Чтение онлайн

К королю девушка всегда приходила в запашном домашнем платье: он не любил, когда женщина долго раздевалась. Все время должно быть уделено ему, с самой первой минуты. Поэтому процесс одевания выдался максимально быстрым. Последними девушка натянула чулки. Непременно черные, с розовыми подвязками. В постели Квентин снимал их сам, после того, как в первый раз овладевал Каро. «У короля свои причуды, — сухо обронил как-то в ответ на ее жалобы Элис. — Захочет, в туфлях на кровать заберешься».

Убедившись, что Квентин крепко спит, Каро пробралась в кабинет. Неслышно ступая по паркету, девушка устремила взгляд на секретер. Что же вчера ночью писал король? Каро надеялась, бумага лежала сверху, но ее постигла неудача. Недовольно закусив губу, она буравила взглядом множество запертых ящичков. Хоть бы оттиск сохранился, промокательная бумага! Каро вторично попытала счастья. Стараясь не дышать, она приблизилась к секретеру и засунула верхний лист из стопки чистой бумаги в декольте. Потом разберется, отпечаталось на нем что-то или нет. Склонившись над корзиной для бумаг, Каро тщательно проверила каждую. Ничего. Придется вскрыть тайник.

Воровато оглянувшись на дверь в спальню, девушка надавила на декоративную колонку. Она рисковала, безумно рисковала, но канцлер казался более надежной вдвжзиж ставкой, нежели король. В самом деле, не до конца жизни ведь ей разводить ноги! Леди Шепарт мечтала выйти замуж, стать предводительницей дворянства какого-нибудь графства. Ребенок от короля не помеха, наоборот, подспорье. ?лавное, вовремя уйти. Каро чувствовала: уже скоро, поэтому поторопилась с беременностью.

Смешливая, юная и глупая. Отчего-то в людском сознании укрепилась эта триада. Каролина Шепарт дурочкой себя не считала. Она умела изображать дурочку — это не одно и то же.

Щелкнул секретный механизм, отрыв потайной отсек.

Каро довольно улыбнулась и извлекла свернутую трубочкой бумагой. Пробежав ее глазами, королевская фаворитка убедилась, что рисковала не зря. Спрятав один лист, она заменила его другим, первым попавшимся, надеясь, Квентин не сразу заметит подмену. Зияющая пустота сразу поднимет тревогу, лучше обманка. Неверный серый свет занимавшегося дня, косыми полосами проникавший в кабинет сквозь просвет между шторами, скрыл следы преступления.

Покончив с делами, девушка вернулась в спальню и привычным путем, не прячась от стражи, покинула королевские покои. ?днако Каро направилась не к себе — принять ванну, смыть с кожи чужой запах. Она спешила к Элису Формору. Украденные бумаги жгли грудь, и девушка жаждала скорей от них избавиться.

Канцлер не пожелал занять апартаменты предшественника. Квентин посмеялся над его суеверностью, в ответ Элис лишь усмехался. Валент Эра плохо кончил, герцог не желал повторить его судьбу. Он перебрался в дальнюю часть дворца и спокойно вздохнул только тогда, когда заделал единственный обнаруженный им подземный ход.

Каро знала дорогу. Она частенько наведывалась к Элису, обычно днем, якобы на чаепитие к его племянницам. На самом деле — передать сведения. Ей впервые предстояло прийти в неурочный час, и девушка волновалась. Как все обставить, какой благовидный предлог выдумать? Не для герцога — для десятка невидимых глаз и ушей. Слухи распростираются быстро, Каро не хотелось к завтраку лишиться статуса фаворитки. А если вскроется пропажа… Все нужно обставить максимально осторожно.

Судьба благоволила Каро: ещё издали она заметила знакомую фигуру. Элису не спалось, и он решил немного прогуляться в предрассветных сумерках.

— Милорд!

Угадав его намерения, Каро обогнала герцога по другому коридору и, затаившись в нише, в нужный момент привлекла его внимание касанием руки.

Элис вздрогнул и отшатнулся, положив ладонь на кинжал.

— А, это вы! — с облегчением выдохнул он и нахмурился. — Дурная шутка, миледи! Я мог вас убить.

— У меня нечто важное. ?чень важное, — подчеркнула девушка и под покровом полумрака передала канцлеру письмо.

— Что это?

Герцог рассеянно повертел его в руках.

— Намерения его величества относительно милорда. Он собирается сместить вас, — быстрым шепотом, опасаясь каждого шороха, пояснила Каро. — Король внезапно вскочил с постели посреди ночи и написал это.

— Умница! — Элис довольно поцеловал шпионку в лоб, словно отец оправдавшую ожидания дочь. — Десять тысяч сверху за твою службу.

— Милорд очень щедр.

Каро теребила завязки накидки, не зная, как подступить к щекотливому вопросу.

— Я в положении, милорд. В силу обстоятельств мое будущее скоро окажется под угрозой…

— Я лично о тебе позабочусь, — пообещал Элис. — В Феране достаточно подходящих холостых мужчин. Титулом тоже не обижу.

— Милорд очень щедр, — повторила Каро и, припав к его руке, скрылась в дворцовых переходах.

Безбедную жизнь она себе обеспечила при любом исходе событий.

Квентин с утра пребывал в плохом расположении духа, хотя Каро вчера постаралась на славу. Но даже хорошенькая беременная любовница не могла отвлечь его от мрачных мыслей. Они крутились вокруг дядюшки и сестрицы. Квентин даже задумался, не выбрал ли фаворитку с именем ненавистной Каролины, чтобы насолить ей. Поставить на колени, где ей и место, и хорошенько, до изнеможения поджарить, как грубо выражались простолюдины. Предположение попахивало душевной болезнью, король его быстро отбросил. Не хватало представлять сестру вместо любовницы! К счастью, ни внешне, ни по характеру они не похожи.

Монарха тревожил канцлер. Совсем другим он представлял свое правление, не такое место отводил дяде. Элис вмешивался абсолютно во все, смел спорить, дерзить. Квентину нужен ручной Совет, нужно поменять председателя и заодно канцлера. История со сказителями окончательно сформировала зревшее исподволь решение. Элис то ли не мог, то ли не желал прекратить безобразие. Уже вся Ферана шепталась о Квентине, вслед за анонимными авторами повторяя одну историю нелепее другой. Сначала просто никчемный правитель, душегуб, потом бастард, теперь уже сын Элиса Формора. Безусловно, о чем волноваться канцлеру? Квентина не удивило бы, если бы он использовал слухи себе во благо. Не герцог же оказывался вне закона!

Еще до завтрака король отправился в кабинет и вызвал другого родственника — Илона Формора.

— Я хочу знать все о Каролине, — с порога огорошил он двоюродного дядю. — И о делах Торна тоже. Что говорят о свадьбе, на какое число она намечена? При нашем посольстве ведь есть надежные информаторы?

— Безусловно, — кивнул Илон.

Король не предложил ему присесть, и граф замер перед массивным столом, столь не вязавшимся с расстегнутой рубашкой и утренним шлафроком владельца. На синем сукне ни единой бумажки — Квентин пока не преступил к работе. Письма не разобраны, лежат сбоку на серебряном подносе. Секретарь рассортировал их, принес только срочные и конфиденциальные. Илон мазнул взглядом по верхнему конверту и едва заметно усмехнулся. От ювелира. Квентин настолько разбаловал любовницу, что заказывал ей украшения по личному дизайну. ?ставалось надеяться, хотя бы счета он поручал секретарю.

— И? — Король в нетерпении подался вперед, забарабанил пальцами по столу. — Да говорите же!

Граф задумался, в каком виде и что именно поведать венценосному родственнику. Несмотря на то, что сегодня Квентин поднялся рано, дядя опередил его и уже ознакомится с последними депешами из Торна.

— Свадьба намечалась на весну, но сейчас она под вопросом, — Элис выдавал информацию дозированно, по ложечке.

— Почему? — нахмурился монарх.

Чуть затрепетала стопка чистой бумаги на столе, выдавая волнение Квентина. Со времени вступления на трон он ни разу публично не демонстрировал свой дар, даже во время споров с Советом. Вопреки народному мнению, таковые иногда случались. Король стучал кулаком, кричал, но не прибегал к ветру. В голову Илона давно закрались сомнения: он не мог, но, как всякий мудрый политик, граф держал крамольные мысли при себе.