Чтение онлайн

Фома молчал настороженно осматриваясь по сторонам. Тарас держался чуть впереди выискивая зараженные деревья. Первое помеченное дерево мы увидели через четверть часа ходьбы. Это была берёза стоящая у края тропы. Даже с расстояния в десять шагов было видно что кора отслоилась рваными лоскутами, обнажив почерневшую древесину, а из вырезанных символов на стволе сочилась чёрная жижа.

Фома без лишних слов взялся за булаву. Размахнувшись он ударил в основание дерева с такой силой, что берёза тут же затрещала и накренилась. После он толкнул булавой дерево и оно с протяжным скрежетом рухнуло в снег. Сперва я хотел сказать что метод Фомы дурацкий и нужно рубить деревья, а не бить булавой, но когда увидел что берёза вывернулась вместе с корнями, понял что ошибался.

А ещё я ощутил в узлах слабый, но болезненный укол. Будто священная роща содрогнулась от гибели собрата. Пелагея говорила про корневую сеть, но лишь сейчас я ощутил её. Закрыв глаза я увидел тысячи извивающихся корней под ногами уходящие в во все стороны. Воистину, это выглядело как сеть. Сеть, по которой заражение будет передаваться всё дальше и дальше, пока не доберётся до священной рощи.

— Всё в порядке? — Окликнул меня Тарас притащивший сухих еловых лап.

— Более менее. — Кивнул я. — Поджигаем эту пакость и ищем следующую.

Я развёл огонь и бросил туда чернокорень с полынью. Пламя с жадным треском вцепилось в почерневший ствол дерева, а вместе с тем сожрало и травки. Сизо-зелёный дым расползся во все стороны стелясь по земле.

— Ну вот, одной проблемой меньше… — Начал было я, но Тарас указал на запад.

— Это что такое? — тихо произнёс охотник указав на чёрный столб дыма поднимающийся в небо.

— Помнится Пелагея говорила: «Если спалить метку без чернокорня, то обратная жива заразит всю округу.» Верно? — Процитировал я вытаскивая из-за пояса боевой топор.

— Вот сучий потрах! — Выругался Фома и сплюнул в снег.

— Тарас! Живо туда! Увидишь поджигателя, тут же стреляй! Не пытайся взять живым! Просто убей! — Приказал я выкрикнув последние слова уже в спину охотника. — Фома! Огибай справа, я слева!

И мы рванули в рассыпную. Буквально минуту назад пожара не было. Значит есть шанс поймать эту падаль, то есть убить.

Ветер свистел в ушах пока я нёсся по заснеженному лесу проваливаясь по колено в сугробы. А я всё бежал и думал о внуке моего друга из прошлой жизни. Он обожал комиксы. Там герои вечно избивали злодеев и сдавали их в тюрьму. Злодеи разумеется становились лишь злее, вырывались из плена и совершали ещё более чудовищные преступления.

Внук моего товарища ругался с дедом говоря что так и должен поступать истинный герой! Он должен быть образцом морали! Ведь если дозволено убивать одному, то это могут сделать и другие! А так он не просто борется с преступностью, но и своим примером пытается перевоспитать весь мир.

Мой товарищ Степаныч же говорил что это сказки для дэбилов, да, именно через букву Э. А всё потому что нужно решать проблему раз и навсегда. Иначе это как тушить пожар, но лишь сбить пламя, а угли не затушить до конца. Разумеется пожар снова разгорится и принесёт ещё больше горя.

Воистину религиозное противостояние. Убийство это смертный грех или же спасение для многих, в случае если убит правильный человек. И вообще что значит правильный? Кто определяет эту правильность? Сплошные вопросы на которые я не собираюсь отвечать. Точнее для себя я на них уже ответил. Любой кто попытается причинить вред мне и моим людям, поплатится головой!

Пробежав пару вёрст, я услышал свист, глухие удары, а после увидел Тараса.

— Назад! Валите отсюда! Быстро вашу мать! — Заголосил он несясь в мою сторону.

Но он не просто убегал. На бегу Тарас разворачивался вокруг своей оси и выпускал стрелу за стрелой. Стрелы были напитаны живой, улетали в лесную чащу оставляя за собой белёсый след. Краем глаза я заметил что Фома в десяти шагах от меня, а после всё внимание к себе приковал он…

Раздался оглушительный рёв. От этого рёва заложило уши. Следом раздался громкий протяжный хруст, и куча поваленных стволов деревьев разлетелись в разные стороны превратившись в щепки и тут же я ощутил аромат тухлятины.

— Вот же сука! — Выкрикнул я и помчался прочь, понимая что даже трём путникам владеющим живой, с этой пакостью не справиться.

Тварь нёсшаяся на нас когда-то была медведем. Но судя по всему зверь совсем недавно подох и им полакомились разорвавшие ему шею и брюхо. Шкура висела клочьями, обнажая почерневшее мясо и жёлтые кости. Рёбра с левого бока торчали наружу.

Из прогнивших ран, пасти, глаз и носа текла чёрная жижа, оставляя на снегу дымящиеся следы. Пасть медведя была разинута, и оттуда несло такой гнилью, что любая выгребная яма показалась французским парфюмом.

Стрелы Тараса ударялись о череп медведя и отлетали в сторону, не смотря на то что тот вливал в них живу. Однако парочка штук всё же смогли прогрызть шкуру и застряли в спине этой ходячей фабрики гнили. Я поравнялся с Тарасом и на бегу спросил:

— Какого хрена происходит?

Тарас уже натягивал тетиву и в его глазах я увидел неподдельный ужас.

— Я видел его! Или её! Не знаю! Эта тварь! Это существо нарисовало в воздухе какой-то узор и в метре от меня очнулась эта образина. — Тарас на бегу указал назад.

— Но это ведь человек?

— Да! Нет! Не знаю! Я видел только силуэт, успел сделать выстрел, но стрела истлела в воздухе, будто её за долю секунды сожрала гниль! — Задыхаясь протараторил Тарас.

Грохот медвежьих лап становился всё ближе и стало понятно что убежать у нас не получится. Тарас крутанулся вокруг своей оси и выстрелил. Стрела сорвалась с пальцев и вонзилась медведю в грудь по самое оперение. Зверь даже не дрогнул. Вторая стрела пробила шею, третья вошла в глазницу и застряла.