Я и Тёмка
Шрифт:
– Мам, – кричит Андрей, – мы такое кино посмотрели клёвое!
– Здоровское кино было, да, – подтвердила я.
– Там про… ха-ха-ха, в котелке, умора, ха-ха, пальцами по пианино, а само, ха-ха, оно само, ха-ха, – хватаясь за живот, начал пересказывать Андрей.
– Н-н-н-на-нажми на кнопку, – еле выдавила из себя я, и тут же пополам от смеха сложилась: – А помнишь, башня как завалилась! Ха-ха! А она в торт лицом, ой, не могу, ха-ха-ха!..
Так мы смеялись, не останавливаясь. У меня аж слёзы на глазах выступили (такого никогда ещё не было), а Андрей весь красный стал.
– Я так поняла, – улыбаясь, сказала тётя Оля, – что фильм вам понравился и выходные прошли не зря. Правильно?
– Ага, – покатываясь со смеху, кивали мы.
Анька и Димка бросили своё занятие и, улыбаясь во весь рот, смотрели на нас с Андреем.
– А я ничего не поняла. Я бы даже сказала, какой-то туповатый фильм. Нет? – спросила моя мама.
– Надо им работать над пересказом, – отозвалась тётя Оля.
– Ну, хорошо, – сказала моя мама, – идите теперь, поиграйте во дворе.
– Чего там за фильм такой? – спросил Димка очень заинтересованно.
– Пошли, вкратце расскажем.
Мы опять начали пересказывать фильм, а тут во двор Котька вышел и тоже к нам подошёл.
Мы опять с начала стали рассказывать. Он слушал-слушал, а потом, как и мы, стал смеяться. И все стали смеяться, загибаться и держаться за животы.
– Вы чего так смеётесь? – спросила нас баба Валя, которая вышла посидеть во дворе с подругами.
– Да мы про фильм слушаем, – ответил Димка.
– Да? – засмеялся Котька ещё громче. – А я думал, это вы вчера тут без меня так весело играли.
– Вот балда! – отозвалась Анька. И все опять покатились со смеху, а Андрей даже на траву упал.
Так мы смеялись весь вечер, а на завтра договорились всем вместе в кино сходить. Всем страшно захотелось посмотреть это смешной фильм. Вечером я объяснила маме, зачем мне нужны деньги. Она удивилась и сказала:
– Это ведь какой-то неумный фильм, по-моему. Зачем его два раза смотреть?
– Да что ты, мама! Это такой весёлый фильм! Ну просто очень хороший.
На следующий день мы пошли на «Большие гонки» впятером. Когда ребята выходили, Димка сказал:
– Я ничего вчера из того, что вы рассказывали, не понял! Понял только, что смешно было до икоты.
– И я ничего не поняла, – ответила Анька, – но фильм действительно смешной.
Тут мы опять стали смеяться и над фильмом, и над тем, как мы вчера рассказывали про него, и над тем, что нас никто не понял.
Буря
Сидели мы как-то с Андреем, вспоминали самые страшные случаи из жизни. Сначала он расскажет, потом я, сначала он, потом я… То ли прожили мы ещё мало, то ли память у нас короткая, но вспоминалась всякая чепуха, пока меня неожиданно не осенило.
– Слушай, – говорю, – прошлым летом что было! День как день, а тут вдруг всё потемнело! Да быстро так. Раз! Как лампочку выключили. Я давай в окно выглядывать, что происходит. Смотрю – всё небо заволокло чёрными тучами. Вот просто чёрными, и всё!
– Я тоже это помню, – закричал Андрей, – я ещё тогда обрадовался: думал, инопланетяне наконец-то прилетели…
– И съели, – показала я ему язык.
– Почему съели? – удивился Андрей.
– Потому что вряд ли они к нам за миллиарды километров просто так полетят, разве что очень кушать захотят…
– Это ты откуда взяла?
– В журнале. Не важно.
Слушай дальше! Сейчас же я рассказываю. Смотрю, ветер поднялся. Да… Дома-то никого не было! Смотрю, значит, ветер поднялся… Тут у меня начали все форточки хлопать, холодно стало. Ну не так, чтоб сильно холодно, но днём-то жара была страшная. Я побежала форточки закрывать… Сначала просто сильный ветер был, а потом как начал деревья раскачивать! Рядом с окном клён так и пригибается, потом – БАХ! И нам в окно веткой, как не разбил – не знаю. Я от окна отскочила, побежала на кухню. С кухни окно на улицу выходит. Вижу – такое творится, кошмар! Какие-то прохожие под углом идут, да так, что почти асфальта головой касаются. Это те, кто против ветра, а те, кто в сторону ветра шёл, то и дело подпрыгивали, за что-нибудь цеплялись… Казалось, ещё немного – и улетят. Пылища, мусор откуда-то налетел… Стёкла в окнах дребезжат… А на улице вой стоит. У меня мурашки по коже бегают! И тут дождь ливанул, такого сроду не видела! Просто, как говорят, стеной! Сразу по дороге поток воды забурлил рекой. А ветер – ещё пуще. Такой гул стоит – страшно, жуть! Побежала я в свою комнату смотреть, что во дворе делается. А у нас же, сам знаешь, огромные старые тополя стояли. Вижу, так их раскачивает, что, того и гляди, сломаются.
– Ну, подожди, дай скажу, – перебил Андрей. – Я же тоже тогда дома был, правда, с бабушкой. Мне с третьего этажа улица не видна, кроны деревьев только… Смотрю, раскачиваются они так, словно их специально снизу кто-то качает. А во дворе – ужас кошмарный!
– Что?
– Я как раз в тот момент к окну подлетел, когда старый тополь падать начал. Ну, я тебе скажу, зрелище. Помнишь, он по центру площадки стоял?
– Ещё бы не помнить, – отвечаю.
– Как начал падать, словно в замедленной съёмке… Всё крутится вокруг, летает, а он падает, падает, падает!
– А я, как этот тополь упал, не видела, но увидела, как падает второй: тот, который возле горки стоял. Сначала ничего не поняла – он же в сторону дома падал… Смотрю, дерево приближается: страх! Тоже медленно. БАХ! И упало, чуть-чуть до дома не дотянуло…
– Да ладно, чуть-чуть! У страха глаза велики. Метров пятьдесят ещё до дома было!
– Ну ладно, пусть пятьдесят, только я после этого стала бояться, может, какое дерево так упадёт, что прямо на дом! Есть же у нас деревья, которые рядом с домом стоят!
– Есть, но они не попадали.
– Ну да… А дальше-то! Камни с неба!
– Слушай, я тоже испугался. По подоконнику камнем кто-то как шарахнет… Потом ещё… ШАРАХ!
– Градины огроменные! Я их первый раз в жизни видела тогда!
– И я первый раз…
– Сколько машин побило!
– А стёкол?
– А потом – всё, раз – и успокоилось.
– Точно! Словно и не бывало. Серое небо, и всё.
– А на следующий день я во двор вышла…