Чтение онлайн

Разумеется, Дмитрий понятия не имел об агентской кличке неизвестного майора ФСО, который несанкционированно, самым наглым образом проник в квартиру убитого губернатора.

Перед тем как пуститься в активный розыск, Мальцев сочинил за подписью Смирнягина официальный запрос на имя начальника ФСО Муромцева по поводу наличия в подведомственной структуре офицера, который был бы командирован на Дальний Восток в период с 18 по 25 октября.

– А это обязательно? – недовольно поморщился полковник, покручивая свои шикарные усы. Те, кто знал его хорошо, были прекрасно осведомлены, что это признак глубоких раздумий.

Казалось бы, пустяк – направить по инстанции официальное письмо и получить на него официальный ответ. Но доселе малоискушенный в иерархических делах ведомств Смирнягин нутром чувствовал, что реакция может оказаться непредсказуемой, если, не ведая того, запрос «даст под дых» какой-нибудь операции этого ведомства.

Александр Васильевич набрал номер телефона генерала Кушакова и попросил подписать письмо.

– Считаю, что так будет солиднее, Петр Семенович, – пояснил он.

Но не тут-то было. К сожалению, видеотелефона на столе у Смирнягина не было, а то бы он увидел своего нового куратора во всей красе.

Заместитель директора ФСБ сначала заерзал в кресле, затем замахал своими короткими ручками, а в трубку весомо сказал:

– Нет уж. Идея твоя? Ты и подписывай. По результату доложишь.

– Идея вообще-то не моя, а Мальцева. Но она здравая. Если не ответят, значит, не туда, куда надо, нос сунули. Ответят – узнаем по существу запроса.

– Ну, видишь, как все здорово, – засмеялся в трубку Кушаков и дал отбой.

Не консультируясь больше ни с кем, Смирнягин размашисто подписал письмо и передал Мальцеву.

– Отправишь от моего имени.

«Мужик! – подумал про себя Мальцев, который присутствовал при тактической пикировке высоких начальников. – Даром, что ли, такие усищи себе позволяет».

Ответ из ФСО пришел также фельдпочтой через три дня: «На ваш запрос сообщаем, что никто из кадровых сотрудников Федеральной службы охраны в указанный период в указанный регион командирован не был». Дата. Подпись начальника кадровой службы, фамилия которого ни Смирнягину, ни Мальцеву ничего не говорила.

– Вот и понимай, как знаешь, – с нескрываемой досадой прокомментировал ответ полковник. – Кадровые, например, не направлялись. А не кадровые?.. И все-таки, Дмитрий, это скорее положительный ответ, чем отрицательный. И наш майор – скорее всего самозванец. А это еще более интересно. Так что действуй.

«Неужели я этого гонца не вычислю? – азартно убеждал сам себя Дмитрий на утро следующего дня. – Ведь если он летал в вотчину Листова, то, стало быть, и возвращался обратно. Факт бесспорный. Поездом не доберешься. Значит, он покупал билеты на самолет. Значит, я его вычислю».

За контрольные параметры розыска Дмитрий взял неделю после гибели губернатора. По косвенным данным именно в этот период неизвестный «майор ФСО» летал на свое «задание».

Скрупулезно загрузив в усовершенствованную программу все данные о конкретно интересующих его рейсах, Дмитрий удивился и даже обрадовался. Таковых оказалось не очень и много – 16, в среднем по 150 человек на борт, всего чуть более 2400 человек.

Для компьютера Мальцева – работы на пару часов.

Но поразмыслив, он решил усложнить задачу, дабы не возвращаться к ней вновь. Он запросил у службы пассажирских перевозок Министерства транспорта все данные прошлого года по рейсам на Дальний Восток и обратно из всех городов России, а также чартеры искомого периода.

Как назло, в ту злополучную неделю были выполнены 52 рейса. И поскольку каждый из них был переполнен, «Сирена» выдала список пассажиров из 4920 человек. Но самым катастрофичным оказалось то, что практически добрая треть попала в сетку под грифом «туда и обратно» – 1842 фамилии.

Мальцев сразу стал читать список, хотя количество фамилий в нем пугало.

У этого молодого аналитика, в данный момент, по сути, совместившего в себе функции аналитика и оперативника, настоящее дело было всего четвертым в жизни. Но первым, в котором ему отвели самостоятельную роль. Это было здорово, интересно и опасно одновременно. Но сыграть ее плохо он никак не мог себе позволить.

«Надо этот список несколько препарировать», – решил Мальцев и ввел задание: вычленить «парные» полеты на московских рейсах.

Компьютер бесстрастно выдал 345 фамилий.

«С них, пожалуй, и начнем. – Дмитрий подбодрил себя конфеткой, сладко покатал ее во рту и мечтательно проглотил. – Что там еще полезного собрано о нашем клиенте?»

Он нашел файл о предполагаемом возрасте, приметах, одежде «майора» и прочих весьма ограниченных деталях, кем-то кому-то пересказанных, а позже, еще в Домодедове, зафиксированных Смирнягиным.

– И на том спасибо Александру Васильевичу. А иначе вообще непонятно, кого надо было бы искать.

Мальцев продолжал что-то еще бубнить себе под нос, хрюкать, хмыкать, чертыхаться, глубоко, как астматик, шумно вздыхал. Но все это выглядело как музыкальное сопровождение процесса принятия очередного решения.

– Начнем с самого бесспорного. Возраст: примерно двадцать пять – тридцать лет. Что же это нам дает?

Дмитрий отыскал среди бумаг, лежавших стопкой на столе, ответ на свой запрос из паспортно-визовой службы МВД двухнедельной давности. Пробежав глазами по длинным столбцам цифр, он нашел, что искал, и широким мазком фломастера отчеркнул на странице серии и номера паспортов, выданных между 1990–1995 годами.

Именно в этот период человек, за которым гонялись оперативники Попова, должен был получать паспорт. Затем ввел новые параметры в соответствующие данные программы, где уже находились вычлененные из «Сирены» сведения о паспортах пассажиров, зафиксированные при покупке авиабилетов, и, откинувшись на стуле, замер в ожидании, пока компьютер выдал свой вердикт.

В какой-то момент Дмитрий провалился в сон. И в этом скоротечном сне ему приснилось, что он лично участвует в задержании «майора ФСО», за которым долгих два месяца гонялся по всей Москве, а настиг в Шереметьеве-2, у служебного входа в таможню, в правом крыле здания.