнями, что-то другое.
Город затих и затаился. В нем поселился страх.
Эдгар включил кофеварку. Он потянулся рукой за банкой с кофе, и в это время его ручной
переговорник запищал. Здесь, на Вилиале это было так невероятно, что он вздрогнул. Здесь
никто не мог знать ни его номера, ни вообще о его присутствии.
– Слушаю, - сказал он на всякий случай по-лисвийски, с легким акцентом, присущим
торговому агенту.
– Эдвааль, это я, - ответил ему голос Фальга, - я здесь.
– Что?!
Какое-то время Эдгар соображал, что всё это значит.
– Где здесь?
– уточнил он потом, рухнув на табуретку.
– Дома. На вилле.
– На вилле?
– Да. Я тут забыл кое-что. А Бугурвааль еще не прилетал.
– Подожди... ты как туда попал?
Фальг немного замялся.
– Ну... вы же не согласились.
– И что?
– Я попросил Гервааля. Он меня сразу и перенес.
– Та-ак.
Слов не было. Удивительно, как это юные балбесы быстро находят общий язык! Конечно,
без Герца тут не обошлось!
Через секунду Эдгар в одних трусах уже стоял на вилле сбежавшей любовницы Бугурвааля.
Он взял юного любителя приключений за грудки и как следует тряханул.
– Ты вообще соображаешь, парень? Ты хоть что-нибудь соображаешь? У того мозгов нет, и
у тебя тоже? Думаешь, мы в игрушки тут играем?!
– Эдвааль!
– выпучил желтые глаза Фальг, - я найду вам образец. Я же знаю, где он всё
прячет!
– А тебя куда я спрячу?!
– Меня?
– Бугур считает меня мертвым, а вас с Кантиной наверняка разыскивает по всей планете.
Ты слишком много знаешь, парень, чтобы попасть к нему в лапы.
Кофе они пили все-таки в номере.
– Мне слишком много нужно узнать, - сказал Эдгар хмуро, - мощность оружия, радиус
действия, количество... И главное - куда оно направляется. А для этого совсем не обязательно
объявлять новому Проконсулу о моем воскрешении. Понятно?
– А я и не собирался вас выдавать, - потупился мальчишка, - соврал бы что-нибудь.
– Весь в меня, - усмехнулся Эдгар, - ты уже придумал, что соврешь?
– Пока нет.
– Ну, так подумай на досуге.
************************************************************
Перед прыжком на Тритай он надел на мальчишку свой термостат. Тот был ему безбожно
велик. Фальг утянулся ремнем, засунул за него свой кинжал и критически посмотрел на свой
нелепый вид в зеркало.
– Может, не надо, Эдвааль?
– Надо, - возразил Эдгар, - Тритай - планета суровая.
– Хуже Пьеллы?
– Хуже.
– Здорово!
– 278 -
Юный лисвис мечтал о планете жрецов с детства. Его вдохновляли мамины рассказы: храм
Намогуса, Красные болота, богослужения, жертвоприношения, обряды... его черная головка
была забита этой ерундой основательно.
– Куда я тебя втягиваю?
– вздохнул Эдгар, прижимая его к себе, - твоя мама мне в жизни не
простит!
– Простит, - заявил Фальг, - мама сама сказала, чтоб я вас охранял.
– Так и сказала?
– Ну да. А что?
– Ничего, - пожал плечами Эдгар, - просто твоя мама - самая безрассудная женщина на
свете.
– Она жрица Намогуса!
– Да-да. Закрой глаза.
Они проскочили канал и выпрыгнули возле Красных болот. Стояло раннее утро, ночной
холод еще не переродился в испепеляющую жару, раскаленный докрасна солнечный диск
медленно выползал из-за цепочки черных гор. Фальг не сразу опомнился после прыжка и
сопутствующих ему ощущений, а потом вообще потерял дар речи. Он с таким восторгом
оглядывал окрестности, что Эдгар уже ни о чем не жалел. Правда, Герцу всё равно собирался
всыпать при возвращении.