Чтение онлайн

Ни кровати, ни тумбочки, да и на дворе ясный, солнечный денек. Тем не менее я чуть не упал.

Ближе всего ко мне из этой аристократической кучки стоял разряженный в пух и прах субъект в темно-малиновом берете с пером. Его ядовито-желтые ботфорты могли заставить нервничать кого угодно, но дело было не в них. А в том, что из ботфортов вырастал не кто иной, как сам барон Заморис. Тот самый, с которым я познакомился этой ночью при весьма драматических обстоятельствах.

Виртольд поприветствовал всю шатию-братию. Заговорщики раскланивались, наверное, полчаса, и все это время мы с Заморисом чувствовали себя неуютно.

Никогда за всю карьеру я не сталкивался с теми, кто стал моей жертвой. Несмотря ни на что, Рок не опускался до такой низости. А вот теперь поди ж ты – опустился. Совести у него нет.

Барон не походил на того, кто бегал ночью по городу и брызгал слюной. Сейчас, прилизанный и напомаженный, Заморис производил еще более жуткое впечатление. И его глаза. Они подозревали. Выискивали в моем облике что-то знакомое. Видеть всего меня он не видел, к тому же было весьма сумрачно, однако Заморис сразу пошел на поводу у интуиции.

Наверное, он запомнил мой взгляд над черной маской. Заодно, рассматривая меня, словно я тигр в разрезе, глубокомысленно выпятил губы.

И тут до меня дошло, что я стал объектом презентации. Виртольд рассказывал всем и каждому, кто я такой, представляете? Естественно, он не мог знать о событиях этой ночи, но все-таки…

– Что с тобой? – Виртольд удержал меня, схватив за плечо.

А я что, падал?

Я ответил: ничего. И добавил: мне пора. Вроде как сегодня у меня большая стирка.

Заморис хотел что-то сказать, но решил приберечь аргументы для следующего раза. Смекнул, что теперь я в замке буду частым гостем, и он сумеет-таки прижать меня где-нибудь в уголке.

Мне ничего не оставалось, как только строить из себя дурака. Вновь прибывшая партия баронов именно сейчас составляла обо мне первое впечатление. Что они подумали, увидев мое неумное лицо? Наверное, это: «Виртольд чокнулся, раз нанял столь явного кретина!» Никто, конечно, ничего подобного не сказал. Высшее общество все-таки.

Когда презентация осталась позади, я едва удержался от того, чтобы не броситься к карете со всех ног.

Виртольд снова спросил, чего со мной такое. Я ответил, что дело в магических тестах. Побочный эффект.

Бароны вознеслись в основное строение замка по каменной лестнице. Я снова почувствовал острый взгляд Замориса, который пронзил мне спину и вышел из груди.

Видя, что я намерен добраться до кареты любой ценой, Виртольд не стал меня задерживать. Он хотел мне что-то сказать, но слова, видно, не лезли на язык. Ладно, потом. Дайте бедному сприггану прийти в себя от потрясения.

Я сел в карету, и возница, все тот же мрачный демонический гонщик, хлестанул лошадей. Животины заржали, рванув с места как бешеные. В одно мгновение мы оказались далеко за пределами замка. Наверное, лошадям что-то подсыпают в овес. Чем иначе объяснишь подобную прыть и неутомимость?

Размышлял я о нелегкой лошадиной судьбе недолго. Вцепившись в поручни на стенках кареты, Локи Неуловимый с головой погрузился в мрачные думы.

С какой стороны ни погляди на проблему, а ясно одно: тучи сгущаются.

Не так и много у меня было времени тренировать серое вещество. Доехали быстро. Карета с воем, скрипом и грохотом остановилась сантиметр в сантиметр в том месте, какое я назвал мрачному вознице. В центре площаденки, окруженной серыми узкими домами, бил фонтан, и компанию ему, как всегда, составляли тысячи голубей. Испугавшись шума, голуби взмыли в небо громадной тучей. Фонтан остался на месте. Нервы у него были крепче, чем у пернатых крыс.

Я открыл дверцу кареты и через мгновение оказался на мостовой. Та-ак. У нас все по-прежнему. Без фокусов не можем.

Чтобы не смешить публику, пусть и немногочисленную, я встал на ноги с максимально возможной скоростью. Главное – показать, что у меня все в порядке, что моя куртка не измазана голубиным пометом и что распростерся я на булыжниках отнюдь не случайно.

Карета газанула с места, да так, что меня чуть не утянуло вслед за ней воздушным потоком. Мгновения хватило вознице, чтобы исчезнуть в прорехе между домами. Да он просто псих. Когда-нибудь ему посчастливится угробить кого-нибудь из заговорщиков, вот тогда небось одумается.

Впрочем, это его дело. У меня на повестке дня стояла Уна. Прежде чем тащиться к Фогарду, я должен заглянуть к ней.

От площади с фонтаном надо было пройти мимо двух серых домов и остановиться у третьего. Я так и поступил. До крыльца я не просто дошел, а дотащился на слабых ногах. Встреча с Заморисом лишила меня сил.

Уна открыла дверь сама. Дама, у которой она служила секретаршей (дородная особа имела слабость к написанию гигантских по объему авантюрных романов), дала ей денек передышки.

Мы обнялись, и сестра тут же посмотрела на меня сурово, словно я – заблудшая овца, которая наконец вернулась в дом родной.

– Ты очень скверно выглядишь, Локи. В чем дело?

Спригганша втащила меня внутрь, и я снова очутился в ее гнездышке. Для одинокой девушки со скромным жалованьем Уна жила неплохо. Никаких роскошеств, все в меру функционально и красиво. И, что немаловажно, кругом режущая взор чистота. Чистота, возведенная в эстетический принцип. В культ. Уна могла занервничать из-за одной-единственной пылинки на столе, поэтому бардак, творившийся в моем доме, причинял ей невероятные страдания.