Чтение онлайн

— Ты же знаешь, это не праздное любопытство, — сурово произнесла фарси.

Амфибия фыркнула и отвернулась.

— Дело не касается Далеона и его безопасности. — Она вскочила на ноги и прошла вперед, заламывая пальцы. Янтарное платье с блестящим шлейфом красиво струилось по статной фигуре, чешуйки на лифе блестели в ярком свете канделябров, как настоящее золото. — Я приносила клятву служения и не свершила бы того, что может ему навредить. Просто не смогла. Ты сама знаешь!

Люция двинулась за ней, как ищейка, напавшая на след.

— Знаю. Только поэтому ты и Сесиль ещё не под замком.

Меридия возмущённо хмыкнула, а десница продолжила:

— Так о чем вы беседовали? — замерла за плечом амфибии, глядя на их отражение в прямоугольном зеркале. «Золотая рыбка» гневно поджимала губы и стискивала кулаки, но упрямо молчала. — Предположу: речь шла как раз таки о «клятве служения». Ты же принцесса Альфарда. Первая дочь. Кажется, у тебя есть младший брат, но он не сядет на трон — у вас правят только женщины. Если бы не Магнус и твоё нахождение в Ригеле в качестве «заложницы мира» ты бы сейчас получала образование наследницы и готовилась стать будущей Морской Владычицей. И что мы имеем? — Люция лукаво сощурилась и, понизив голос, сказала ей на ухо: — Тиран умер, империя распалась, на троне — Далеон, с которым у вас близкие отношения. Ты можешь попросить у него свободы, и он, уверена, запросто отпустит тебя на родину. Но этого мало твоей матери и тётке. Будущая Владычица не может «служить» вражескому монарху! Нужно чтобы он освободил тебя от клятвы. Только одного не понимаю?..

— О, заучка-Люция чего-то не понимает! — нервно усмехнулась Меридия, всё крепче впиваясь ногтями в ладони. По пальцам побежала кровь.

Люц пропустила её замечание и молвила раздумчиво:

— …не понимаю, почему ты ещё здесь? Почему не в покоях короля? — губы растянулись в жёсткой ухмылке, синие глаза сверкнули. — Почему не разгоняешь блудливых девок? Почему не соблазняешь его? Не даришь подарок в лице себя? Не упрашиваешь и не умоляешь на коленях, лаской, как ты умеешь?

— Зато ты не умеешь! — ощетинилась Меридия, оборачиваясь к ней. — А стоило бы! Может быть не ходила бы сейчас такой злой сукой! Далеон отличный любовник, — признание принцессы покоробило фарси. — Доброе слово и собаке приятно, а ты только и делаешь, что пилишь его. Трухва! — вдруг прорычала она и схватилась за волосы, Люц невольно отступила, таращась на «рыбку», как на чокнутую. — Ты хоть представляешь, как он мучается?

— Что-то он не выглядит мучеником в объятьях фавориток, — невесело фыркнула Люция.

Амфибия замотала головой, испортив укладку, и снова подняла на десницу пышущие яростью и отчаянием очи.

— Ты идиотка? Ему побоку эти дуры! Его всегда, — сделала шаг к Люц. — Волновала, — ещё шаг. — Одна, — палец тычет в грудь. — Конкретная, — тычок. — Дура!

Люция сбросила её руку и стиснула зубы. Меридия чуть наклонилась и прошипела ей в лицо:

— Я смирилась с тобой. Нет, не так. Я постаралась смириться, что у моего возможного мужа будет любовница в твоём лице. Лишь бы он не страдал. Ведь я любила Далеона не только как мужчину, но и как друга. — Она шумно вздохнула и продолжила жёстко: — И что я вижу? Ты всё испортила! И продолжаешь портить!

— Это он всё портит! — возмутилась Люц, и сама поразилась, как по-детски это прозвучало.

— Неужели?! — едко усмехнулась Меридия, наступая на неё. Фарси пятилась. — Скажи мне, детка, что ты чувствуешь к нему?

Люция запнулась, но самообладание вовремя вернулось к ней. Она замерла, стиснула кулаки и гордо вскинула подбородок.

— Какая разница? Он теперь ненавидит меня и всё равно женится на подходящей партии. Кроль же.

— Мразь! — взвизгнула принцесса и швырнула в неё пригоршню жемчуга. Десница вздрогнула. — Ты так ничего и не поняла. Проваливай отсюда! — она со звоном скинула с комода золотую вазу и растоптала алые розы. — Проваливай, пока я не подправила твою смазливую рожу!

Люция спешно последовала совету, смотря на разгневанную амфибию во все глаза. Уже в дверях она остановилась и задумчиво добавила:

— И всё же вы с тёткой обсуждали не только клятву.

Под вопль Меридии ваза полетела в хлопнувшую дверь.

Люция выскочила из покоев в смешанных чувствах. Щеки пылали, сердце грохотало в ушах.

Слова Меридии стучали в голове набатом, но думать о них совершенно не хотелось, как и тешить себя пустыми фантазиями.

Ну, «креветка» даёт — такую отповедь ей прочитала! А как искусно съехала с темы. Ни слова о тёте и о содержании письма матери, всё лишь на уровне догадок.

И не таких уж беспочвенных. Всё что Люция сказала принцессе — правда. Меридии рано или поздно придётся просить у Далеона освобождения от клятвы, иначе родственницы не примут её в королевстве и уж тем более не сделают наследницей.

Но это явно не всё. Иначе бы принцесса уже помчалась к Далеону, упала в ноги и со слезами на глазах молила о свободе.

Что-то ещё есть… Что-то ещё…

Невольно Люция вспомнила, как сама страдала из-за неисполненной клятвы. И не просто терпела боль — отрубилась и пошла убивать Далеона. Значит, такой выход предлагает ей магия? Убить нынешнего короля? Тогда обещание будет исполнено?

А сможет ли она пойти на такое?

Люция тряхнула головой.

Ощутила, как запекло крестик на груди, а следом заныли шрамы, и спешно выкинула из головы опасные мысли.

Надо идти спать, раз представилась возможность, но десница не хотела возвращаться в спальню, слушать по пути несущиеся из королевских покоев стоны, а затем остаток ночи ворочаться на постели и терпеть кипящую внутри бессильную ярость.

Да и проколы в мочках от тырховых сережек жглись, не позволяя забыть о себе и вечере, когда фарси их получила да с какими словами. Злыми, ядовитыми и не лишенными правды. И от того жалящими ещё больнее.

Люция вышла на узкую винтовую лестницу одной из башен и зашагала вниз, в подвалы замка, туда, где находятся склады, купальни, а ещё — тренировочный зал.

Рыцари гвардии используют его зимой. В Ригеле в это время года не забалуешь: на улицах лежит снег, дует порывистый ветер, на открытых Полигонах не позанимаешься толком, а тренировки пропускать нельзя, особенно «боевой мощи» замка. Им всегда нужно быть готовым к отражению нападения неприятеля, тем более в такое смутное время.

Вот и был создан «закрытый полигон» под твердыней Ванитасов.

Уже на подходе к искомому помещению Люция услышала звон клинков, а стоило зайти — застала захватывающую сцену.

Виктор принял низкую стойку и плавно но молниеносно взмахнул мечом снизу вверх. Аттис отшатнулся. Клинок вспорол воздух перед его носом, но на-четверть-орк не растерялся: ушёл в сторону и отбил двуручником следующий выпад. Клинки столкнулись со звучным лязгом и расцепились. И снова, снова.

Их стили боя различались, как изящная булавка и кряжистый гвоздь. Тонкий клинок брата порхал быстро и разил точно, словно игла в руках умелой портнихи. Молодой граф же орудовал мечом, как кузнец молотом, тяжеловесно и мощно. Оба не разменивались на показуху, не выделывались (впрочем, и зрителя не ожидали), наносили чёткие удары, а иногда и подлые.