Чтение онлайн

Я видел Кэтрин незадолго до ее смерти.

Мне было ее жаль.

И теперь, глядя по утрам в высокое зеркало, Уилльям Дэрринг видел в нем не себя, – но свою жену. Богатую, жалкую и ничтожную.

Он превращался в то, что презирал сильнее всего.

– Расскажите мне о себе, – сказал Дэрринг.

Я улыбнулся.

– Спросите у тех, кто воевал в Ливии и Центральной Америке. Они расскажут обо мне лучше, чем я. А лучше, сходите на их могилы.

– Говорят, вы русский?

– Люди многое говорят. В этом их главная беда.

Дэрринг взглянул на мою визитную карточку.

– Вы называете себя «Хорс». Никогда не слышал такого имени.

– Славянское божество. Повелитель солнца, крылатая добрая собака. «Небесный труженик». От его имени пошло русское слово horosho.

Я налил нам зеленого чая.

– Итак, о вашем пасынке? Насколько я понимаю, он сам уехал из дома.

– Ричард всегда был сложным ребенком, – Дэрринг покачал головой. – Умный. Смелый. Бунтарь. В точности, как его мать. А когда она исчезла…

Мой гость помолчал немного.

– Вы ведь знаете, как это случилось? – спросил он.

– Помню, читал в газетах. Ее самолет разбился где-то возле Зоны. Обломки так и не нашли.

– Ричард… Долго не мог поверить. Твердил, что Кэтрин жива. Видит бог, я сам так хотел надеяться…

Если бог и правда это видел, – значит, бедняжечка страдал близорукостью и катарактой.

Дэрринг не мог нарадоваться, что его богатая женушка умерла сама, – так быстро, и так без его участия.

– Мы пытались найти ее, – продолжал Уильям. – Я отправил несколько экспедиций, но все было бесполезно… Вы же знаете, что творится там после взрыва.

Я кивнул.

– В конце концов…

Дэрринг не смотрел на меня.

Было видно, – ему докучно и лень изображать скорбь, особенно теперь, когда все деньги осели в его карманах.

– Мне пришлось сдаться. Я отозвал поисковые экспедиции. Кэтрин признали мертвой, и мы похоронили ее…

Дэрринг отставил чашку.

– Ричард не смог это пережить. Замкнулся в себе, стал мрачным. Однажды утром, горничная мне доложила, что Рик ушел; даже не попрощался. Не оставил записки…

– И теперь, вы хотите, чтобы я его нашел.

– Нет; я знаю, где мой сын. Хочу, чтобы вы его вернули.

– Где же он? – спросил я.

– В аномальной зоне.

Я поморщился.

– Там можно сдохнуть быстрее, чем в тюрьме Гондураса. Зачем люди вообще туда забираются?

– Эти штуки, из Зоны… Артефакты. Очень дорого стоят. На них всегда будут покупатели. Но вы правы, там очень, очень опасно.

– И юному Рику, выпускнику Гарварда, не место в болотах зомби?

Уилльям Дэрринг кивнул.

– Парень должен быть со мной, управлять компанией. Что бы сказала Кэтрин, узнай она, что сын рискует напрасно? Я часто вспоминаю о ней, и…

– Вы пытались связаться с Ричардом?

– Несколько раз. Через его друзей-сталкеров. Но он не хочет возвращаться домой. Я сам ездил в Зону, нанял проводников, – так и не смог его отыскать. Ричард от меня прячется…

– Он винит вас в смерти матери? – спросил я.

Дэрринг опустил голову.

– Многие меня в этом обвиняли. Люди до сих пор думают, что я убил Кэтрин. Подложил бомбу в ее самолет, или еще что. Три года прошло, но я до сих пор слышу, как они шепчутся за моей спиной.

– Но видит бог, все это неправда? – подсказал я.

Боженька – идеальный свидетель.

Он еще ни разу не спускался с небес, чтобы уличить кого-то во лжи.

– Я не убивал Кэтрин, – произнес Дэрринг. – Это был просто несчастный случай.

«Нет, братец, – подумал я. – Для тебя это оказался очень счастливый случай».

Дэрринг помедлил.

– Но думаю, что вы правы. Может, Ричард и правда винит меня. Поэтому я хочу, чтобы вы нашли его. Мы должны помириться.

Он выглядел очень искренним.

Что же, – крокодилы всегда плачут, когда кого-то съедят.

Это помогает пищеварению.

Колумбия

зона Кокальера

в двух часах ходьбы от эквадорской границы

Частный самолет зашел на посадку.

Маленький, заброшенный аэропорт прятался в сердце джунглей. Два «джипа» стояли на посадочной полосе.

Люди с оружием ждали гостей.

Самолет приземлился.

Первыми с трапа сошли два телохранителя. Каждый держал наизготовку израильский автомат.

Остались стоять у трапа.

Спустя секунду следом появились еще трое солдат. Быстро, слаженно, – осмотрели ангар и периметр.

– Чисто, полковник, – доложил командир по рации.

Драган Ковач неторопливо вышел из самолета.

Никто не знал, сколько ему лет, – но полковник до сих пор мог бы отжаться от земли двести раз, и даже не вспотеть. Невысокий, плотный, – он состоял из одних мускулов.

Седые волосы подстрижены ежиком.

Глубокий шрам пересекал щеку.

Прошло много лет с тех пор, как он снял военную форму, сменив ее на дорогой костюм от Армани. Но люди по-прежнему называли его полковником.

– Добро пожаловать, друг мой, – Диего Торрес вышел ему навстречу. – Должен признать, эффектное появление.

– У меня есть враги.

Полковник не стал пожимать руки колумбийцу.

– Тот, у кого их нет, прожил жизнь впустую, – заметил Ковач.

Они прошли в ангар.