Чтение онлайн

— Harry!

— What?

— Shut up, will you?

— Пойдем. Иди за мной.

Он узнал этот голос. Напевно-свистящий, полифонический, тихий, но звучный и выразительный.

Стена расщелины расступилась. Там, где разлом кончался, в том месте, где раньше была только узкая щель в скале. Теперь эта щель с грохотом раздвинулась. Этого нет на самом деле, подумал Леварт, это героин. Дурной трип. Очень, очень дурной трип.

Она быстро ползла вперед. Он шел следом. Щель была узкой, а местами сходилась так, что он вынужден был протискиваться боком.

Стены были неровные, шершавые, как наждачная бумага, покрытые переплетающимися узорами, напоминающими прожилки листьев. Или систему вен и артерий. Что-то блеснуло на гравии. Монета. Он наклонился и поднял ее. На аверсе была видна голова слона. На реверсе надпись: BASILEOS DEMETRIOU и изображение кадуцея, обвитого двумя змеями, повернувшими головы навстречу друг другу. Меркурий, двуединое божество, вспомнил Леварт. Манихейское равновесие Добра и Зла. Агатодемон и Какодемон, Ормузд и Ариман.

Еще через несколько шагов лежала шапка с офицерской кокардой, рядом бинокль и полевая сумка.

Леварт догадался, кому это принадлежало. Но это его не волновало. Был в эйфории.

Щель сжалась, образуя в конце арку, выход в пещеру. Змея вползла в темноту. Он вошел за ней. В его уши вдруг ворвался шум, гам, крики, звон кубков, женский смех и писк.

Маг приблудился к войскам сразу же после формирования гарнизона в Ортоспане. Нового названия, недавно присвоенного городу завоевателями он не признавал, упрямо называл его по-старому Кабуром. Точно также упрямо твердил, что он халдей и его не зовут Атрайос. Продемонстрировать тайные знания и знакомство с магическими арканами он не желал или не умел. Но лекарским искусством, надо отдать ему должное, владел очень неплохо: будь то чирей от езды верхом, или застрявший в руке наконечник стрелы, или болезнь, полученная от бактрийских блудниц — многим солдатам маг помог в беде. К тому же он умел интересно рассказывать, об окружающих землях и народах знал много, если не все, армейской разведке он был очень полезен. Не отказывались воспользоваться его знаниями и опытные воины, если в этом возникала необходимость.

Как, например Арпандер, сын Пирра, начальник первой тетрархии третьей илы.

— Золотая змея, тетрарх? — Астрайос почесал в редкой завитой бороде. — Здесь нет таких змей, я в этом уверен… Ха, если человек может быть в чем-то уверенным… Конечно, я не знаю всего на свете… Но о золотых змеях даже не слыхал. В земле эфиопов живет крылатый змей, питающийся бальзамом. Змеи из долины Иорда едят белый перец, а из их голов вырастают драгоценные камни. Но что существуют золотые змеи — такого не слыхал. Может, такие есть в Китае, там, кажется есть разные змеи и драконы — много у них разных гадов… В Индии змей, их там называют нагами, тоже множество, пожалуй, можно найти любого цвета. А на острове Ланка…

— Золотую змею, — сухо прервал его Арпандер, — я видел под Гаузаком. В ущелье. А не в Индиях и на каких-то островах.

— Гм… — маг снова почесал, на этот раз ухо. — Под Гаузаком, тетрарх? Интересно. Потому что там среди местных племен ходят легенды. Предания, корнями своими далеко уходящие…

Арпандер не расслышал, куда уходящие, слова Астройоса потонули среди криков. Благовоспитанный эпарх начал произносить тосты, здравицы и плескать на столы вино в возлияниях.

— Да здравствует, — провозгласил он, — Харес, начальник конных лучников. — Да здравствует богоравный Александрос хо Тритос хо Македон! Царь Македонии и гегемон Греческого Союза. Пусть живет долго и долго правит нами, воинами! Ему служить, с ним жить и умереть!

Выражая эпарху одобрение, орали так, что дрожали подпирающие свод колонны. Полунагие бактрийские блудницы присоединились с писком и смехом. Эрпандер взял Астрайоса под руку и повел его в отдаленную часть зала, туда, где было меньше шума и можно было услышать друг друга. Там была ниша, в ней стоял изящный столик из слоновой кости, на нем серебряная статуэтка, по размеру не больше мужского локтя.

Не удивительно, это место когда-то было святыней. Немного разрушенная, но святыня.

Скульптура изображала крылатую женщину, причесанную по персидской моде, украшенную четырехугольными серьгами, звездной короной и плащом, ее поддерживали двое животных, казалось, взбирающихся на ее бедра.

— Анахита. — Астрайос, видя его заинтересованность, поспешил с пояснениями. — Ардви Сура Анахита, непорочная владычица вод. Та, которая оплодотворяет источники водами звезд, которая владеет мужским семенем и материнским молоком. Владычица Туч, Ветра, Дождя и Града, покровительница животных и богиня священного танца. Ее крылья — символ мощи и всемогущества. Ее сопровождают священные животные: бык и лев.

— Анахита… — задумчиво повторил Эрпандер. — Это имя, под которым Артемиду чтят мидяне и люди из-за Оксоса.

— А может, это вы, греки, — усмехнулся маг, — чтите Анахиту под именем Артемиды? В общем, это неважно. Боги уже привыкли к этому и прощают людям, которым трудно не только понять, но даже назвать их божественность. Богам достаточно, что их божественность чтят. Под разными именами и с разнообразными обрядами.

— С очень разнообразными, — согласился Эрпандер. — Но я хотел поговорить о золотой змее. И о местных легендах. Слушаю тебя внимательно.

— Вначале, — Астрайос набрал побольше воздуха, — был Зурван, у которого не было ни конца ни начала. Не было ни Солнца, ни Луны, ни звезд, не было ни неба ни земли, царили мрак и безвременье.

Астрайос рассказал как появились из Зурвана двое: добрый премудрый Ахура-Мазда и злобный, дышащий ненавистью Ангра Маинью. Ахура-Мазда создавал земли и страны, а Ангра Маинью все искажал и портил.

…

Рассказ многократно прерывался тостами и здравицами в честь греческих богов и богинь и великого Александра.

…

— Седьмой по счету страной, которую сотворил Ахура-Мазда, — Астрайос ни на минуту не прерывал своего повествования, — была Векерета, Кабура, где мы, собственно, и находимся. Сюда Ангра Маинью, который есть смерть, призвал паирик, демониц из проклятой расы друджей… Паирики, как прочие друджи, были когда-то демонами небес, как зловещие звезды сидели они на вечернем небосклоне. Они ненавидели людское племя, чем больше процветали благочестие и добродетель, тем сильнее была злость друджей и желание навредить. Этим желанием воспользовался Ангра Маинью, отдав паирик под власть своих девов. И люди были отданы им на поживу. На самом деле паирики прокладывали дорогу демонам, используя людские слабости. Они туманили, вводили в грех, толкали на низость и преступления, вели к извращениям и вырождению, распространяли идолопоклонство, заражали колдовством и чернокнижием, кощунственной и проклятой религией Yatuk Dinoih… власть над всеми паириками принадлежит ужасной Аз, необузданной демонице похоти, разрушительнице созидания, владыке Кровавой Луны, Которая Будит к Жизни Умерших, Той, Кто Прячется По Ущельям.